Том 2 Решка и Орел (Асан)

ТОМ 2.«Решка и Орел» Асан.

Акт 1

Босс: «Присаживайся по удобней. Думаю у нас будет долгий разговор»
Я: «О чем будет разговор?»
Босс: «Я сейчас включу диктофон и будешь рассказывать о своей жизни, все, что помнишь. Не важно в каком порядке, просто рассказывай, в процессе я буду задавать вопросы, на которые тебе придется отвечать, нравятся они тебе или нет»
Я: «А для чего?»
Босс: «Не задавай лишних вопросов, на которые всё равно ты не получишь, пока что ответа»
Я: «Хочу извиниться. Как-то я посмотрел одну твою папку на твоем компьютере. И там твоя история?»
Босс: «Ну, думаю, теперь ты понял, чего я хочу»

Глава 1 С чего всё началось

Сколько себя помню. Мне было лет 5-6. Родился я на севере Казахстана. В Петропавловске. Но после родители переехали в Боровое. Когда мне исполнилось 6 лет. Отец ушел из семьи к другой женщине. Совсем не помню, как он выглядит. Лишь размытые черты лица в памяти. Тогда началась трудная жизнь, хотя и с ним, жизнь была не сахар. Он любил выпивать. Каждый раз, когда он выпивал, то вымещал свою злость на матери. Нас в семье было 3. Я братишка и сестренка. Но братишке было 2 года, а младшей только полгода исполнялось. И вот он ушел. Мать сутками работала. Пропадала на работе. Я следил за ними обоими, иногда соседка приходила, помогала, но в основном готовила кушать, кормила и уходила. А я следил за малышами.

Мать работала в две смены. Всегда приходила уставшей. И приходя, сразу засыпала. А я всячески старался ей помогать. Хотя толку от моей помощи было мало. Когда малютка просыпалась. Мама вставала, пыталась, её успокоить и уложить спать. Росла девочка на сухих смесях, которые заменяли молоко. Из-за стресса, который отец предоставлял матери, её молоко свернулось. И поэтому она не могла кормить её грудным молоком. Вот так и продолжалась наша жизнь. В определенный момент, с одной работы её уволили. И тогда пришлось съемную однокомнатную квартиру сменить на комнату в общаге. Страшное место. Постоянные крики, ругань. Стены были тонкие, поэтому было слышно всё. Когда сестренка плакала, соседи стучали в стены, что ещё больше пугало её и заставляло кричать сильнее. Постоянные выяснения отношений с соседями. Мужики, вместо того, чтобы быть мужиками, постоянно ругались с моей матерью. Часто заканчивалось тем, что поднимали руку на женщину. Я бежал защитить её. Но, легким движением руки меня отбрасывали в сторону и говорили: «Знай своё место уйгуренок!». Да, я уйгур и в процессе жизни, я познал очень много.

Мать худела на глазах. Родственники были. Правда, как потом в будущем выяснилось. Они отказались от матери, когда она вышла замуж за моего отца, который бросил нас. Бросил её с 3 детьми на произвол. И с момента её увольнения началась моя жизнь. Я вор. Мой единственный навык, который кормил меня всю жизнь, это воровство. Чтобы накормить своих мелких, я воровал из магазина, хлеб, печенья. Воровал всё, что было съедобным. Часто бывало, что хозяева ловили меня, избивали не жалея сил. Пинали. Плевали на меня. И уходя, говорили: «Мелкий уйгурский воришка, еще раз увижу, убью!». Но, я всячески скрывал следы побоев от матери. Она приходила поздно ночью. Я закрывался с головой. Чтобы она не видела. Утром уходила рано. Была соседка по общежитию, которая всячески старалась помочь моей маме. Ибо сама была из схожей ситуации. Тоже четверо детей, правда, уже были старше. И самостоятельными. Четыре брата. Хулиганы в школе, всегда вместе. Каждый заступался за другого. Если и дрались, то только четыре на четыре. И ни один из них не давал спуску никому. Хоть и разница между ними была по году. Они дрались друг за друга. Благодаря, тёть Альбине, соседке, я познакомился с её сыновьями. Мы вместе ходили в школу. Но, защиты я от них не видел. Были понятия. Каждый сам за себя. Или за близкого брата. Я для них был никто. Да и особо они не сближались со мной. Но, в одном они были хороши. В воровстве. Воровали, всё, что лежит не так. А то, что они вытворяли в магазинчиках, это вообще отдельная история.

Я смотрел на них и постоянно учился. Так как кормить младших нужно было. Да и порошковые смеси были дорогие. В комнате постоянно было пусто. Был только обед и ужин. Утром ничего не оставалось. Поэтому слово завтрак мне было не знакомо. Мать моя работала поломойщицей в местной поликлинике. И зарабатывала гроши. Поэтому и жили в впроголодь. Никому не было дело до нас. Все глумились и издевались над нами. Шпыняли, толкали, не считались с нами. Потому что мы были уйгурами и нас призирали. Я всегда задавался вопросом, за что? Мать молча всё проглатывала и говорила мне, не слушать их. Они глупы. Поэтому ведут себя так. Но, я понимал, что на это есть веская причина.

Через два года. Я стал отъявленным воришкой. Воровал всё подряд. Нужно это мне или не нужно. Я просто воровал. Гастрономы, магазинчики, в автобусе. Одним словом везде. Благодаря мне финансовое положение в семье улучшилось. Мать постоянно ругала меня, била по рукам. Отбивала скалкой мне руки. Чтобы я больше так не делал. Говорила, что всё сделает ради нас, только не будь вором. Но, я понимал одно, что ничего лучше не будет. И продолжал это делать. Мать своими ударами скалками лишь делала мне одолжение. Чувствительность рук падала, а утонченность, резкость рук росла. Постоянно пытаясь, убрать руки от удара скалкой давали свои результаты. И выходя на улицу, вытащишь купюру, торчащую из кармана, вытащишь из сумочки женщины кошелек. Из магазинов шоколадки, жвачки и прочую мелочь, которую можно было спрятать и молча выйти. Но, в процессе я понял одну вещь, если украл в одном месте, то в следующий раз, нужно идти в другое, иначе поймают и не жалея изобьют. Это я понял, когда хозяин магазинчика, избивал меня на улице шваброй. Бил не жалея сил. А люди, проходящие мимо, делали вид, будто бы меня нет, будто бы ничего не происходит. Никто не хотел защитить ребенка. Всем было плевать.

И вот побитый пришел домой. Получил по рукам от матери. Лежал в своем углу. И тихо плакал. Я ненавидел людей в тот момент. Ненавидел свою жизнь. Ненавидел то, что я уйгур. Ненавидел всё. Бил в стену со злости и ненависти. После чего пришел сосед, выяснять отношения с матерью. И снова маме досталось. Какой же я был тупой и беспомощный. Ничем я ей помочь не мог. Она лежала и плакала рядом. Я лег рядом с ней и сказал: «Я вырасту. И буду всегда защищать тебя мама. И все кто били тебя. Получат от меня». Она обняла меня. Поцеловала. И мы заснули.

С тех пор. Я больше никогда не плакал. Слишком дорогая роскошь была для меня. Чтобы показать свои слезы. В школе избивали, на улице избивали, везде избивали. А я терпел. Продолжал терпеть. Стиснув зубы. Я терпел, потому что больше ничего сделать было невозможно. Если выходили драться 1 на 1, то, если я побеждал, обязательно, кто-то влезал в драку и я проигрывал в конце. Справедливости не было по отношению ко мне. Девочки в классе, при моих попытках поговорить с ними, говорили: «Уйди грязный уйгур». Или же ребята казахи или русские затаскивали меня в туалет и говорили, чтобы я не разговаривал с их девочками.

Худощавый, истощенный я. Верил и жил, верой, что однажды, всё изменится. Что однажды, все заплатят за всё. И у меня будет возможность отомстить всем. И это единственное, что заставляло меня терпеть, терпеть большую часть своей жизни. Терпеть несправедливость. Терпеть гадости, грубости, оскорбления, непонятную ненависть ко мне и к моим родным. Главным вопросом всегда был: «За что?». Я никого не трогал, я пытался избегать драк. Но, все всегда пытались возвышаться надо мной, задирать меня, а все мои попытки дать отпор, не увенчались успехом, потому что, если один не мог справиться, то ему всегда помогали.

Складывалось ощущение, что я один против всего мира. Все хотели сделать мне больно. Я не люблю вспоминать это время. Вроде бы хуже не придумать. Но, со временем, мама начала водить домой неизвестных мужиков. Выгоняла меня с мелкими из комнаты. И нам приходилось по несколько часов гулять на улице или же сидеть в коридоре. Часто тёть Альбина, нас запускала к себе. Потому что понимала и жалела нас. Любила нас, как своих и воспитывала. Пока мама работала и параллельно, зарабатывала на нашу жизнь, будучи женщиной легкого поведения. Водила разных мужиков. И картины всегда были разные. Или изобьют, или не заплатят, одним словом обращались с ней, как хотели. А она терпела это всё. Я хотел это всё остановить. Ничего не получалось.

Соседские мужики всегда говорили мне и мелким, проходя мимо: «Дети шлюхи», «Уйгуры с матерью проституткой» и т.д. Хорошо мелкие ещё не соображали. И особо не помнят то время. Но, это было тяжелое время. Сплетни быстро распространялись по городку. Одноклассникам было это лишь на руку, чтобы унижать меня ещё сильнее. Достигнув возраста в 12 лет. Я бросил школу. Больше не учился. Устроился автозаправщиком. Менеджер там был уйгур. Пожалел меня и взял на работу. Я заправлял машины, мыл туалет. Получал свою зарплату. Я не работал, как все с выходными. 1 сутки работаешь, двое отдыхаешь. 1 сутки работал, вторые отдыхал и на следующие выходил. Мне нужно было больше денег. Чтобы содержать мелких. Потому что матери особо я не видел. Она работала и параллельно подрабатывала. Появлялась дома, чтобы завести продукты и снова исчезала. Поэтому воспитание мелких осталось на мне и теть Альбине. Это она меня научила терпеть. Всегда говорила: «Терпи Асан, жизнь сложная штука. Поэтому просто терпи, и наступит твое время. Терпи!». И я терпел. Почему ушел из школы? Надоело выслушивать оскорбления одноклассников. Их животное отношение ко мне. Надоело пытаться защищаться и проигрывать, только потому, что их больше. Поэтому и ушел из школы и устроился на работу. Параллельно в дни отдыха, подрабатывал в магазинчике, в котором хозяин не доплачивал мою зарплату, ссылаясь на многие глупые вещи. Что якобы я плохо работаю, что я опаздываю на работу и т.д. Поэтому я тихо и незаметно приворовывал у него в магазине. Что, конечно он вешал на меня, что якобы я не внимательный и из-за меня воруют. Но, я терпел и брал своё.

Возле заправки часто стояли таксисты, которые возили людей до Астаны и обратно. Они играли в карточную игру «Ази» или же «Тринку». И один из таксистов научил играть меня в эту игру. Рассказал азы и хитрости этой игры. Поэтому я пытался, путем игры преумножить свою зарплату. Но, в силу незнания и неопытности, всегда проигрывал. И со временем забросил это дело. Но, не забывал, оттачивал мастерство игры. Всегда был полный таксист, который обирал меня до копейки. А после смеялся, говоря: «Глупый уйгуренок, не играй, если не умеешь». Я запомнил эти слова. И очень часто мне снился сон, в котором он смеется и говорит эти слова.

Вот так и началась моя жизнь. В холодной комнате общаги, где приходилось укрываться несколькими одеялами и спать в одежде. Потому что отопление было роскошью, которую мы позволить не могли. Я воспитывал своих младших. Работал. И ждал того, момента, когда смогу дать отпор тем людям, которые постоянно задирали меня. Только потому, что я уйгур. Тоже самое было и у моих мелких братишки и сестренки. У моей матери. Задирали всех. И это было для окружающих нормой, с которой мириться я не собирался. Люди злые. И не знают жалости. Если ты не такой, как все. То тебе не светит ничего просто так. Хочешь чего-то? Иди и возьми. Но, когда будешь брать, помни, что могут догнать и избить. Вот был принцип, по которому я жил очень долго.