Том 2 Решка и Орел (Асан)

Том 2
Глава 3 Карты в руки (часть 7)
После слова Аддлера: «Открывай!». Моя рука, каким-то образом отказывалась меня слушать. Страх того, что там не будет заветной четверки. Я пытался пересилить себя, но в то же время, хотел быстрее закончить с этой неловкой ситуацией и накалом страстей. Все ждали, когда перевернется эта проклятая карта. Собравшись с духом. Я начал переворачивать её. И видел, что там задолго до того, как увидели все. И когда я перевернул. Половина зала вздохнула спокойно. А другая половина просто замолчало. Этот эпический момент в жизни каждого. Когда по сути ничего не зависит от тебя. Всё зависит от случая и удачи. Ты не знал, какие карты были у тебя, ты видел лишь рубашку двух карт. И вот эти карты лежат на столе перевернутые. Аддлер смотрел в мои карты. В его взгляде пробегала дорожка из слов: «Неужели, так Фортуна обошлась?».

Что я чувствовал в тот момент? Я чувствовал душевное облегчение. Знаешь, было ощущение, что я был Атлантом, на чьих плечах был небосвод, и появилась возможность, когда я снял эту ношу со своих плеч. Стало легко и проще. Я снова оказался самим собой. Все тело слушалось меня, уже не имело значение, какая это карта. Уверен, ты хочешь, узнаешь, какая это была карта. Это была четыре пик. Черт её дери, это была четыре пик. Теперь Фортуна была на моей стороне. А значит, все последующие партии должны были быть мои. Если верить существующему суеверию, которое ходило среди узников колоды. Мысленно я подумал, значит можно продолжать играть в слепую и победа всё равно будет моей. Но, нужно вовремя остановиться. Словно во мне проснулось шестое чувство, которое подсказывало мне, когда пасовать, а когда играть. Я был поглощен данной ситуацией. Тупо уставившись на свои две карты. Я пытался изучить их досконально. Хотя, что там изучать, две простые карты, ничего особенного. Приподнял взгляд. Посмотрел на Михаила, с него стекал пот градом, он волновался больше чем я. И тут я понял, что с меня ни капли пота не сошло. Я был сухой. Словно я знал, что там будет четыре пик и не беспокоился ни о чем.

Стянул с центра стола все фишки. Ребята до сих пор были ошеломлены данным фактом. И в них появился страх, что продолжать играть, смысла нет. И только спустя некоторое время, Сэм выкинул: «Дуракам везет! Не верю я во все эти ваши суеверия. Сейчас я закончу эту игру и уйду домой с десятью миллионами долларов. Посмотрел на крупье и добавил: «Чего уставился? Давай собирай карты и раздавай по-новому». Крупье словно проснулся от спячки, как медведь в берлоге, посреди зимы. Собрал все карты со стола, начал их размешивать и тасовать. А я всё ещё был в прошлом. Всё ещё видел перед собой эти две карты. Пытаясь найти объяснение данному факту. Впервые в жизни, Фортуна улыбнулась мне. На все 32 зуба. Подобно тому, что она стояла за мной и смеялась над Аддлером.

И вот две карты передо мной. Я смотрел на рубашки карт, малый и большой блайнды были расставлены. Все поддержали большой блайнд. А я всё никак прийти в себя не мог. Пока Себастьян, не подошел ко мне сзади и не положил руки на плечи, говоря: «Так Асан друг мой, соберись игра ещё не закончилась». Вздрогнул от его рук, оглянулся, понял, что это Себастьян. Взял, поставил 500 000, без всяких мыслей, снова не смотря в карты. Даже у Мэлса вырвалось: «Да ты издеваешься, что ли?». Я просто взглянул на него, таким беззаботным и спокойным взглядом. Вернулся к своим фишкам, начал их расставлять в небоскребы. Аддлер поддержал ставку, как и все остальные. Снова в четыре головы продолжаем очередную партию. И вот открывается флоп. Три пятерки в ряд. Я просто беру и пасую. Потому что внутри, что-то мне подсказывало, пасовать. Сэм пропустил право ставки, Мэлс добавил сверху еще 500 000 долларов. Аддлер молча поддержал. Сэм спрыгнул с этой ставки. Следом вышел Валет, Мэлс пошел Ва-Банк, Аддлер пошел Ва-Банк, и в этот момент я подумал, неужели Мэлс избавиться за меня от Аддлера. Так не должно быть. Я должен был положить последние две карты на стол и выкинуть его из игры. Но, сейчас расклад шел в руки Мэлсу. Я никого не анализировал, не понимал, что у кого на руках. И тут открывается последняя карта, двоечка. Вскрываются. У обоих, пустые руки. И теперь только старшая карта возьмет.

Мы попрощались с Мэлсом. Потому что старшая карта оказалась у Аддлера, Туз Бубны. Аддлер снова пополнил свой карман. И тогда я понял, что совершил грубейшую ошибку. Перевернув свои карты. У меня была та самая последняя пять крести. Зал снова ахал и охал, а я был в замешательстве. Неужели суеверие работает. Мэлс просто, уходя от стола, покачал головой. Мне везло, везло, как никогда. И я прошляпил свою возможность. Чтобы поставить точку. Продолжи я играть, остался бы с Сэмом один на один, и было бы всё проще пареной репы. Но, мне надо было пасануть. Сэм сидел на своем месте, катаясь в своем стуле, смеялся, повторяя: «Говорил же, дуракам везет!». Аддлер посмотрел на него, суровым взглядом и выронил: «А я бы на твоем месте шоколадка не смеялся, потому что ты следующий. Ты мне не соперник. Я хочу остаться наедине с Фортуной и Асаном. Хочу побороться с ними. Бой не равный, но я постараюсь выиграть». Сэм лишь фыркнул ему в ответ и бросил взгляд с презрением.

Крупье сменился. Пришел новый. Достали новую колоду карт. Пока вся эта процедура проходила, я достал ещё одну сигарету и закурил её. Аддлер смотрел на меня, словно пытался, что-то сказать. Не вытерпев, я начал:

Я: «Не томи душу Аддлер, давай выкинь из себя, то, что хочешь сказать»
Аддлер: «А с чего ты взял, что я хочу, что-то сказать»
Я: «Нутром чую!»
Аддлер: «Пусть удача на твоей стороне, но я сотру сначала Сэма, а после тебя! Я пришел сюда за победой!», - Аника позади него с улыбкой взглянула на меня.
Я: «Ты слишком самоуверен»
Аддлер: «Но, это лучше, чем быть нищебродом вроде тебя, которому здесь не место! Ты не в том обществе оказался, адресом ошибся. Может, встанешь и вернешься в свой городок. И продолжишь там обыгрывать лохов?»

Игра началась грязная. Аника поставила его в курс дела обо мне. И он пытался вывести меня из себя. И у этой курвы, это получалось. Это получалось у него, причем получалось отменно. Он продолжал говорить эти гадости. А я постепенно уносился в свое прошлое.

Акт 35

Я: «Знаешь, что самое страшное в этой жизни? Что реально ломает людей. Спустя десятки лет?»
Босс: «Нет, не знаю. Просветишь?»
Я: «Детская обида. Обычная детская обида, которая словно раковая опухоль в спящем виде, живет внутри тебя. И просыпается, когда, кто-то специально начинает на эту опухоль сыпать соль и пытается её разбудить. Вроде бы кажется, что там такого в детской обиде? А сколько я всю свою жизнь повидал этих детских обид. Я это вижу каждый день, когда Айбек и Асия, не хотят общаться с собственной матерью, потому что в них живет детская обида. Они прекрасно знали, сколько раз она их оставляла и уходила восвояси. У всех у нас, есть детские обиды. Детская обида, это как злопамятность, только в миллиарды раз хуже. Редко, когда люди умеют прощать другим людям детскую обиду, которую вырастили внутри тебя они сами. И Аддлер, всё-таки капнул внутрь. Словно ложкой черпнул по сердцу»
Босс: «И что было дальше?»
Я: «Дальше…»

Дальше я стиснул зубы. Пытаясь скрыть свою злость. Но, мои глаза наливались кровью. Хотелось запустить в него свой стакан и следом зажигалку. Хотелось добраться до него и вцепиться ему горло. А он это всё видел и наслаждался этим моментом. Я перестал видеть кого-либо в этом помещении. Внутри была ярость и обида. Меня всего трясло.

После всех процедур, раздача карт началась. Чья из наших целей была сильней? И кто из нас больше хотел победить, мне не известно. Но, я хотел стереть его в порошок. Оставить только пыль, которую после полил бы своим соком, оставив из этой пыли, только мокрое место. А так как, я никогда не был бойцом, единственный вариант был, это ткнуть его рожей, в свои две карты и сказать: «Благодарю за игру!». Продолжил играть в том же русле. Не смотрел на свои карты. Аддлер лишь изредка подшучивал: «Может, посмотришь на свои карты? А то вдруг проиграешь, а я хочу достойно победить, чтобы ты потом не мог сослаться на то, что играл, не зная, своих карт». Я сжал свои ладони в кулаки. И ждал, когда блайнды будут расставлены. Блайнды выросли. Малый стал 200 000, большой 400 000. Как только Сэм поставил свой блайнд, я сразу бросил на стол 1 000 000 долларов. Без церемоний. Аддлер добился своего. Пасанул. В первый раз в жизни, он пасанул до флопа. И стравил меня с Сэмом. Если до этого он играл по моим правилам, то теперь я оказался на его половине поля и играл в его игру. Сэм сидел и думал, продолжать или нет. Я покачал ему головой из стороны в сторону. Говоря, что не стоит. Но, он взял и влепил свой последний миллион, с ухмылкой, он ведь у нас не верит в суеверия. Открылся флоп. Один туз, дама и четверка. Так как фишек у него больше не было. Крупье продолжил открывать карты. Следующей оказалась – дама. И последняя была двойка. Сэм взглянул на меня, переворачивая свои карты и бросая поверх фишек с фразой: «Как я и говорил, дуракам везет! А в суеверия, я не верю!». У него были две пары. Из дам и двоек.

После его слов, не смотря на свои карты, перевернул и бросил поверх его карт. С таким же честолюбием, что и он. Два туза. И вот он сэт. Зал аплодировал, ахал и охал. Карты сами шли ко мне в руки. Все расклады были моими. Аддлер лишь покачал головой, посмотрел на Сэма и добавил: «Шоколадка иди в морозильник морозиться! Приятно было с тобой поиграть». Сэм встал со стола, подошел ко мне, пожал мне руку. И шепнул на ухо: «Сделай его, пожалуйста, сделай одолжение, все кто были за этим столом, будут тебе благодарны. Ты хорош, речи нет! И прости меня, за мои грубости, испугался просто». Я улыбнулся ему в ответ, и он, похлопав меня по плечу, направился в ряды зевак. Остались только я и Аддлер. Фишек у меня было больше. А значит, победа должна была быть за мной. Но, затягивать я не хотел. Фортуна такая штука, что улыбается определенное время и в любое время может отвернуться. И оказаться по другую сторону баррикад. Поэтому после того, как крупье, раздал карты. Арсений подошел ко мне, и сунул мне две фишки, которые я давал ему поиграть. И добавил: «На удачу братец, сделай его. Мы все верим в тебя».

Карты розданы, блайнды автоматически Себастьян повысил. Малый 250 000, большой 500 000. Но, меня это не волновало. После того, как Аддлер выставил большой блайнд. Я толкнул все фишки на центр стола. Все до последней фишки. Пора было заканчивать. И толкая, добавил:

Я: «Можешь посмотреть свои карты! На свои карты я смотреть не буду!».
Аддлер: «Думаешь, и в этот раз тебе повезет?»
Я: «Нет, не думаю. Если мое желание выше твоего, значит, победа за мной будет»
Аддлер: «Ты ушел в азарт смотрю»
Я: «Нет, это не азарт. Я не стремлюсь выиграть. Я лишь отдаю всё делу случая. И плевать. Проиграю, так проиграю»
Аддлер: улыбнулся ехидно и начал смотреть свои карты.

Посмотрел свои карты. Взглянул на меня. Выпил до дна, свою колу. Облизал свои худощавые губы. После чего уверенно толкнул все свои фишки на центр стола. Всё. Одна партия решала бы всё. Время было уже 5 утра. Мы все устали, как и все наблюдающие за данной игрой гости. Нужно было заканчивать и идти спать. Правда, один ушел бы спать чемпионом, а второй проигравшим. В чем, прелесть покера. Тут нет, 2-3-4 и прочих мест. Есть только 1 место. Главное место. А остальные места, не имеют никакого значения. Да и как в любом виде спорта. Смысл стараться, учиться, стремиться. И получить не первое место? Все идут за числом один. Крупье завис, не зная, что делать. Он ожидал, что будет больше игр. А тут складывается, всё иначе. Он начал выставлять флоп. Первые три карты. Положил все рубашкой вверх. Создавая и накаляя обстановку ещё больше.

Король Бубны. Пять червы. Туз Пик. И вот Аддлер, за все это время, начал делать движения телом. Он хрустнул шеей, в одну сторону, потом в другую. Хрустнул всеми пальцами на руках. Размял свои плечи, параллельно расслабляя галстук у себя на шее. И этот жест горлом, который я увидел в самом начале. Он его повторил. И мысленно, я уже чувствовал себя победителем. Он паниковал. Ибо на руках, у него не было сильных карт или сочетаний с флопом. Всё подумал я про себя. Аддлер проиграл, и он прекрасно осознавал это. И просто мирился с этим фактом. Стоп. А какие карты у меня? Смогут ли они перебить его карты? А в это время Аддлер, сидел и разминал всё свое тело, делая круговые движения руками, кистями, торсом, массируя себе шею. Крупье, отложил в сторону одну карту. Достал следующую и расположил на столе, рядом с предыдущими тремя. Отложил в сторону ещё одну карту, после чего добавил ещё одну на стол. И открыл четвертую по счету. Пять бубны. Аддлер уже развалился у себя на стуле. Расслабился. Уже ничего не изменить. Ставки сделаны. И теперь только стечение обстоятельств, решат всё. Он не напрягался, не видел в этом смысла. А я сидел напряженный. На взводе, словно бомба с часовым механизмом, и вот-вот должен был взорваться от нетерпения.

Пятая карта. Тройка Бубны. Крупье. Вскрывайтесь. Мы одновременно подняли свои карты и бросили на фишки. В перевернутом виде. Эх, классная всё-таки была игра. Потрепали все друг другу нервишки, задевали за живое, были животными, ради заветных десяти миллионов, играли используя все возможные и невозможные возможности, чтобы победить. Мы сидели с Аддлером и смотрели на наши карты. Я думал про себя: «Неужели!?». Он думаю, думал о том же. У него был флеш из бубновой масти. А у меня была лишь пара пятерок. Аддлер не ликовал. Он спокойно отнесся к этому. Встал со своего места, подошел ко мне, обнял меня. Крепко и тепло. Человек, которого считали нацистом. Оказался добрым парнем, который обнял меня и шепнул на ухо: «Красавчик, достоин уважения. Сыграть целый ряд игр, не смотря в свои карты. Ты лучший игрок, каких я видел. Уважаю и преклоняю свою шляпу перед тобой. Достоин зваться Узником Колоды»