Том 2 Решка и Орел (Асан)

Том 2
Глава 3 Карты в руки (часть 15)

И вот я закончил со своим мясом. Когда все сидящие за столом и четверти своего ужина не съели. Играть, так играть, подумал я. Сделал отрыжку на весь ресторан, что никто не оставил без внимания, моё животное поведение. Михаил с Дэном, решили пропустить это мимо ушей. По их взглядам было видно, что им очень не понравилось моё поведение. Но, мне было уже плевать на всё. Эта Вика собиралась сделать, что-то ужасное. И я очень боялся её. Эти взгляды, эти прикосновения ко мне, ехидно-хитрая улыбка. Всё перечисленное, заставляло, трястись мои органы внутри. Уверен я в одном, если бы у меня были колокола вместо органов, то все бы смогли услышать, как мне страшно. Частота громких отрыжек участилась, иногда сам заставлял себя, а чаще организм сам исполнял это оркестровое звучание, так как я был на взводе от собственных нервов, которые, как электрические импульсы пробегали по телу.

В голову приходили разные бредовые мысли. Способы выбраться невредимым и целым из этого заведения и не оказаться с Викой тет-а-тет. Мне очень не хотелось этого. Многие парни, наверняка сейчас подумают о том, что я идиот. Но, были бы они на моем месте, были бы девственниками, которые даже понятия не имели бы, что такое секс, как я, тогда бы посмотрел на них. Для меня казалось это болезненным процессом, после слов Вики. Она нагнала жути и наслаждалась самим процессом. А я наслаждался тем, что она нагнала на меня этой жути, и жуть стала моей подругой, постоянно напоминая, что осталось совсем немного и мне конец.

Акт 42

Босс: «Ты бежал от секса?», - смеется
Я: «У неё было, какое-то кольцо! И она собиралась его надеть на меня! Что мне еще оставалось? Я не просто бежал, я стирал копыта в пыль и буксовал на месте! Так, что ничего смешного в этом не вижу»
Босс: смеется
Я: «Прекращай смеяться. Далеко не смешно»
Босс: кое-как успокоившись, выбросил: «Ну, подумаешь, надели бы на тебя кольцо, до свадьбы всё зажило бы», - и снова смеется
Я: «Ты не исправим… Ладно, продолжим»

Я гремел посудой, ронял вилки и ножи, просил новые. Разливал на себя вино, которое забирал у Вики. В знак протеста. Она просила новый бокал, ей в очередной раз наливали полный бокал. Но, я снова забирал и собирал все эти бокалы слева от себя. Выпивая вино или разливая его. Не выдержав моего поведения, они под столом вцепилась ногтями мне в ногу. Взглянула на меня и сказала, что она хочет выпить. Я убрал её руку, взглянул на неё и добавил: «Хотеть не вредно!». Она с таким прищуром посмотрела на меня, что я даже пожалел о своих словах. Я словно мышонок, который забился в щели, в маленькой и узкой щели. И ждал, когда же эта кошка просунет туда лапу, чтобы достать меня и расправиться со мной. Частота сердечных стуков увеличивалась в геометрической прогрессии. Но, я продолжал портить всем вечер. Потому что мне его испортили изначально. Но, я удивлялся их терпению. Настолько они терпеливо относились к моему поведению. Они выражали глазами, свое недовольство, но на действиях, просто возвращались к своим милым беседам. Они снова преследовали свою цель, очередная ночь, новые спутницы. И схожий сценарий утром. И это был их образ жизни. Эти девушки далеко не были проститутками. Но, это меня и озадачивало, тогда кто же вы дамы. Кто ты такая Вика? Раз так стремишься с несовершеннолетним расправиться в кровати, в любом виде, пьяном или трезвом или бессознательном.

За весь вечер, мне раза 12 меняли столовые приборы. Принесли 9 чистых бокалов, после чего Вика перестала бороться со мной за это вино. И начала хлыстать его с горла. Этого конечно я не предусмотрел. Но, было приятно наблюдать за тем, как осуждающе смотрели на неё люди. Единственное, что мне нравилось в ней, это её уверенность в себе. Ей было плевать, что думают о ней люди. Она просто пыталась получить максимум от этого вечера. А напротив было приятно быть истинно плохим человеком, по-настоящему, без наигранности. Чисто плохой человек, без манер, норм поведения и какого-либо уважения к окружающим. Почему мне это нравилось? Да потому что вокруг меня все были лицемерно хороши. Все такие правильные, идеальные, всё по этикету и по высшему пилотажу. И тогда я подумал, я видел Михаила и Дэна дома, гуляющих в трусах по дому, чешущих свое достоинство и пятую точку, рыгающих, играющихся в супергероев из мультфильмов, борясь между собой в трусах, были бы толстыми, можно было бы уверенно называть их борцами сумо. Сидящие оба за столом с закинутыми на стол локтями. У Дэна вообще привычка задирать колено к себе, сидя за столом. А здесь он был элегантным и ухоженным джентльменом. Я огляделся вокруг себя и понял, что мы все такие. На людях, мы ведем себя цивильно, а оказавшись в родных стенах, показываем своё естественное естество. Нашу истинную сущность. Задавался всего один вопрос: «Михаил всегда рассказывал о Великих Цивилизациях, о цивилизации в целом. Отсюда следует, что вся наша цивилизация, это просто лицемерная наигранность на людях? А по факту, мы ничем не лучше обычных обезьян и животных? Единственная разница, обезьяны и иные животные ведут себя одинаково, что в социуме, что в одиночестве, а мы решили скрывать это всё под масками лицемерия? И в этом вся наша цивилизованность?». Я бы продолжил осмысливать эти мысли, если бы не Дэн со своим тостом.

Дэн: «Давайте, выпьем за нашего шефа, который сегодня станет мужчиной»
Я: подумал про себя: «Ага, конечно, рано ты флаг свой воздвигаешь на моей столице. Я ещё не сдался. И у меня еще есть время»

Вика не знала, чем чокнуться, в итоге схватили бутылку, которую я собирался выхватить, мило улыбнулась и столкнула их с бокалами и рюмками остальных. Продолжив и закончив это всё, несколькими глотками с горла. Я смотрел на неё, с некой ненавистью. Но, ей это нравилось. Поэтому она, только старалась сделать больше гадостей, чтобы это меня раздражало. И наслаждаться этим. А я будучи маленьким пацаном, велся на все эти провокации с её стороны.

Михаил прервал все беседы, вопросом: «Асан, что ты думаешь о Вике и о наших прекрасных спутницах в этот вечер?». Я перебросил взгляд на него и из меня вырвалось: «Что я думаю о Вике? Думаю, никому не стоит знать, о чем я думаю. Иначе она очень обидится на меня». Вика продолжала внимательно слушать, прервав меня фразой: «Рассказывай, мне очень интересно». И тут мою полупьяную голову осенило. Как в мультиках, когда включается лампочка над головой. Просто не обращать внимания на неё. И наверняка это сработает. Поэтому на её последние слова, я никак не отреагировал. Просто проигнорировал её. Я ушел в подполье. В глубокий бункер самого себя. Словно меня здесь нет. Она всячески пыталась привлечь мое внимание, но я делал вид, что в лоб не вижу её. Она проводила ногой по ноге, хватала ногтями мою ногу. Садилась рядом и своим горячим дыханием, шептала мне разные пошлые вещи, но я был сдержанным и не обращал внимания. А, что может быть страшнее, чем полное игнорирование девушки, не уделяя ей внимания. Конечно, это измена. Но, мне всегда по сегодняшний день, казалось, что игнорирование, это самое страшное для девушки. Женщины любят мужское внимание, особенно женщины избалованные им. А Вика, как раз таки была из таких девушек, за которой уверенно шел шлейф парней и мужчин с разбитыми сердцами, ибо они ей были не интересны. А почему я был ей интересен? Или же она преследовала иную цель? Использовать меня? Я не был гуру секса, я не был богатым, да и красавцем меня никто никогда не называл. Кроме одной девушки, с которой я познакомился годы спустя. У неё была своя игра. И она играла в неё умело.

Я встал из-за стола и направился к выходу, чтобы покурить. Михаил и Дэн подорвались с места и последовали следом. Шаг их был ускорен, что в мгновение ока, Дэн уже положил мне руку на плечо. На всякий пожарный случай, если вдруг вздумаю убежать. Желания у них искать меня в огромной Москве не было. Поэтому они составили мне компанию. Стоим себе курим, в сторонке. Никому не мешаем. Они не знают, как начать диалог, а я стою молча, как партизан, помышляя о том же побеге. Вот она свобода. Я на улице, нужно только начать бежать. Но, останавливала мысль о том, где я буду ночевать? Привычка жить в теплой квартире, постепенно притупило мои животные инстинкты выживать в любых условиях. Да и внешний вид мой не позволял, чтобы пойти и переночевать на улице. После второй сигареты неловкого молчания, Михаил начал:

Михаил: «Асан, чего ты боишься?»
Я: «Вику вашу боюсь я! Если бы ты знал, что она сказала мне на ухо!»
Михаил: «И что она такого сказала?»
Я: «У нее есть, какое-то кольцо, которое она собирается надеть на меня!»
Дэн: начал высыхать от смеха, собеседником он уже не был. Он просто ржал на всю улицу.
Михаил: «Что за кольцо?»
Я: «А я почем знаю? Угрожала, каким-то кольцом! Поэтому я боюсь её! И ни за что не останусь с ней тет-а-тет, хоть убейте»
Михаил: «Мне кажется, она всего лишь пошутила»
Я: «А мне так не кажется…», - затушил сигарету и пошел внутрь. Дэн продолжал ржать, как сивый конь, на всю улицу, поэтому решил досмеяться до конца и вернуться, чуть позже.

Мы с Мишей зашли внутрь, прошли к собственному столу, где дамы бурно обсуждали, какую-то тему. Я пытался сесть на место Дэна, но Михаил, стоял возле его стула, чтобы я этого сделать не мог. Пришлось развалиться в своем собственном стуле. На столе был беспорядок. Вика смогла взять один бокал и пить из него свое вино. Остальные бокалы, куда-то подевались, наверняка официанты убрали, по просьбе, кого-то из девчонок. За пределами ресторана было слышно, как прорывается на смех Дэн, словно дамба от напора воды. И в окно было видно, как он в полусогнутом виде стоял, уперся о свои колени и пытался успокоиться. Но, с каждой попыткой успокоиться, у него получалось всё хуже и хуже.

Спустя минут десять он вернулся к нам. Насмеялся. Массировал свои скулы. Болели от смеха. Сел на свое место, посмотрел на меня. Оценил ситуацию. Изобразил одной рукой кольцо, а на другой руке выставил свой указательный палец. И показывал схему действия мне. Находясь между двумя девчонками. Только одна общалась с Викой, вторая с Михаилом. И это была самая удобная позиция, чтобы поиздеваться надо мной. Теперь я понимал, что это за кольцо и для чего оно. И мне стало ещё страшнее. Дэн только усугубил ситуацию. И я уже готов был, хоть в вентиляционную шахту вылезти или выпрыгнуть в окно. Лишь бы избежать всего этого. А Дэн пользовался любым удобным моментом, чтобы показывать этот жест, снова и снова. И наслаждаться тем, что я бешусь, а он начинает тихо хихикать, как ребенок, который нашкодил, но никто ещё об этом не узнал. Поэтому пока есть время, он пытался получить максимум удовольствия из этого. Он напоминал мне Айбека, который как-то разукрасил и изрисовал стену за дверью в нашу комнату. Когда я пришел домой. Он такой весь довольный и веселый, подошел ко мне, взял меня за руку. И повел за собой. Отодвинул дверь, показал пальцем жест, означающих тихо и прошипел. А после показывал на стену и хихикал, типа Тёть Альбина не знает ещё, а когда узнает, будет в ярости. Вот так же примерно вел себя Дэн. Вроде бы взрослый. А ведет себя, как пацан в пеленках.

Акт 43

Босс: «Этот жест случайно не так он показывал?», - показывает один в один
Я: «Боже и ты теперь… Давай не будем!»
Босс: «Просто пошутил. Подумаешь, даже пошутить нельзя»
Я: «Пошути о другом в следующий раз»
Босс: «Как пожелаешь. Колечко на память колечко (напевал песню). А что было дальше?»

Дальше, всё продолжалось в своем русле. Пока Вика не повздорила с Дэном. Началось всё с обычных вопросов, подколов и шуток. А закончилось ссорой. Обменялись любезностями. И я сидел довольный, подливал масло между ними, в надежде, что Дэн всё сделает за меня. Но, когда они закончили, Вика повернулась ко мне и с таким серьезным взглядом заявила: «А ты не обольщайся, я с тобой ещё не закончила. И эта мелочь мне не помешает». Я пытался ещё подлить масла, ссылаясь на то, что Дэн не будет её терпеть под одной крышей, что она лишь усугубила ситуацию. И она на весь стол уверенно заявила: «Мы будем под одной крышей, но не под одним одеялом. Так, что ты строго мой!». Мне ничего не оставалось, как просто продолжать пихать в себя еду. Запивать это дело алкоголем, вином Вики и своей водочкой. В определенный момент почувствовал, что больше в меня не лезет. Это чувство насыщения. Когда переел, и желудок, начинает визжать и требовать у тебя, чтобы ты остановился. Развалился в своем стуле. Слегка расслабил ремень, чтобы стало легче моему желудку, а то ремень давил очень сильно. И в определенный момент, Дэн увидел эти глаза, соскочил, но уже было поздно. Всё вырвалось наружу, я даже среагировать не успел. Единственное, на что моей реакции хватило, это повернуть голову в сторону Вики. Но, я помню её взгляд. Наполненный отчаянием и разочарованием, в тот самый момент, когда наши взгляды столкнулись. Этот кошачий, дерзкий и уверенный в себе взгляд, который сменился шокированным взглядом, от происходящего. Никто не ожидал и не успел. Вика от души смогла оценить мой внутренний мир на себе.

Сколько было мата, сколько было гадостей сказано в мой адрес. Сколько было смеха и возмущенных взглядом окружающих нас людей. Михаил просто сидел и улыбался, в одном я был уверен, он думал об одном: «Эх… Всё-таки выкрутился из этого положения». Подруги её помогали ей отмыться от этого всего в туалете. Дэн не знал, что делать. А что уже поделаешь. Мне было очень плохо. Желудок мой вывернулся наизнанку, боль в желудке, головная боль. Сильная усталость, которая сопровождалась, неким возмущением со стороны Дэна. Что я всё-таки накрыл всем вечер, в прямом и переносном смысле этого слова. Он бесился от происходящего. А я пытался, как-то успокоить всю эту боль. В определенный момент, нам принесли счет и попросили покинуть заведение. Сказав, что больше нас не запустят. Михаил расплатился по счету. Дэн закинул меня на плечо и потащил наружу.