Синдром улитки
В последнее время у меня наблюдается какой-то культурный синдром, название которому я не могу найти в интернетах. Опишу симптомы: мне кажется, что время движется в какой-то спиралевидной последовательности, а культурные эпохи очень сильно перекликаются между собой, повторяя друг друга в ускоренном темпе. Игры в классики и современники. Культ ЭсКарго.
Так, романтический, креативный XVIII век, век Дефо, Свифта и (после прочтения последней книги) Лоренса Стерна, упорно напоминает мне 1960-е. "Политическая история дьявола" как "Sympathy For The Devil", Дефо как Джаггер. Самая постмодернистская книга "Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена" задолго до появления модернизма (почти цитата, из фильма со Стивом Куганом). Гулливер Джордж Харрисон, Робинзон Джон Леннон. Расцвет Британии и всего британского.
Затем следует, предвосхищаемый панк-рокером Моцартом, век девятнадцатый и годы 1969-й и далее. Статный, косматый силуэт Байрона, который превращается в статный, косматый силуэт Джима Моррисона. Гиперромантичность и пансексуальность. Перфекционистская с точки зрения рифмы поэзия Пушкина и Лермонтова становится перфекционистской с точки зрения звука музыки Pink Floyd и Led Zeppelin. Лист и Шопен против The Who. Бетховен, который пишет музыку для "Заводного апельсина".
Вторая половина XIX века уже не столь жизнерадостна и громка. Откуда-то из глубин зеленых морей депрессивные The Cure и Joy Division возвещают свои тихие бури, как депрессивный Достоевский возвещает пришествие бесов. Волна возрожденного романтизма в творчестве Оскара Уайльда интерферирует сквозь время с New Wave каких-нибудь Duran Duran. Жаклин Биссет в роли Анны Карениной. Виталий Соломин в роли доктора Ватсона и в экранизации "Летучей мыши" Штрауса.
Ну а потом всё просто. Наступает двадцатый век, литература становится модернистской. Наследие Кафки, Пруста и Джойса вовсю используют постмодернисты уже конца двадцатого века, то есть, современные писатели. Музыка перестает быть классической, рок-н-ролл мёртв. Происходят крушение Титаника и выход фильма Кэмерона. Мир оказывается матрицей, а человек - рожденным из пробирки по методу Боконовского. Черный, черный человек спать не даёт нам всю ночь.
Что будет дальше? У меня, как всегда, нет ответа. Витки спирали заканчиваются, сходясь к центру. Точка.