Таджикская молодежь не хочет служить в родной армии.
Все хорошо помнят имевшее место в бывшей советской армии такое явление как «дедовщина» в виде дополнительных физических нагрузок для солдат срочной службы, наказаний в виде мытья полов, нарядов вне очереди и т.п. На сегодняшний день в таджикской армии все перечисленные издевательства над солдатами неактуальны. Теперь «дедовщина» - это избиение одним солдатом другого до смерти.
В разных странах мира армия является местом, где у молодежи за время службы выковываются такие чувства, как взаимоуважение и ответственность. Однако в таджикской армии все еще наблюдается неудовлетворительное обеспечение продовольствием, обмундированием и медикаментами, мало того еще и неуставные взаимоотношении, в том числе, на почве национальной неприязни. В основном «дедовщина» в гарнизонах организовывается представителями Кулябского и Дангаринского кланов именно в отношении солдат-срочников узбекской и киргизской национальности.
И самое интересное, что руководящий состав силовых структур, в основном, состоит из представителей вышеуказанных «доминирующих» кланов, в связи с чем их уголовные поступки остаются вне досягаемости закона.
В таджикской армии утвердилась ритуалы, которые могут не только покалечить, но и убить человека. Так, четыре из известных трагических случаев произошли вследствие армейского ритуала «Стройся».
Уроженец Согдийской области рядовой Фирдавс Рахматов и двадцать его сослуживцев стали жертвами указанного ритуала. В социальных сетях появилось видео подобного ритуала: солдат срочной службы с хладнокровием и жестокостью избивает своих сослуживцев, выстроенных в шеренгу, ногами.
За убийство солдата срочной службы Ф.Рахматова, который скончался вследствие жестокого избиения летом 2015 года, Худжанский гарнизонный военный суд приговорил трех его сослуживцев к длительным срокам лишения свободы. Родители получили тело Фирдавса всего после месяца его службы в армии.
Опрашиваемые солдаты, подвергшиеся таким ритуалам, сообщают, что командирование воинских частей, знает об этом виде насилия и может это предотвратить, однако зачастую видит в дедовщине механизм, позволяющий обеспечить соблюдение солдатами дисциплины.
При этом те случаи насилия над солдатами срочной службы в армии, которые благодаря СМИ стали известны общественности, ничтожно малы в соотношении с реальными масштабами жестокости в армии.
Другому Согдийцу Шахболу Мирзоеву повезло больше, если это вообще можно назвать везением – он остался в живых, но инвалидом на всю жизнь.
Во время службы в пограничных войсках ГКНБ Республики Таджикистан, на которую он пошел, в отличие от многих других, добровольно, у юноши разболелся зуб. Вот и подумав, что в медпункте ему окажут помощь, по дороге нарвался на фельдшера Усмона Гайратова, который и оказал, конечно, не без помощи своих «ассистентов» молодому армейцу «первую помощь». Назвать этот случай просто избиением военнослужащего тяжело, это скорее было похоже на пытки задержанного пленника в средние веки – поливание ног горячей водой, покалывание конечностей иглой, сломанные руки, ноги и шея. Правда обо всех подробностях того страшного дня молодой человек рассказал не сразу, боялся мести. Ведь, как утверждают многие, родственные узы Гайратова, давно «пустили корни» в органах прокуратуры.
Больно представить и сложно понять ту глубину отчаяния, что испытывает потерявший своего ребенка родитель, какие чувства его терзают, когда ему возвращают тело сына, которого он отправлял целого и невредимого в армию с надеждами, что тот станет защитником и опорой страны.
(для справки: по неофициальным данным, в результате дедовщины среди военнослужащих в Таджикистане ежегодно погибает от 20 до 70 солдат, а около 100 остается инвалидами).
Несмотря на усилия таджикских властей по повышению популярности службы в армии большинство лиц призывного возраста пытаются уклонится от службы в армии.
Сегодня родители, не желающие рисковать жизнью и здоровьем своих детей, предпочитают найти способы освобождения своих чад от военной службы. Это в принципе не сложно, благодаря нынешней процветающей коррупции среди сотрудников военкоматов. Размер «оплаты» за освобождение от службы составляет 2 тысячи долларов США, а в отдельных районах Согдийской и Хатлонской областей можно приобрести военный билет за 3-4 тысячи долларов США.
Ну а в отношении тех призывников, чьи родители не могут заплатить больше по местным меркам деньги, сотрудники военных комиссариатов проводят «отлов» в местах массового скопления молодежи и по адресам их проживания. Устанавливают контроль в аэропортах и железнодорожный вокзалах, где молодежь призывного возраста, возвращается на родину по линии трудовой миграции.
Конечно, такие меры становится причиной недовольства людей. Достаточно вспомнить как у здания ОДО Джиргатальского района собрались местные жители, большинство из которых киргизы. За день, за два до этого, в рамках осеннего призыва их дети были задержаны мобильной группой, состоящей из сотрудников военного комиссариата, ОМВД и районного хукумата, за уклонение от призыва на военную службу.
Собравшиеся требовали освободить их сыновей, и спустя некоторое время были разогнаны милицией. Аналогичные акции протеста также имели место и в Исфаринском районе Согдийской области, городе Курган-Тюбе и Сарбандском районе Хатлонской области. Ну а жители Мургабского района ГБАЮ в ходе таких протестов до смерти избили сотрудников районного военкомата.
Независимые эксперты приходят к выводу, что масштаб армейского насилия намного больше, чем можно себе представить. Он просто огромен. До правозащитников, адвокатов, журналистов доходят только дела со смертельным исходом и дела, где солдат настолько травмирован, что воинская часть уже не может скрывать эту информацию. Военная прокуратура узнает и документирует только мизерную часть случаев насилия. Основная же его часть скрывается, уверены эксперты.
Кому нужна такая армия?! Сможет ли армия, неспособная защитить своих солдат от «дедовщины», быть опорой Родины?!