«Там» и «здесь»: о жизни рядовых оралманов
Всю прошлую неделю жители, наверное, всех стран СНГ задавались вопросом: «Жив или скончался Ислам Каримов?». Ну и, конечно, даже совсем непричастные к политике люди пытались подводить итоги его правления. Нашлись и те, кто хвалил Ислама Абдуганиевича, мол, у Узбекистана (в отличие от того же Казахстана) нет внешних долгов, на его территории не работали китайские инвесторы и узбеки, мол, радеют за свой язык, тогда как мы, казахи, до сих пор говорим на русском. Ну и вообще договорились чуть не до того, что в Узбекистане тишь да гладь да Божья благодать. (А гастарбайтеры из соседней страны, видимо, так просто со скуки к нам катаются работать на стройке да торговать).
Не хочу никого обидеть, просто расскажу о своей жизни в Узбекистане до того, как по программе переселения оралманов наша семья переехала в Казахстан.
Итак, я родилась и до 17 лет прожила в Ташкентской области, которая вообще-то считается, пожалуй, самой благополучной среди регионов из-за близости к столице. Моя мама – учитель русского языка предпенсионного возраста, всю сознательную жизнь прожившая в советскую эпоху с уверенностью, что вот-вот настанет светлое будушее и всеобщий коммунизм. Папа перебивается случайными заработками. Мы с сестренкой в то время – школьницы.
Что мне запомнилось с тех школьных годов? У мамы на работе количество часов сократили, ибо да, взят курс на развитие государственного языка. Кстати, примерно в то время, когда я только пошла в школу (в середине 90-х) Узбекистан перешел на латиницу и все старшее поколение в один миг стало «неграмотным». Как-то я с учительницей съездила в Ташкент на олимпиаду, а учительница – русская, как-то за это время не успевшая выучить узбекский. А в городе все надписи – на узбекском, да еще латиницей, и кое-где на английском. Пришлось ей просить меня читать и переводить, где что написано.
Потом, когда на учительскую зарплату стало совсем не прожить, мама бросила работу и стала торговать. Потом еще стала ездить в Сарыагаш, там тоже торговала понемногу, каждый раз подпольно переходя границу и убегая от таможенников. Она уезжала на три-четыре дня, мы с сестренкой оставались одни, иногда навещали родственники. Хозяйство как могли вели сами, чем могли помогали маме, учились.
Чем жили остальные? Насколько я знаю, все держали огороды, скотину, подрабатывали где могли либо ездили на заработки в Россию или в Казахстан. В доме рядом с нами по полгода никого не было – семья корейцев ездила в Россию сажать лук на продажу. Один из моих дядей работал в райводхозе, после работы еще ходил на шабашки типа ремонта, когда бывали, потом еще дома ухаживал за скотиной и огородом. Естественно, после такого дня засыпали чуть ли не вместе с курами, едва заходило солнце.
Кстати, о хлопке. Школьники, начиная с 6-7, а то и с 5-го класса с самого сентября и практически до заморозков вместо учебы ходили собирать хлопок. То есть первую четверть в школах не учились. Последнюю обычно тоже не учились, т.к. пропалывали сорняки в том же хлопковом поле. Программу за год проходили «галопом по Европам». При этом программу по многим предметам, естественно, меняли, учебники тоже. Поэтому в начале года выдавали на класс по 5-6 комплектов еще советских учебников, оставшихся в библиотеке, остальное – покупайте сами. Конечно, договаривались с соседями по парте приобретать разные учебники и меняться, чтобы сделать домашнее задание. Я так вообще часто делала уроки у одноклассниц с учебниками. Приходила, решала задачки по учебнику подружки, давала ей списать или помогала сделать самой – и довольная возвращалась домой. Как хорошо, что моя мама всю жизнь собирала книги, и у нас дома была довольно обширная библиотека. Только благодаря этому я не осталась полуграмотной и не обрела привычки все свободное время просиживать перед телевизором, как многие подростки в то время.
А в Казахстан моя мама, уже без пяти минут пенсионерка, решилась переехать потому, что нам с сестренкой нужно было получать образование. В Узбекистане нет такой лафы с грантами и стипендиями, даже на платное поступить было сложно. И даже если бы случилось чудо и я поступила на бюджетное обучение, все равно нужно было бы оплачивать проживание в общежитии и вообще жизнь в столице. А это, естественно, нереально для нас, даже пару учебников покупавших с великим трудом.
Конечно, маме было страшно в таком возрасте круто менять жизнь и ехать в другую страну. Но она у нас молодец, всю жизнь внушает нам с сестренкой, что надо учиться, что единственный наш путь к успеху – это знания. Тогда она мечтала, чтобы мы смогли хотя бы колледж окончить, чтобы какая-то профессия была.
И вот в 11-м классе я переехала в Казахстан. В школе нам с сестренкой выдали полные комплекты учебников, несмотря на то, что приехали мы уже в конце сентября. Это был шок: как это – не надо покупать ни одной книжки?) Весь год я зубрила, особенно английский, историю Казахстана и казахскую литературу, которые до этого мы не учили. Собственно, с нашей «ускоренной программой» почти без учебников нас «спасла» только привычка читать запоем и, соответственно, какой-никакой кругозор.
Короче говоря, весь учебный год я усиленно занималась и в итоге поступила на грант, а потом еще и магистратуру окончила. А сестренка тоже окончила университет, так что мамина мечта осуществилась «с перевыполнением».
Насколько я знаю, многие мои одноклассники тоже уехали из Узбекистана, наши родственники все тоже здесь. Мало кто согласится прожить жизнь за черной работой, не имея возможности выучиться и твердо встать на ноги. А остальные... такое ощущение, что все трудоспособное население страны почти все время проводит, работая за границей. Ну или, как я писала выше, в ежедневном труде от рассвета до заката, лишь бы выжить. Про жизнь в Узбекистане иногда слышу или читаю, рассказы неутешительные.
В общем, что я хочу сказать... Сейчас я уже привыкла к стабильности и уверенности в будущем. С жильем нам помогли, работа есть, у мамы минимальная пенсия, но даже этой минимальной пенсии в случае чего хватило бы на жизнь. Иногда, бывает, даже вслед за местными вздыхаю, мол, все дорожает, как жить... Потом вспоминаю свою прежнюю жизнь, вернее, не жизнь, а беспокойное существование. И в очередной раз говорю про себя, а то и вслух: «Как хорошо, что мама в свое время решилась на переезд!». Потому что сейчас моя судьба – в моих руках, и думаю, что все у меня будет хорошо.