Система принудительного раскаяния...
В нашей системе правосудия укоренился метод, уходящий своими корнями в сталинские репрессии. Тогда брат доносил на брата, жена на мужа, дети отрекались от родителей, так доставалась жизнь и свобода. С тех страшных времен ничего не изменилось, метод по-прежнему в цене, лишь нквдшная система, слегка мутировала, под знаменами бирюзовой казахстанской демократии, обрела современный лоск и «гуманность».
Благодаря статье о «деятельном раскаянии», «сотрудничестве со следствием», сегодня в Казахстане раскрываются тысячи уголовных дел. Коррумпированные чиновники повсеместно, единоголовно раскаиваются перед Елбасы, те хотя бы искренни, отчасти. Другие ломают себя, отрекаются от собственных принципов и идут на сделку с совестью. Есть и третьи – такие берут на себя вину, признаются в убийствах, грабежах, вымогательствах и так далее, не выдерживая избиений, угроз, шантажа. Невинные люди раскаиваются в «содеянном», перед законом, человеком в мантии, человеком в погонах, отворачивая глаза от матерей, друзей, соратников. И снова такова цена жизни, свободы. Мы ломаем себя через жесткое колено мутированного правосудия, ради детей, близких, и мы говорим – это правильно, так и следует поступать. Борьба за свою совесть, за доброе имя, за свои права и свободы, не имеет смысла на фоне обездоленных семей и возможности быть на свободе. Так, капля за каплей из нас утекает сам смысл человечности, люди перестают поступать по людски и находят понимание своих поступков в глазах миллионов. И миллионы уступают этой грязной системе, где 100 недоумков и недочеловеков, решают судьбы остальных, укрепляют свою подлую систему нашим предательством к самим себе.
Когда встречается человека, чей дух и совесть нельзя сломить, чувствуешь облегчение и надежду, не перестаешь восхищаться. Эти люди дают нам веру и силу надеяться, что не все потеряно, что с системой можно бороться. Хотя безверие и отчаяние так глубоко поселилось уже в сердцах наших граждан, полицию и суды, просто все обходят дальней дорогой и молятся, никогда туда не попадать, каждый знает, справедливости искать в судах бесполезно.
Я знаю немало прекрасных примеров человеческого достоинства и силы духа. Но хочу остановиться пока на двух, поскольку в скором времени, можно будет принять в судьбах этих людей участие и поддержать их в неравной борьбе за свое доброе имя.
Гузяль…
По-прежнему, в застенках наша журналистка Гузяль Байдалинова. Не сломленная, не раскаявшаяся, не оговорила себя, своего наставника, своих коллег, подруг. Более 100 дней содержится в алматинском СИЗО. Я видела Гузяль лишь, однажды, на ступенях Алмалинского суда, я таких девушек не забываю, такие редко встречаются. Даже не помню, о чем мы говорили, что-то о процессе Серикжана и Ермека, в ней удивительно сочетается некая пацанская дерзость и женская мудрость. Открытые люди располагают, они внушают доверие, а люди уверенные в себе, восхищают, вызывают неподдельный интерес. Да простят мне мои рассуждения девушки из «Накануне» - Оксана Макушина, Юля Козлова, Назира Даримбет, а теперь я знакома с каждой из них, но меня не покидает чувство, что у них отняли сердце. Заметно, что Гузяль – это душа и дух команды, больно за их переживания, тяжело думать, что им страшно.
Осуждать людей за то, что они себя спасают, наверное, также безнравственно, как и спасать себя, оставляя в еще более сложном положении других. Но я уже говорила, что мы живем во времена, когда люди поступают не по людски и однозначного отношения к этому нет ни у кого, потому что никто не уверен, что поступит правильно, если к нему придет беда такого выбора.
Но я буду кривить душой, если скажу, что признание Балгина и Ауезова не вызывает сожаления. Когда двое говорят: «Простите, мы на вас клеветали» то, что остается другим, что остается журналистам «Накануне», «Республике», Гузяль Байдалиновой? Почти ничего, есть двое, которые за них признались и дали нужные следствию показания. Защищаться теперь будет очень трудно, а в нашей системе, почти невозможно. Парни уже полностью освобождены от уголовного преследования, без суда, волевым решением одного человека. Уверена, такой же шанс предоставили и Гузяль, и другим фигурантам этого дела, но она там же, где и была, продолжает отстаивать свое право на свободу слова.
Я, непременно, буду ходить на судебные процессы, не удивлюсь, если в Алмалинском-Басманном суде, это дело вновь поручат Марал Джарилгасовой. Эта злобная и беспощадная женщина блестяще отыграла, возложенную на нее миссию палача, а потом с дешевой улыбкой убежала от нас из городского суда, невозмутимо избежав нареканий за свое неэтичное, непрофессиональное, нечеловеческое поведение на процессе у Мамбеталина и Нарымбаева.
Этот случай, скорее всего, попадет во все исторические летописи о становлении независимой журналистики и борьбы за свободу слова в Казахстане. Он уже привлек внимание международной общественности, судьбой Гузяль и журналистов «Накануне» интересуются в Европарламенте. В любом случае у наших девушек будет поддержка общества.
Алишер...
А этот случай из жизни простого человека, обычного 25 летнего парня, его судьба персонально не интересует члена Европарламента, хотя в целом речь идет о защите прав всех казахстанцев.
Но Алишер от этого не чувствует себя более защищенным. Случайно подвернувшись на руку недобросовестному офицеру, он стал фигурантом дела о беспорядках на Хоргосе. Где разъяренная толпа, кинулась на офицеров финансовой полиции, и устроила погромы в здании МЦПС. Полиция всеми силами скрывала от общественности и журналистов инцидент на Хоргосе, поскольку он неудачно совпал с выборами президента. Но пострадало семь офицеров, был нанесен ущерб государственному объекту, надо принимать меры, кого-то привлекать к ответу. Но кого, пока дело пылилось на полке, были утрачены доказательства и улики, разбежались врассыпную зачинщики беспорядков, и главные участники. Принцип был простой, в ДВД области вызывали всех подряд, кого вспомнили. Алишер Толебекулы работает таксистом-перевозчиком, помогает челночникам перетаскивать грузы с одной границы на другую. В тот день он тоже направлялся в Жаркент с грузом и пассажиром, в момент беспорядков, находился в 40 км. от точки конфликта. Все это доказала на многочисленных фактах адвокат Алишера Гульнара Жуаспаева. Но Панфиловский районный суд не принял во внимание, ни одного довода защиты.
Что характерно, в этом деле тоже есть «раскаявшиеся», трое молодых ребят. Со слов Алишера и его родственников, ребят принудили признаться еще в ИВС, после задержания, им было обещано процессуальное соглашение и условный срок, в случае сотрудничества со следствием. Из троих, только один пошел на сделку сознательно, взяв вину другого человека на себя. Таким образом, раскаявшимся дали по два года условно, а нашему герою три с половиной, за то что отказался сотрудничать со следствием.
У следователя ДВД Алматинскй области Ерлана Шернеева вроде двинулось дело, но Алишер все испортил. Он не стал раскаиваться, а его адвокат, стала искать все новые и новые доказательства его непричастности. И вот уже дело посыпалось, появились первые доказательства фальсификации улик следствием, дальше больше. Под удар попали потерпевшие, которые дали ложные показания и оговорили парня на опознании, а это офицеры полиции, теперь посадить Алишера стало «делом чести».
Но как видим Честь у всех разная, Алишер в детстве принял решение служить в полиции, занимался единоборствами, служил в погранвойсках, закончил юридический, готовился стать сотрудником Турксибского РОВД, осталось пройти два приказа. А тут такое испытание – система, которая должна была научить его чести, вымазалась в грязи, и потянула его за собой. Но у 25-ти летнего парня с достоинством все иначе, он знает, что такое долг и доброе имя, он не позволил им назвать себя преступником и продолжает бороться.
19 апреля Алишеру Толебекулы исполнится 26 лет, в этот день Талдыкурганская областная апелляционная коллегия будет решать его судьбу. Я прошу своих друзей и неравнодушных людей, жителей Талдыкургана, придти на помощь, поддержать молодую жизнь, в которую уже вмешалась наше мутированное правосудие и разрушило мечты.