Том 4 Решка и Орел (Макс)
Том 4
Глава 2. Решка (часть 14)
Было очень сложно. Тяжелый был период. Похороны. Следом попытки смириться с обстоятельствами. Совет опеки и попечительства, который наседал с первых дней, не давая оправиться после случившегося. И долгий период размышлений о том, что виноват был я. На меня возлагали ответственность, ответственность и заботу о своей семье, о своих карапузах, о родителях. Уже прошло много времени, с того момента, когда меня усыновили. И я уже не чувствовал себя усыновленным. Эти люди, которых я гордо называл «МАМА» и «ПАПА». Дали мне семью, одарили меня любовью и заботой. Они воспитали меня и вырастили. Накормили, одели, обули. Можно было бы сказать, что ещё и наказывали, но все наказания ничто, рядом с тем, что они реально дали мне. И я это очень сильно ценил, и всячески пытался оправдать их надежды, возложенные на меня.
Если бы вы знали, как это тяжело осознавать, что их больше нет рядом. Двух малышей, которые носились по дому. Смеялись, кричали, играли в прятки. Теперь ты не слышишь всех этих привычных голосов, теперь ты не видишь эти милые и забавные улыбки. Теперь нет тех, кого можно послать в магазин, или отправить выносить мусор. Нет тех, с кем можно просто стать ребенком, обливаться из шланга, играть в догонялки. Теперь ты один. В своей комнате, пытаешься переварить всё то, что случилось. Слезы и рыдания матери, не давали мне покоя. Она стала сама не своя, скрывала это за нарисованной улыбкой. И плакала ночами. Отец выпивал и ложился спать в зале на диване. Чтобы не беспокоить мать. Нам всем нужно было время. И если бы этот совет, который нависал над нами, знал бы, как нам самим тяжело это перенести. Возможно, тогда они отнеслись бы с пониманием. Мы не заставляли их употреблять наркотики, мы не заставляли их жить плохой жизнью. Просто они оказались не в той компании. В компании людей, которые подсадили их на эту дрянь.
Прошли недели, я более-менее оклемался после этих событий. Каждую неделю ездил на могилы малышей, чтобы обновить цветы. Это стало моей привычкой. И я это буду делать всегда. Два маленьких ангела, два лучика света в нашем доме. И после недопонимания и потерянности, наступает момент мести. Когда ты стремишься найти тех, кто подсадил их на эту дрянь. И я начал свои поиски, я ещё не знал о том, что дядь Володя следил за мной всё это время. Может быть, если бы не он, то глядишь сидел бы сейчас на нарах, и строил из себя блатного вора в законе.
Я всё-таки нашел эту шушеру, которая подсадили их на эту гадость. И вот тот самый момент. Толстый и Суслик рядом со мной, пятеро малышей, которые оказались барыгами, и торговали наркотиками. Мы прижали их у стенки, они тряслись, как осиновые листы. В страхе, что всё, сейчас будет конец. Потому что я уверенно махал своими пистолетами, в которых не было патронов. Поиски не заняли особо много времени. Идешь в школу, расспрашиваешь одноклассников, они дают наводку, передвигаешься по наводке. И пожалуйста, эти ублюдки у тебя в руках. И ты в ярости. Ты не контролируешь себя, тебе переполняют эмоции, ты хочешь поквитаться с ними. По принципу: «Око за око, зуб за зуб». Пятеро ребят, такие молодые, а уже занимаются этим. Из нормальных семей, никто из них не был нищим. Учились в одной школе с моими малышами. И творили такие вещи. Считая, что это круто. Но, теперь оказавшись со мной лицом к лицу, они так не считали. Они понимали, что их дни сочтены, ещё немного и отправятся к своему создателю. И некому вступиться за них. Как некому было вступиться за моих малышей. И вот он миг. Глаза наливались кровью, тело немело, я терял контроль над собой. Пытался всё сделать очень быстро, чтобы никакие сомнения не встали у меня на пути. Чтобы они заплатили по счетам.
Крик со спины: «Макс!». Обернулся. Дядь Володя, направлялся ко мне. Ответ: «Не лезь дядь Володя! Это моё дело!». Но, он продолжал приближаться. А я уже собирался ударить одного из этих мразей, как мой удар был схвачен Толстым. Они не испытывали того, что испытывал я. Они более трезво смотрели на ситуацию. И вот дядь Володя рядом со мной. Подошел к каждому из них, затянул их рукава выше локтей. Такие же наркоманы. И их дни уже были сочтены. И фраза дядь Володи: «Макс, убив их, ты сделаешь им одолжение, не проще им дать помереть мучительной смертью? По-моему это самая достойная смерть для них». Толстый продолжал держать мою руку, которая всё ещё была напряжена и направлялась в одного из этих наркоманов. После чего рука смягчилась. И вправду, словно демон, который овладел мной, был повержен ангелом, который заставил меня трезво смотреть на ситуацию. Обе руки опустились, я упал на колени. И заплакал.
Я не могу вернуть их. Теперь, когда я потерял, я начал ценить. Всё то время, когда я ревновал их к родителям, пытался найти справедливость в отношениях между мной, малышами и родителями. А сейчас их нет, всё они умерли. И я хочу их вернуть, и готов согласиться на всё. Делать для них всё в своей жизни. Но, не могу…
Беспомощность, безвыходность, бесполезность, безудержность, безумие…
Наверное, самые подходящие слова для того момента. Я давно не плакал, а теперь ревел, кричал, как скот, который отправляют на убой на скотобойню. Люди выглядывали из окон, проходили мимо, смотря на меня, словно я цирковой клоун, который пришел развлечь их всех. Мне было больно. Даже на похоронах, я не заплакал, я сдерживал слезы. Глаза взмокли, но я смог удержать свои слезы. А теперь я не мог их сдержать, словно накопилось слишком много, и нужно было спустить кран, чтобы всё вышло наружу. Толстый сидел рядом со мной, прижав меня к себе, пытаясь меня успокоить. Но, ничего у него не получалось. Дядь Володя прогнал этих наркоманов, дав им 20 секунд испариться из виду. После чего, дал мне пощечину и сказал: «Пора собраться Макс! Их не вернуть! Такова жизнь! Найди новый смысл, чтобы жить дальше! У тебя остались родители, а ты собирался ещё больше усугубить ситуацию! Соберись тряпка! И поддержи своих родителей, помоги им оправиться от этого удара! Пора становиться мужчиной! Время пацанов закончилось! Ты хочешь занять мое место? Смотрю на тебя плаксу и складывается ощущение, что я ошибся!»
Вытирая руками слезы, которые продолжали литься из глаз. Я пытался успокоиться, собрать всю волю в кулак. Чтобы двигаться дальше. Слова дядь Володи, били очень сильно в душу. И он был прав. Вытирал рукавами своей рубашки, и вытирал об нижнюю часть своей рубашки, чтобы остановить эти слезы. Словно кровотечение, которое не получается остановить хирургам, так же и текли мои слезы. Глаза красные, опухшие, щеки покраснели от того, что пропитались солью моих слез. Но, я всё-таки смог укротить эту волну. Укротить этот поток, который сорвался из плотины, которую я выстроил ещё в детстве. Теперь все щели и трещины были залатаны. Я сидел на заднем сиденье автомобиля. Дядь Володя вез меня в зал, чтобы я там мог выместить всю свою злость и эмоции. И погонять меня. Это лучшее лекарство, это лучший способ избавиться от всех эмоций, а после трезво и спокойно посмотреть на любую ситуацию в своей жизни. Но для этого нужно было добраться до зала. Ребята ехали со мной. Те, кто шли со мной с первого класса, теперь были рядом, в трудную минуту. Они мои друзья. Друзей много не бывает. От одного до трех человек. Самые верные, самые лучшие, самые проверенные временем люди. Им плевать, богатый ты, или бедный. Им плевать слабый ты, или сильный. Им плевать заплакал ты, или же сдержался. Они просто рядом с тобой, без всякой выгоды для себя. Потому что ценят тебя, как человека. А в ответ, я ценю их. И всячески пытаюсь им помогать в сложные моменты, потому что они никогда не отказывали мне и не искали причину, чтобы не помочь. Помогали, чем могли. Дружба – это взаимная помощь, в которой ты не считаешься. Где нет мыслей о том, что ты сделал больше для кого-то, а кто-то меньше.
И вот мы в зале. Дядь Володя гоняет меня. А Толстый с Сусликом, бегут рядом со мной. Ибо, когда нам хорошо, когда мы гуляем, когда мы развлекаемся, это мы делаем вместе. И теперь, когда нам сложно и тяжело, мы это проходим вместе. Так мы усваиваем уроки, так мы остаемся на одном уровне. Так мы становимся равными по отношению друг к другу.
Спарринг, бег, груша. В спарринге, никто из них не ныл, заставляли и злили меня, чтобы я выкладывался в полную силу. Я отбивал почки и печень, отправлял их в нок-ауты. Но, они не ныли, они понимали, что это мне нужно. И завтра они тоже могут оказаться в том же положении, и я подставлю своё тело, для того, чтобы они могли выпустить пар. Выбиваешь в грушу всю свою дурь. Руки устали, но ты не обращаешь на это внимание, в тебе проснулась бесконечная энергия, которой ты пользуешься в данный момент. Потому что разум твой затмился. Погрузился в мир эмоций. И не понимает о том, что я уже на пределе, и могу покалечить самого себя, таким изнеможением.
В определенный момент, я просто падаю на землю. И лежу на животе. Лицо лежит на холодном полу, чувствую, как стекают капли пота. Это неприятное ощущение, хочется почесать это место, но сил нет. Ты просто лежишь, как бревно. Холод проходит через твое тело, удваивая свой эффект, от мокрой футболки, которая пропиталась моим потом. Руки онемели, ноги тоже. Сил нет, чтобы оторваться и встать. Просто лежишь и смотришь. В глазах мерцают звезды, так как подскочившее давление, снова возвращалось в свой естественный ритм. В висках ты чувствуешь ритм ударов своего сердца. Складывается ощущение, будто сердце пытается вырваться наружу и пробить в полу дырку. Дыхание учащенное, постепенно нормализуется. Всё тело горит синим пламенем, и лишь в области груди и лица, ты чувствуешь холод пола. Никто тебя не трогает, ты просто лежишь и смотришь. Ничего особенного нет там, куда я смотрю. Просто повернуть голову сил нет, вот и пялишься в одну точку.
В перчатках сначала всё горит, тепло, влажно. Но со временем, всё там начинает остывать. Ощущение, словно меня отправили в нок-аут. Словно судья отсчитывает мне 10 секунд. А я лежу и не могу встать. Это поражение? Это конец? Ничего не слышишь, глухая тишина. Лишь качающаяся над головой груша, скрип старой цепи, на которой она висит. Всё приглушенное, в ушах стоит страшный звон. И вот тот момент, когда сквозь этот звон, слышишь голос дядь Володи: «Вставай Макс! Или ты уже сдался? Вставай, кому я сказал!». Ты собираешься их последних сил, опираешься о перчатки, и поднимаешь своё уставшее тело. Сначала встаешь на колени, чтобы не сбить ориентир в пространстве, после поднимаешься на ноги. И начинаешь снимать перчатки. С меня хватит, я спокоен. Спокоен, как любой удав, который терпеливо ожидает свою жертву. Медленно и уверенно гипнотизирует свою жертву, своим взглядом. И обвивает кольцами, чтобы в один миг взять и задушить, а после проглотить целиком. Перчатки на полу, шаг за шагом, направляюсь в душ. Чтобы поразмыслить обо всём, в одиночестве. Горячая вода стекает по телу, стоишь, опираясь на стену. Так как сил нет, всё тело ноет и болит. Адреналин перестал действовать, теперь я вкушал последствия своих стараний. Горячая вода кажется теплой, и помогает расслабиться мышцам. Дыхание учащается, словно воздуха не хватает. И ты перематываешь свою жизнь в голове. Вспоминая все эти прекрасные моменты, когда они были живы. Они теперь в лучшем мире. Они отправились в сады Эдема. А там тепло и красиво. И эти мысли меня успокаивали. Там есть, кому позаботиться о них. До тех пор, пока я не окажусь рядом с ними. Мысленно молишь всех ангелов и архангелов хранить их там, до моего прихода. И знаешь, что тебя слышат. Хоть ты и вслух ничего не сказал…
Больно, без лишних сомнений было больно. Тяжело, без лишних сомнений было тяжело. Что заставляет оставаться на плаву? Близкие люди. Родители, друзья, коллеги. Ты поддерживаешь их, а они поддерживают тебя. И вы вместе вырываетесь из этого плена недуга. Нужно уметь отпускать, нужно уметь забывать. Вечно жить прошлым, вечно жить, сожалея, вечно жить в сомнения, противопоказано. Кем? Могу сказать, что мной. Потому что я прошел через это, и делюсь сейчас этим с вами. Нужно постоянно бороться со своими недугами, ленью, страхами и прочими чертами свойственными для каждого из нас. Вот и я боролся, помогал родителям побороть это. Так и пролетел мой 10 класс. Далеко конец 10 класса не был таким радужным. Скорбь об утрате близких нам людей, долго жила внутри нас. Но, мы смогли пройти через эти испытания.
Что я понял, за это время? Учитесь управлять своими эмоциями. Эмоции это не только всё самое прекрасное в этой жизни, в виде улыбок, смеха и удовлетворения. Но и самое плохое, что может случиться с вами. И всегда помните, простую истину. Эмоции рано или поздно, уйдут, но оставят за собой последствия. И я в эмоциях, чуть не оставил последствия, которые могли бы отразиться в моей жизни. Я мог испортить всю свою жизнь, разочаровать своих родителей, оказаться за решеткой, или того хуже, стать таким же наркоманом. Но, я не сразу это понял, и в 10 классе я закурил и начал пить. Правда, это ничем не помогало. Да и любая другая вредная привычка, ничем бы не помогла. Но, остается факт того, что мы занимаемся самовнушением. Мы слышим, что сигареты и алкоголь помогают. Но, на самом деле они не помогают, просто уничтожают твой организм. Но, когда я это понял, уже было поздно, зависимость, дело такое. Подсел, а уже после не сможешь просто так избавиться.
Так легко, первый затяг, кашель, горло дерет. Второй затяг, неприятное ощущение в легких. Третий, подавляешь это чувство. Вторая сигарета, вроде ничего страшного. Третья, уже всё проще. Десятая, ты заядлый курильщик. Теперь ты дышишь дымом, не воздухом, а никотином. Это уже привычное дело. Ты без этого не можешь. Тебе постоянно хочется никотина. Отец ничего не сказал, так как сам курил. Мама не одобряла, но понимала, что мне это нужно. Поэтому так и срослось, что я начал курить и пить. Только я не уходил в запой, и не баловался наркотиками. Просто пытался успокоить то, что терзало меня внутри. То, что не давало покоя, очень долгий промежуток времени. Ты просто заливаешь алкоголь в себя, в надежде, что сможешь забыться. Но, ты не забываешься, твой мозг назло тебе, начинает мотать кинопленку из воспоминаний, напоминая тебе постоянно о них. А сигареты, сигареты, давали мне 5 минут, воспоминаний о них. И тем самым уберегли меня от того, чтобы я подсел на наркотики. Я всегда помнил, что способствовало смерти малышей. И не хотел закончить свою жизнь так же. Теперь я был опорой в семье. Теперь я был мужчиной, который принимал все тяготы этой жизни. Расслабляться уже было нельзя, время пахать в поте лица и давать большие результаты. Дядь Володя был прав, время пацана закончилось. Настало время мужчины. И кто, если не я, будет мужчиной? Так всё мое нутро, мышление и психология, были сломлены и я начал строить себя заново. Веселый, забавный, энергичный, самодовольный и самолюбивый парень. Стал превращаться в мужчину. Принимать решения, становиться взрослым, и вступать во взрослую жизнь. Чтобы занять своё место под солнцем, а если, кто-то собирался занять моё место, то ему пришлось бы подвинуться добровольно, или же я ему помог бы в этом…