Страшные биолаборатории – это обычные и полезные био и санэпидемстанции
Врать надо умеючи. Просто высасывать какой-нибудь фейк из пальца глупо. Такую ложь быстро разоблачат – сам станешь посмешище, которому никто больше не поверит. Гораздо проще искажать, утрировать истинные факты, перевирая их в нужном духе. Например: у Пети Иванова в квартире живут котенок и собака. Это нормально и не вызовет никакого интереса. Но можно встать в позу и громогласно, с патетикой и ужасом, сообщить, что гражданин Петр Иванов содержит в своем доме хищных животных. В принципе это правда. Кошка и собака – животные? Животные. Хищные? Мясо жру, значит хищники. Но, по сути, это полное искажение истины. Пушистый котенок и ласковая собачонка, в сознании слушателей превращаются в крокодила живущего в ванне и леопарда поселившегося на балконе. И мирный, любитель животных, Петя Иванов превращается в злобного террориста и человеконенавистника.
Или обозвать войну - спецоперацией, патриотов-националистов перекрестить в нацистов, подвал обозвать бункером. И получится что защитники «Азовстали», загнанные в подвалы - это злобные нацисты, засевшие в комфортабельных бункерах.
То же самое насчет пресловутых биолабораторий. Я в детстве жил рядом с главной «биолабораторией» Казахстана, школьником летом подрабатывал в биоэкспедициях. Моя жена, тогда работала лаборанткой в этой самой биолаборатории. Только тогда это называлось официально Среднеазиатский научно-исследовательский противочумный институт (САНПЧИ), неофициально противочумной институт, а сейчас это Казахский научный центр карантинных и зоонозных инфекций имени Масгута Айкимбаева.
Это главная «биолаборатория» в Казахстане. А еще плюс от нее биостанции в каждой области и почти во всех районах. А как же иначе!? Ведь главная задача всех этих биостанций, институтов, лабораторий - благородная и может самая важная в мире - профилактика, мониторинг заболеваний, предупреждение, а если надо борьба с различными карантинными и зоонозными инфекциями, заразами и эпидемиями.
Сейчас в ХХ и XXI веке простые люди забыли об этом, но история свидетельствует, что человечество гораздо больше страдало не от войн, всяких революций и восстаний, а от болезней и эпидемий. Никакая мировая война рядом не стоит с эпидемией чумы. Ведь чума - самая страшная болезнь, которую человечество знало с древних времен. Упоминание о чуме есть в сказании о Гильгамеше, в Библии есть описание эпидемии чумы охватившей и уничтожившей процветающее царство филистимлян. В 541 чума охватила Европу, унесла за одно столетие 45 миллионов человеческих жизней, предопределила падение Восточной римской империи. Константинополь практически весь вымер. В пик эпидемии в городе, за день, погибало 10 000 человек.
В XIV веке новая эпидемия. Из степей Монголии, Каракалпакии , Казахстана чума перекинулась на Китай с невероятной быстротой пожирая целые провинции и области. Опустошив Центральную Азию, убив сотню миллионов людей, чума с торговыми караванами в 1346 году добралась и до Европы. Последующие пять лет были настолько гибельными, что вошли в историю как годы Черной Смерти. Жители городов умирали в таком множестве, что уже никто не пытался рыть могилы или готовить гробы. Специальные команды каторжников - смертников собирали трупы и складывали их штабелями в так называемые «чумные рвы». Население мусульманского мира страдало от периодических вспышек Черной Смерти до конца XIX века. Европа, потеряв 34 миллиона человек, смогла восстановить свою численность только через двести лет. Все войны, вместе взятые, не убивали столько людей как страшная зараза чума.
Так что наученное горьким опытом человечество, все эти биостанции мониторящие эпидемиологическую обстановку, создавало в каждой стране, в каждом регионе, в первую очередь в степных и полустепных районах. Ведь именно они являются природными очагами зоонозных инфекций. Они были и есть в Казахстане, в России, в каждой стране. И конечно же в Украине где большие степные области. Они могут называться по разному: НИИ, медицинские центры, биостанции или СЭС. А могут именоваться еще и биолабораторими. А как иначе? Ведь главное в них это лаборатория, где исследуется и изучаются различные пробы воды, земли, разных живых существ. И обязательно в каждой из таких лабораторий есть штаммы и образцы опасных болезней. Ведь должны же ученые сравнивать полученные результаты и в случае надобности быстро и эффективно предпринимать карантинные меры. И мониторят и борются такие биостанции и биолаборатории не только с чумой, приходится лечить и другие особо опасные инфекционные заболевания, такие как холера, оспа, сибирская язва, туляремия, грипп, и многие другие.
Теперь насчет американцев и европейцев, опекающих эти биостанции. Какая-то доля истины в этом есть. Но опять, же полностью извращенная и перевернутая. Ученые эпидемиологи всегда делились информацией. Ведь борьба с заразой это дело не какой-то отдельной страны. Это дело и забота всего человечества. А когда развалился Советский Союз все эти станции и институты оставили на голодном пайке, практически без финансирования. У тогдашних чиновников и без содержания биостанций, забот хватало: накормить учителей, шахтеров, ну и себя в первую очередь. А врачи, тем более непонятные эпидемиологи могут и подождать. Обычная логика чиновников постсоветских республик: решай насущные проблемы, а будущие может и сами рассосутся.
Но такая логика никак не устраивала мировое сообщество, в первую очередь медицинское и научное. Поэтому Запад взял над всеми этими «биолабораториями» опеку, стал их финансировать. Причем все: и казахстанские и украинские и прочие, в том числе и российские. Я знаю, что в лихие 90-е, Ставропольский и Волгоградский противочумные институты на 70% содержались на иностранную финансовую помощь. И иностранные ученные там работали. И не со злодейской целью создать биологическое оружие. А с благородной миссией предотвратить появление любой заразы и инфекции.
Помощь в основном шла от США и Германии. Почему? Да потому что именно в этих странах больше всего боятся инфекционных пандемий. США чума как-то обошла, но зато американцы хорошо помнят эпидемию грппа-испанки. Появившись непонятно откуда за 1918-20 гг испанка, по различным данным, убила от 50 до 100 миллионов человек (3-5% населения Земли). В США переболело испанкой от 18 до 20 млн человек, 675 тысяч умерло. Первая мировая война рядом не стояла: во время нее погибло 10 миллионов, в том числе 117 тысяч американцев.
Теперь насчет немцев. Лет пять назад в России вышел фильм «Три дня до весны». Художественную сторону и игру актеров не буду обсуждать. Главная фабула кинокартины: злые и коварные, и по видимому сумасшедшие немцы, решили уморить блокадный Ленинград, запустив туда вирус ЧУМЫ! Но этого в реальности никогда не было! Никогда! Никаких проектов, никаких предположений, никаких документов подтверждающих эту святотатственную идею. Эта типичная ложь, родившаяся в воспаленном мозгу писателя Алеся Адамовича. Кстати за нее он и поплатился перед Господом.
Немцы никогда не планировали заражать Ленинград бактериологическим оружием, а тем более вирусом чумы. И не, потому что они были добрыми и благородными, белыми и пушистыми, а потому что просто боялись заразы, особенно чумы. Даже не боялись, а бздели до потери пульса. У немцев страх перед чумой на генетическом уровне – в Средние века половина, а то и поболее, большая часть населения Германии погибла от «черной смерти». Продлись эпидемия еще немного и немецкая нация просто бы вымерла. Так что, какими бы плохими гитлеровцы не были само предположение, выпустить заразу чумы в мир для них было неприемлемо и кощунственно.
Гораздо правдоподобнее предположить, что если бы в блокадном городе появилась бы чума, немецкая армия в спешном порядке свалила бы подальше. И тому есть достоверное доказательство. Летом 1942 года вермахт начал наступление на Сталинград и Кавказ. Пали Ростов на Дону, Ставрополь, Армавир. Советские войска в панике бегут. Немцы вот-вот возьмут Туапсе, тогдашнюю базу Черноморского флота. Короче, полная жопа. И тут в самый ответственный момент немецкие войска замедляют ход наступления, останавливаются, а в некоторых местах даже немного отходят назад. Советское командование не может понять заминку в немецком наступлении, но в полную меру пользуются ей: отступающие части приводятся в порядок, подтягиваются резервы, укрепляются оборонительные позиции, строятся оборонительные укрепления у Новороссийска и Туапсе. Разведка доносит что немцы, прекратив наступление на несколько дней, занялись какими-то непонятными действиями – какие-то санитарные машины, какие-то люди в балахонах опрыскивают танки, пушки и грузовики. Лишь после войны выяснилась задержка в немецком наступлении...
Противоэпидемической службой Советского Союза руководил выдающийся ученый Исаак Иосифович Рогозин. Уйма титулов должностей и ученых званий, а еще он был ведущим в мире ученым по разработке мероприятий против чумы. В общем, главный борец с чумой на всей планете.
Летом 1942 года Рогозин на служебном автомобиле отправился в Астрахань, так как получил известие, что в лагере военнопленных зафиксированы случаи холеры и возникла опасность широкого распространения инфекции. Водитель его машины до войны работал в Ставропольском научно-исследовательском противочумном
институте, там же проживала его семья. Так как немцы уже приближались к
Ставрополю, водитель упросил Рогозина отпустить его на машине за
семьей. Он приехал на место вечером, а ночью город был занят немецкими
войсками и специальные подразделения устремились к институту. Специалистов Третьего рейха очень интересовали такие ученные как профессор Илья Григорьевич Иофф, его жена, известный в мире бактериолог-чумолог профессор Магдалина Петровна Покровская и их коллеги. Заинтересовала их и стоящая во дворе института машина с московскими номерами. Допросили попавшего в плен водителя. Тот сообщил, что является шофером профессора Рогозина, привез его в Астрахань, цель поездки ему неизвестна. Но и этих немногих сведений было достаточно, чтобы насторожить немецких врачей. Они знали, что Рогозин мог покинуть наркомат в Москве только в связи с чрезвычайными обстоятельствами. Знали они также, что он был ведущим специалистом в области профилактики чумы. Знали, что Кубань и Кавказ являются неблагоприятными районами и здесь неоднократно регистрировались вспышки «черной смерти». А германские войска как раз интенсивно продвигаются именно в этом направлении. Раскидывая по дороге адъютантов, немецкие санитарные врачи бросаются к командующему группой армий «А» фельдмаршалу Листу – «У русских возможно чума!!! Необходимо принять меры безопасности». Перепуганный фельдмаршал тут же отдает приказ: приостановить наступление в районе Ставрополя. Весь личный состав немецких войск срочно выводят в тыл и прививают против чумы. Все дезинфицируют, наступление откладывают до полного выяснения обстоятельств. Так только подозрение на чуму приостановило наступление немецких войск.
Только на основании этого исторического факта можно судить, как относились к чуме военные, ученые и просто нормальные люди, независимо к какому бы лагерю они бы не принадлежали. В отличие от российских политиканов, киношников и пропагандистов. Ради сиюминутной выгоды, мимолетной славы и денег те готовы полностью оклеветать любого и преподать чудовищную ложь под соусом как реальный факт. Так вместо необходимых медицинских лабораторий и биостанций стоящих на страже здоровья и жизни всего человечества появились зловещие «биолаборатории», в которых разрабатывается страшное биологическое оружие. И ведь не боятся ни человеческого ни Божьего возмездия за вранье. А оно придет. Обязательно придет.