Смысл жизни по Терри Гиллиаму. Еще один
Смысл жизни по Терри Гиллиаму давно понятен всем любителям этого экстраординарного режиссера.
Управлять хаосом - вряд ли кто-то умеет делать это лучше, чем именитый британец.
Его фирменные фильмы-конструкции, колоссальные механистичные организмы-города, заполненные микросхемами, проводами, информацией, химикалиями - наверное, самый яркий гротеск на бессмысленность цивилизации. Его вечная игра с энтропией, хаосом, притворяющимся порядком, сдобренная юмором и высоко возлетающей фантазией - великолепная сатира на современность.
Так и "Теорема Зеро" - аксиоматичный постулат о том, как бессмысленна жизнь, одним своим существованием доказывающий, насколько в ней этого смысла много.
Герой фильма - замкнутый во всех смыслах в себе лысый человек по имени Qohen Let. Одно имя его - бессмыслица с двойным дном: неправильное написание (первая буква имени Q - намек на замкнутость) и тот факт, что герой живет в здании церкви, в которую не верит (коэн - священнослужитель у евреев).
Его замкнутость - результат потери смысла жизни и вечные муки в попытках его отыскать - бесконечная рекурсия. Выйти из этой рекурсии ему пытаются помочь при помощи любви, дружбы и сексуальных фантазий. Увы, Коэн - настолько мизантропичный хикки, что боится выйти на улицу, не общается с людьми и сам себя называет "мы" (дабы подчеркнуть собственную самодостаточность и отрешенность от мира).
Внутри героя - разверстая черная дыра бессмысленности жизни. Снаружи - суетные попытки доказать невероятную теорему Зеро, суть которой - бессмыслица: что ноль равен 100%. Словно Сизиф, герой растрачивает свою жизнь, чтобы собрать блоки гигантской формулы, которая постоянно рассыпается у него на глазах.
Героя пытаются вырвать из этого бесконечного круга абсурда, создавая ему возможности - отыскать любовь, например. Заняться сексом. Завести друзей. Погулять в парке. Насладиться вкусом пиццы. Заполнить пустоту внутри себя куском пиццы с двойным сыром. Стать полноценным человеком.
Увы, ничего не получается. Редко когда у Гиллиама герои могут вырваться из механистичных кругов ада его фильмов. Так и здесь героя поглощает черная дыра пустоты, и он оказывается на другом краю вечности, с волосами и довольной улыбкой, наслаждающийся своей жизнью под перепетую рэдиохэдовскую Creep. Но только совершенно один, на фоне неумолимого заката.
Как всегда у Гиллиама, неважно, что все плохо кончается. Его экзистенциальная проблема разрешается для зрителя красотою самого процесса: карточные домики ведь строят, несмотря на то, что в конце концов они разрушаются. В этот раз у Гиллиама колода вышла знатная: Кристоф Вальц, словно рожденный для роли маленького неуверенного в себе человечка, Дэвид Тьюлис, вечно пьяный поэт абсурда, лысый сфинкс Тильда Суинтон, яркая, игривая кошечка Мелани Тьерри, хамелеонистый Мэтт Деймон, Бен Уишоу, не снимающийся в плохом кино.
Актерский паноптикум органично вписан в грандиозные декорации и компьютерную графику, на удивление выглядящую свежо и интересно. Весь антураж детализирован до мелочей: от убранства заброшенной церкви-жилища главного героя до гипербанистических улиц города (я изобретаю слова, как Гиллиам изобретает фантазии).
Создавать прекрасное - в этом весь смысл. Что и требовалось доказать.