«СОРОКОВЫЕ РОКОВЫЕ»
Недавно в одной московской библиотеке проводилось мероприятие, посвящённое Дню Победы. Речь шла о лишениях, страхе и смерти на фронте и в тылу, а слушатели — учащиеся седьмых классов — равнодушно зевали, смеялись, гримасничали. Кто-то играл с мобильником, кто-то толкал соседа. Библиотекарей поразило и огорчило явное неуважение подростков. Ещё бы: ведущие использовали в рассказе истории своих семей — дедушек, бабушек, чудом спасшихся или погибших. Но увы, для аудитории всё оказалось слишком далёким, почти как война 1812 года.
Вряд ли подобное происшествие единственное. Жалоб на равнодушие к теме Великой Отечественной примерно столько же, сколько сокрушений о том, что «нынешние дети не читают». Но стоит ли осуждать, а тем более стыдить тех, кому ещё нет двадцати? И как говорить с ними о войне, что читать, если привычные наработки и тексты почему-то перестали приносить ожидаемый результат?
Психолог Людмила Петрановская рассматривает войну как психологическую травму целого народа — травму, которая изживается постепенно. Отношение к событиям военного прошлого постоянно меняется. Общество проходит через четыре стадии: шока, отрицания, боли и, наконец, восстановления. Во время войны (стадия шока) было не до обсуждений: лишь бы выжить, лишь бы спастись. Несколько лет после её окончания существовало негласное табу: о пережитом не пели, не говорили с трибун, не было минут молчания и собраний ветеранов — слишком живым и болезненным казалось недавнее прошлое (стадия отрицания). С конца 1950-х годов начинается осмысление травмы, погружение в неё, появляются книги и фильмы, со всей остротой выражающие чувства свидетелей войны (стадия боли). Люди плачут при просмотре хроники, всюду звучат песни о войне. Родившиеся в семидесятые годы (а среди них, возможно, папы и мамы нынешних подростков) — из людей того поколения, в котором война отзывается всё ещё очень сильно. Именно в это время (вплоть до начала 90-х) было создано большинство произведений о войне, которые впоследствии стали классическими.
Последний, завершающий этап — восстановление. Наше общество находится именно в этой стадии, ещё не до конца пройденной и осмысленной. Не вина детей, выросших вне контекста военных песен, фильмов и книг, что у них не возникает особых эмоций от текстов, которые активно читались их ровесниками двадцать-тридцать лет назад: рана общества понемногу затягивается. Возможно, нам нужен новый язык, новый способ для рассказа следующему поколению о периоде 30-40-х годов прошлого века. Подобных попыток сделано было немного, и они заслуживают самого пристального внимания. Но появление новых произведений не вычёркивает из круга чтения классику: если учитывать время создания текста, его «психологический контекст», можно выстроить живую беседу с ребёнком.
https://bibliogid.ru/