Том 4 Решка и Орел (Макс)

Том 4
Глава 6. Выбор перед страхом (часть 4)

Теперь представьте людей, которые были молодыми в те годы. И теперь добились больших успехов в жизни. Думаете, этот человек, позволит с ним играть? Он просто отрежет тебе язык, зажарит его и принесет тебе на стол, и заставит ещё съесть его. Поверьте, жестокости люди тогда насмотрелись. Они знают, что такое голод, холод, нищета и озлобленность. И это всё живет с ними, по сей день. И этого я боялся больше всего. Так как мы молодые, с нами никто серьезно разговаривать не будет. Никто нас серьезно воспринимать не будет. А, когда ты оказываешься в такой ситуации, то ты боишься последствий. Что неожиданно твою жизнь оборвут. И никто ничего не сделает этим людям. Потому что они повидали куда больше, чем мы с «Братом» вместе взятые со всей командой. Мы были детьми тогда, и мы вели образ жизни беззаботных детей, которые говорили: «Мама и папа я хочу кушать». И твои родители в грязь изводились, но пытались найти тебе маленькому ребенку еду. 

«В настоящем времени»
Порой, вижу я нынешнее поколение, которое капризничает, ругается и повышает голос на своих родителей. Так и хочется, взять их за уши, перемотать время назад, в те самые 90-е года, когда он мелкий засранец или мелкая засранка, родились. Но уже взрослым человеком, показать его или её мать, стоящей в очереди, в темное время суток. Показать всю правду того времени, ткнуть лицом, чтобы они увидели, как было тяжело в то время. Чтобы, наконец, они поняли. Что живут в лучшее время, когда на полках не ветер гуляет, а заполнены все полки продуктами. Когда не нужно с утра вставать в очередь, чтобы купить еду. Показать всех этих родителей, которые пытались пробраться быстрее к кассе, чтобы урвать, хоть, что-нибудь для своих детей. И потом посмотреть на них, как они себя вели бы в этот момент. И спросить у них, хотят они жить в то время, или же всё-таки лучше жить в настоящем времени, когда всё есть. Условия есть, образование есть, возможности есть. Иди, бери, достигай и становись успешным. Тогда этого не было. Не было тогда работы, не было тогда возможностей. Были «деревянные рубли», которые ничего не значили, пустые прилавки, злые люди и никаких перспектив на будущее, что тогда было.

Все требуют последнюю модель телефона, все хотят красиво быть одетыми, просят деньги, чтобы пойти и спустить их в ночном клубе или кофейне. Тратят родительские деньги, и при этом недовольны. Хотят дорогую машину, хотят всё на этом свете, чтобы переплюнуть своих сверстников. Чтобы у них было всё. И при этом ничего не делают для них. Для своих родителей. Задайтесь вопросом, кто-нибудь из вас девочек заработал денег, и сказал маме: «Мам пойдем по магазинам, хочу, чтобы ты купила себе красивой одежды»? А вы пацаны, кто-нибудь из вас, взял кредит на свою душу, чтобы взять отца за руку, привести в автосалон и сказать: «Отец, ты мечтал об этом автомобили, это твой автомобиль, садись, катайся и радуйся»? Единицы таких ребят и девчонок, которые не думают о себе, а думают, о своих родителях и отдают им дань уважения, за всё то, что они сделали. Основная масса нынешней молодежи, только требует у своих родителей, и ничего не дает им взамен. А родители, которые с 90-ых годов, стояли в очереди, пытались вырваться из нищеты и прокормить своих детишек, продолжают это делать. Вместо того, чтобы дать хорошенько по голове, и показать им тот мир, в котором они умудрились выжить. Не дай Бог, чтобы это снова повторилось. И если это повторится, мне страшно представить, что будет с поколением детей, чьими родителями будут эти дети. Оставь этих детей, уже взрослыми сейчас в тех 90-ых годах. Они бы от своей лени умерли бы с голоду. Потому что спят до обеда, не учатся, не работают, просто прожигают своё время за современными технологиями, которые достались им не по заслугам, а просто, потому что он ребенок их родителей. Зато выражают свое мнение, о том, что работы нет, что образования нет, что везде коррупция и везде нужно иметь Баке, Саке, Таке, чтобы устроиться на работу. Потому что никто из них не хочет грязной работы, все они ведь важные, умные, успешные и самые лучшие. Поэтому всем им подавай крутое кожаное кресло, большую зарплату, и сотрудников, на которых можно покричать. Нет, ребята, так к успеху не приходят. Хочешь стать руководителем? Для начала научись мыть полы и подметать двор, а дальше уже будет видно. Избалованное поколение детей, родителями, которые не хотят им той жизни, в которой оказались они сами. А их дети, совсем не ценят старания своих родителей. И те, кто ценят, поймут, что это всё не касается их. А те, кто не ценят, мысленно подумают: «Ну, да, конечно, я не такой, я не такая».

Может тебе не достался последней модели мерседес с откидным верхом и 500 лошадями под капотом, как например твоему другу или знакомому. Может тебе не досталось платье последней модели от модных модельных ателье, как твоей подруге. Может тебе не досталось образование в зарубежном вузе, как это досталось другим. Но знай простую вещь. От тебя не отказались родители, как отказались от меня. Тебя не выбросили и не продали кому-то. Тебя прокормили и вырастили. Ты живой, здоровый, взрослый член этого общества. И вместо того, чтобы обеспечить себя и свою семью, всем тем, чего не было у тебя, а было у других. Продолжаешь сидеть на шее родителей. Продолжаешь повышать на них голос. Показывать им свой юношеский максимализм и характер. Вместо того, чтобы быть полезным для своей семьи, и вытащить свою семью на новый уровень. Помочь семье разбогатеть. А всё, потому что растёт поколение эгоистов. Не все, но большая часть этой молодежи, думает только о себе.

«В прошлом времени»
Мы добрались до места назначения встречи. Руки всё ещё дрожали. Но, сжал их в кулак, чтобы не подавать виду. И постоянно следил за ними. Чтобы никто не увидел этого. Мы выбрались из машины и направились внутрь заведения, нас провожали взглядами, несколько ребят, которые стояли возле заведения. Мы шмыгнули внутрь ресторана. Где нас уже встречали. Взяли наши вещи, и мы направились вглубь помещения. «Брат» жестом руки показал, чтобы я остался на барной стойке. А сам направился к столу, за которым сидел Кайрат и тот самый мужик. Я расположился на обычное сиденье за барной стойкой. И чувствовал, как меня пилят взглядом, несколько вандалов. Стало понятно, что они вместе с тем мужиком. Короткие стрижки, бычий взгляд, и огромное желание съесть меня живьем. Но, я лишь откинул свой пиджак, чтобы они могли лицезреть, что я вооружен. И создать иллюзию того, что меня одного хватит на всех. Они лишь ехидно улыбнулись на мой жест. Их это не напугало. Само собой. Это тебе не шпану пугать пистолетом, в котором нет патронов. Это люди, которые не первый раз в руках держат огнестрельное оружие, и прекрасно знают, как им управляться. Я заказал себе виски, повернулся к ним спиной, чтобы дать им понять, что мне не страшно. Наивно верил, что, если дело дойдет до серьезных выяснений отношений. То, два моих пустых пистолета, смогут решить исход всей этой заварушки. 

Сидел себе попивал виски, и изредка наблюдал за «Братом», который сидел напротив того мужика. И спокойно употреблял свою рыбу. Я не слышал их разговора, они были на приличной дистанции от нас. И плюс музыка, которая играла фоном, мешала услышать весь разговор. Так, что я не стал забивать свою голову этими мыслями. И просто наблюдал в зеркальное отражение, которое было за барной стойкой. Чтобы видеть, что делают мои новые закадычные друзья, которым так и хотелось приставить дуло холодной стали ко лбу, и посмотреть на их реакцию. Показать, что они не такие уж и крутые ребята. И что быстрее пули, ещё не родился на этом свете человек. Это сейчас, сидя вдали от меня. Будучи в окружении своих людей, они такие смелые. Но, стоит мне сойтись в ближней дистанции и приставить пистолет, как они запоют совсем по-другому. Я был уверен в том, что карта ляжет в нашу пользу. Козырный туз будет у меня в рукаве. 

Да, вот только, когда я повернул свою голову. Я увидел, как, какой-то парень азиатской внешности, подходил к «Брату» сзади. Я соскочил со своего места, потянул руку за пистолетом. В этот же момент, соскочил с места эти ребята. И моя рука зависла в этом положении. Они потянулись руками, за свои игрушки. И вот он тот момент, когда не знаешь, что делать. Время остановилось. Это был самый долгий миг в моей жизни. Я глазами бегал из стороны в сторону. Смотрел на «Брата», которого макнули лицом в его собственную тарелку. Смотрел на мужика, который заканчивал доедать свою пищу. Переводил взгляд на этих ребят, которые уже были в полной боевой готовности. В полной боевой готовности, для того, чтобы развязать маленькую войну, внутри ресторана Кайрата. Мы все застыли. И сквозь это застывшее пространство, я наблюдал, как плотного телосложения мужчина, просто доел свой ужин. Вытер салфеткой, свои губы и руки. Встал со своего места, сняв со спинки стула свой пиджак. Не торопливыми движениями, надевал его и становился на уровне моего «Брата».

Выбор перед страхом. У меня был выбор. Достать свою игрушку или же оставить её лежать в кобуре. Я метался между этими двумя крайностями. Нужно было решаться, но я не мог решиться. Меня сковал страх. Я испытал настоящий страх. Страх – это дело тонкое. Эта та самая паскуда, которая заставляет тебя задумываться. Думать и предугадывать действия людей наперед. Я испытал настоящий страх, и это было непривычное ощущение. Словно время остановилось. Я видел всё в мелочах. Наблюдал за тем, как один из охранников, уже прикоснулся к своему пистолету, и легким движением руки успел бы достать его. Второй просто соскочил со своего места, отрывая руки от стола, он бы достал свою игрушку, намного позже меня. Третий, не собирался доставать пистолет, он собирался направиться к своему начальнику, чтобы защитить его, заслонить его в виде живого щита. Этот мужик азиатской внешности, прижал «Брата» лицом окунув в тарелку. И ехидно при этом улыбаясь. Он зашел к нему сзади, без предупреждения. Так и хотелось, взять и пустить ему в голову пулю за такие действия. И только в этой паузе, двигался только мужик плотного телосложения, который просто нарушал все временные и физические законы. И чувствовал себя спокойно, как ни в чем не бывало. Словно он так, каждый день делает. Мне было страшно, и я не буду этого скрывать. Я так и не решился достать свой пистолет, потому что не был уверен в том, что вся моя привычная игра с запугиванием сработает. Потому что прекрасно знал одну вещь, что когда сталь обнажится, то этот охранник, выстрелит. Без доли сомнения и ожидания, просто выстрелит, и на этом оборвется моя жизнь.

Я шел по лезвию ножа. И это очень сложный момент, для осознания. С одной стороны, я не смог защитить «Брата». С другой стороны, я его защитил. Потому что не наделал глупостей, обнажив холодную сталь. Но одна мысль того, что я стоял беспомощно и смотрел, как унижают его, просто переворачивало всё внутри меня. Я бездействовал. Я ничего не сделал. И это пожирало меня каждый день, после того вечера. После того вечера, когда я оказался беспомощным цыпленком, который испугался. Страх сковал меня. Теперь я знал, что такое страх. Страх, это страшная вещь. Иногда страх помогает тебе делать невообразимые вещи. А иногда страх, просто предательски отказывается помогать тебе. Сковывает твое тело, не дает даже просто сдвинуться с места. Ты полностью парализован. Стоишь на месте и просто смотришь. Рука словно замерзла, словно стала каменной. И не собиралась выгибаться обратно. Мне было очень стыдно в тот момент. Мой «Брат» лицом попробовал на вкус блюдо, которое находилось в тарелке. А я стоял и смотрел. Я позволил им это сделать. Хотя он взял меня с собой и надеялся на меня. Что я поддержу его, что я не позволю ничего сделать в его адрес. И этот мужик, что-то ему говорил, но я полностью находился в неизвестном пространстве, пытаясь найти ответы. Чтобы решиться действовать, но никак не мог. Мужик азиатской внешности, прижимал его всем весом к тарелке, и с нахальной ухмылкой, смотрел в мою сторону. Сопротивляться было бессмысленно. В количестве они нас превышали, в ситуации они были более выигрышной, нежели мы. И нам пришлось, просто проглотить это.

Когда речь закончилась, он просто направился к выходу, следом мужик азиатской внешности. И оказавшись на моем уровне, он просто выдал: «На будущее, пистолеты нужно заряжать патронами, иначе, какой в них смысл». Посмеялся и направился к выходу, следом охрана, которая продолжала скалиться, после сказанных слов этого мужика. А я стоял. «Брат» ещё приличное количество времени просидел лицом в тарелке. Будто пытался осознать, как низко его опустили. А вместе с ним и меня, и всех остальных ребят. Мы были маленькими детьми, которым сказали: «Нельзя!». И мы молча проглотили это. Нас поставили в угол, и мы даже не сопротивлялись. Просто стояли в углу и ждали, когда нам скажут: «Всё идите, гуляйте». 

Возвращаемся в офис. Стоит легкий запах рыбы. Тяжело избавиться от него. Но не до шуток. Каждый из нас думал о своем. Фонари вдоль дорог сменяли друг друга. Был пасмурный вечер, и вроде собирался идти снег. Но, всё это особо не имело значения для нас. Мы были унижены. Это вам не проиграть в драке с ровесниками. Это вам не быть обманутым, обычными жуликами. Данная ситуация была намного сложнее и ужасней. Мы считали, что мы хороши, что мы лучшие. И что нас никто и никогда не тронет. Эти люди доказали нам обратное. Они показали нам наше место. А после ещё и спустили с этого места до уровня плинтуса. И заставили нас забиться в пространство под плинтусом. Дали нам осознать, что мы ещё просто тараканы, которых они могли одним легким движением ноги, раздавить к чертям собачьим. Без суда и следствия. Так как, каждый день умирает огромное количество насекомых, и никому нет дела до них. Никто не ведет статистику смертности насекомых, так же и не будут вести статистику потерянных двух молодых душ. Но, они оставили нас жить. Просто предупредили, что в следующий раз, никто церемониться не будет. Нельзя вставать на смежных путях. Особенно, когда ты едешь на обычном автомобиле, который застрял на железных путях, по которому несется грузовой состав, с огромным количеством вагонов, причем на полном ходу. И ему плевать, он просто снесет тебя и помчится дальше. А от тебя, даже мокрого места не останется. 

Пытаешься, как-то мысленно избавиться от этого напряжения, которое нависло в салоне автомобиля. Мы едем медленно, по правому ряду. Я через руль чувствую, что мои руки дрожат. И я всё сильнее сжимаю свои руки на руле, впиваюсь в эту кожу ногтями. Чтобы успокоить самого себя. Музыку мы отключили, просто ехали в тишине. И эта тишина нарушалась изредка, когда следом едущая машина, сигналила нам, что мы едем медленно, после в момент опережения, обязательно водитель пытался заглянуть к нам в салон. Мы оба были в думках. Он сидел и смотрел в окно. А я на дорогу. И эти мысли, которые сантиметр за сантиметром, пробирались в душу, чтобы остаться там навсегда. И тут красные с синими огнями, в зеркале заднего вида. Типичная до ужаса фраза: «Прижмись вправо». И ты уже стоишь на обочине. Черный Гелендваген, едет медленно по улицам Астаны. Каждый подумает, что тут, что-то не так. Подозрительным покажется каждому данное стечение обстоятельств. Сижу в машине, всё так же вцепившись в руль автомобиля. Жду, когда сотрудник дорожной полиции подойдет к нам. Нас это особо не беспокоило, мы оба были в трансе, и пытались пережить этот момент. Выбраться из этого омута тяжелых ощущений, которые, как большой груз, навис над нашими плечами. Но, сейчас, мы ждали нашего сотрудника дорожной полиции…