Степная онтология-9
Канату 35 и сегодня он отмечал в одном из алматинских баров освобождение от бремени сексуального наваждения. "Две самбуки пожалуйста" - после заказа он залпом выпивает обе. "Поздравляю, старина" - он похлопал по плечу самого себя. "Великий день, какой великий день". Это было столь же неожиданно, как и хорошо.
Невысокий, худощавый, он носил ровно столько мышц на своем скелете, сколько могла обеспечить кислородом его узкая грудная клетка. Всю сознательную жизнь он был за сексуальную свободу и ценил те безграничные возможности, которые предоставляет его родной город в этом смысле. Ночью ему снился сон, в котором он был помощником Моцарта, которому поставили задачу перебросить отряд сенбернаров через Альпы для победы над нацисткими лютоволками. "Почему Моцарт?.. Сенбернары это же Бетховен?.." - бормотал во сне. Проснувшись в своей квартире в Орбите, он отчетливо почувствовал отвращение ко всем своим сексуальным связям одновременно. И вообще к желанию. "Уууууф" - выдохнул Канат. - "Как же хорошо, Господи". Он встал, расстелил бирюзовый коврик для йоги. Потом, сев в падмасану, минут десять читал про себя только что выдуманный гимн телу, духу, тишине, миру и любви, который сопровождал сложными фигурами из пальцев. После лотоса связки на стопах приятно болели. Онлайн-брокер на смартфоне показал прирост портфеля на целых 1.41%, что тоже прибавило настроения Канату. Веселый, напевая какую-то глупую песенку, он пошел на кухню готовить яичницу с луком и колбасой.
Работал Канат старшим трейдером в дочке иностранного банка. Кроме торговли валютой на работе, у него было небольшой портфель акций технологических компаний, в которые он верил. Про него он не распространялся, но близким друзьям рассказал, ехидно называя портфель "хеджем от Казахстана". В казахстанскую экономику он не верил, и при любой возможности выводил деньги на зарубежный брокерский счет.
Днем Канат думал о своих страстях. Свобода от секса подарила ему неимоверное облегчение. Столько времени пожирала бессмысленная переписка с женщинами, к которым по большому счету он был равнодушен. А теперь наконец-то можно заняться записью своего альбома. Закрыв вечернюю торговую сессию в хорошем плюсе, Канат сел на такси и поехал в любимый бар отмечать важное событие. Как обычно, один.
После бара, почувствовав, что символической траты денег недостаточно для увековечивания, он решил вылепить особый кувшин в честь своего освобождения. Подготовив гончарный круг он задумался над формой кувшина. Потом дал свободу рукам. Кувшин получился похожим на гирю: пузатый шар с дугообразной ручкой.