Рассказ «Слезы ангела»
Данияр Осмоноврассказ
СЛЕЗЫ АНГЕЛА
Глава 1
Гаухар снова кричала. Кричала так, что звенели подвески на люстре. Мать плотно прикрыла дверь и включила телевизор на полную громкость, но даже динамики с рок-концертом неформалов не могли заглушить и перекричать Гаухар.
Уже в тысячный раз ее крики будоражат подъезд ее дома и двор под окнами. Через минуту Асия Маратовна не выдержала и бросилась в комнату Гаухар.
- Перестань!!!
Гаухар не обращая внимания на мать, продолжала кричать, упиваясь своей истерикой.
- Заткнись дура! – закричала Асия Маратовна и влепила дочери пощечину, и тут же стало так тихо, что слышно стало как муха бьется об оконное стекло. Гаухар изумленно уставилась на маму и Асия Маратовна, не выдержав, заплакала и стала просить у Гаухар прощения. Гаухар обняла свою мать и тоже заплакала.
Очередной истерический кризис прошел, и через полчаса дочь сидела с матерью на кухне и пила чай.
Наверное, Гаухар не могла пожаловаться на свою жизнь. У нее было все, чего она хотела, или, по крайней мере, думала что хотела. У некоторых ее подружек не было такой возможности следовать за модой. И, тем не менее, Гаухар была несчастлива. От избытка чувств устраивались жуткие сцены, истерики сменялись депрессиями. Получалось, что свою энергию Гаухар выпускала через слезы, мелочи жизни превращались в трагедию, и каждый раз она чувствовала себя жутко несчастной, и одиночество тяжким бременем ложилось ей на плечи. Чувствовать это было просто невыносимо.
Мать ласкательно называла ее Ангелом, а Гаухар это очень нравилось. Действительно, всем понравится, если его будут называть Ангелом. И Асия Маратовна была любящей мамой, точнее она так считала. Когда Гаухар была маленькой, Асия Маратовна не могла уделять ей много времени, так как она в то время занималась бизнесом, или, как она сама выражалась, делала деньги, а потом, стараясь сгладить мнимую вину, исполняла все прихоти дочери. Так что Гаухар уже с детства росла независимой и полностью обеспеченной. Правда, при этом большее время предоставленная самой себе.
- Привет, мой Ангел, ну как ты тут жила без меня?! – сюсюкала Асия Маратовна, прибывая из очередной командировки, няни и воспитатели менялись как носки.
Наконец наступил переломный момент, когда без двух дней взрослая Гаухар сорвалась в очередной раз, - Не называй меня Ангелом, я ненавижу, когда ты говоришь это! Я же не маленькая!
Асия Маратовна больше ее так не называла. Она ела вишни, когда Гаухар закричала эти самые слова, и Асия Маратовна от неожиданности подавилась вишенкой, а Гаухар стояла рядом и ничего не могла поделать. Асия Маратовна умерла, оставив Гаухар одну, но с приличным наследством и двухэтажным домом в центре города.
Теперь Гаухар плакала в два раза чаще, то - есть каждый день ее орошался слезами.
Конечно, очень трудно объяснить почему человек плачет, но при этом человеку становится легче, это общеизвестно. Мне одна моя боевая подруга говорила: Ты хочешь объяснить почему люди плачут по любому поводу, тогда как я сама плачу по любому поводу, и при этом не могу объяснить почему я плачу. Действительно, под той маленькой причиной слез лежит огромный пласт застарелых обид и невыраженных эмоций, которые хотят выйти при любом удобном случае. А мы изо всех сил стараемся не выпустить их на волю, предпочитая накапливать это, как скряга сокровища. Вот и получается, что по улицам ходят этакие часовые бомбы, которые лишь закручивают пружину своих «часов» только туже. Но не Гаухар. Ее импульсивность была поразительной, живя полной жизнью, ни в чем себе не отказывая, и быть при этом несчастной?!
Несколько раз в прошлом она пыталась покончить с собой, но до конца не доводила ни разу. Жизнь все – таки сладка, как ни крути. Но после этих попыток оставалось неудовлетворение и жалость к себе.
Вчера Гаухар вспомнила какая она несчастная, выгнала своего друга из дома и побила свою собаку, при этом она ревела как худая корова. Когда корова голодает, она худеет, а когда ей хочется кушать, корова начинает реветь.
Сегодня же, день в общем-то протекал спокойно. В университете нагрубила учителю, показала средний палец водителю, который выругался, когда она пробежала у него под носом, а точнее перед радиатором его машины. Домой она возвращалась вся взвинченная, готовая сцапаться с любым прохожим, ее душа просто рвалась в бой, контейнеры со слезами были наготове.
Она проходила мимо одного кафе, когда почувствовала чей-то взгляд на себе. Она резко обернулась и увидела в кафе парня, сидевшего в одиночестве под зонтом. Он смотрел на нее и улыбался. И он был другой. Выделялся из толпы, как черная жемчужина в куче белых. Его улыбка была такой доброй, что Гаухар смутилась, ее злость куда-то исчезла.
Позабыв обо всем, Гаухар шла вперед, думая об этом человеке из кафе, и услышала испуганный крик, пробившийся сквозь ее мысли. Она очнулась от своих мыслей и услышала лишь визг тормозящих машин. Был удар, и Гаухар прямым ходом ушла в ничто.
Глава 2
Темнота вокруг. Потом вдалеке видение света. Все вокруг залило призрачным светом и Гаухар подумала – Интересно, я могу разговаривать? И… И какая я?
Потом она увидела свои руки и тело.
- Ты удивлена? – спросил кто-то, и Гаухар в неожиданности обернулась, за ней стоял парень из кафе.
- Привет Гаухар.
- Привет. Где я?
- А фиг его знает. Об этом можно разговаривать вечность.
- А ты кто?
- Это тоже фиг его знает. Вы называете нас ангелами.
- Ты ангел?!
- Каждый из нас в своем роде ангел. Не так ли? – усмехнулся ангел.
- Я не знаю – растерявшись ответила Гаухар, - Значит ты сидел в кафе поджидая мою смерть? Ведь я умерла, да?
- Да, ты оборвала связь со своим телом.
- Почему? Я не хочу умирать! – вскрикнула Гаухар, и ангел ответил ей:
- Действительно?! Ты же всегда хотела смерти, упрашивала бога забрать твою душу! Хотя все это было в твоей воле.
Гаухар поразилась – Умереть?!
- Ну да, - Ответил ей этот парень, который назвал себя ангелом, - Умереть. Или не умереть. Исключая случайности, как например попадание под колеса автомобиля или купание в ванной в нетрезвом виде.
- Что?!
- Купание в ванной в нетрезвом виде, - повторил ангел.
- А разве такое бывает? – спросила она.
- Буквально сейчас в двух местах земного шара утонуло два человека в ванной. А через три минуты утонет третий.
- Это же так глупо.
- Не глупее, чем истерики из-за неубранного стола. – снова усмехнулся ангел.
- Ты ведь говоришь про вчерашнее?
- Ну почему же. С миллионами людей происходит то же самое.
- Скажи мне. Значит я жила неправильно?
- Каждый сам выбирает себе жизнь. Или отказывается.
- Но почему тогда я была так несчастна?! Почему вас не было, почему вы не указали мне как жить?!
- Это все было. Жизнь всем показывает как надо жить; просто у каждого своя правда, как понимает отдельный человек. Не правда ли, у всех свой смысл жизни. Так в чем был твой смысл жизни?
Гаухар растерялась – Мой смысл жизни? Мой смысл… У меня не было цели, смысла! Значит поэтому я была так несчастна!
- У тебя был смысл жизни. Для тебя было важным победить кого бы то ни было, поставить кого-то на место, найти повод для плача.
- Я слишком много плакала?
- Не существует нормы, но есть что-то вроде правила, когда человек плачет, в другом измерении, могу сказать в этом измерении, стоит сосуд куда попадают эти слезы. В среднем за всю жизнь человек наполняет этот сосуд на одну треть, не больше. Если же этот сосуд наполняется, есть второй сосуд.
- А если и этот второй сосуд наполнится?
- Значит человек страдает хуже чем в аду. И это тем хуже, что человек продолжает жить.
- А, поняла, это как стих одного моего знакомого:
Не может ад Земли страшнее быть
Нам удается лишь сто лет пожить
Что с миллионом лет душевных мук
Возможно лишь сравнить
- Да. И твой второй сосуд, Гаухар, переполнен, и слезы твои переливаются через край. А это экстренный случай.
- Так ты убил меня?!
- Да. Мы освобождаем человека от мучений. Но в этом случае я наверное ошибся.
- Конечно, ошибся! Ты спрашивал меня?! Верни меня обратно!
- Не могу. Ты выплакала свой лимит. Представь, ты первый человек попавший сюда таким образом за последние восемьдесят лет. Раньше были войны, голод и тоска. Но и тогда это было редкостью.
- Но я ведь плакала по пустякам!
- Нет! Когда ты плакала, ты чувствовала, настоящее несчастье. Иначе сосуд бы не наполнялся с такой скоростью.
- Глупости все! – Закричала Гаухар.
- Я знаю. Но в твоих силах было изменить положение вещей, а ты не захотела этого. Это и есть «устать от жизни».
- Неправильно!
- А что вообще правильно?! Я ангел и у меня нет свободной воли в полном смысле этого слова. Я волен лишь субъективно. Зато я никогда не делаю ошибок.
- Но ведь ты не живешь в нашем мире! Откуда тебе знать про ошибки! Тебе не понять.
- Удивительно! Гаухар, ты схватываешь все на лету. Но пойми, мы понимаем вещи какие они есть на самом деле. Поэтому мы не ошибаемся!
- Слушай Ангел, как тебя зовут?
- Марис.
- Слушай Марис, что такое закат?
- Закат? – Марис, казалось, был озадачен, но он ответил – Закат, это заход солнца за субъективный горизонт для какого-нибудь данного объекта. Солнечным лучам приходится проходить через более толстую, чем обычно атмосферу и лучи рассеиваются, и до глаз данного объекта долетает лишь красный спектр лучей. Поэтому закат кажется красным. Объяснение немного грубовато. Все.
- Вот! – торжествующе воскликнула Гаухар – теперь ты видишь разницу между собой и нами – людьми.
- В чем?!
- Ты знаешь, что в мире есть люди, которые живут только для того, чтобы увидеть рассвет, закат, полную луну, радугу, чтобы послушать шум ветра или журчание ручья и грохот водопада!
- Я понял. Да, я многое потерял, я не могу познать все это.
- Марис, верни меня в мой мир и я покажу тебе все это!
- Ты не можешь вернуться! Ты уже умерла.
- Нет! Я же живая, я разговариваю с тобой, - она умоляюще сложила руки.
- Гаухар, пойми…
- Я больше не буду плакать, пожалуйста отлей из той посуды чуть-чуть! Пожалуйста! Я столько всего должна сделать.
- Что именно?
- Попросить прощения у всех кого я обидела. И изменить свою жизнь.
Марис задумался.
- Марис, ты любил когда-нибудь? Я могу тебя научить!
- Нет, я не могу влюбиться, я же ангел.
- Ты же сам сказал – все мы в своем роде ангелы…
- Гаухар, тебя ждет мама.
- Я знаю. Но теперь то я спокойна за нее и она меня поймет. Ну, Марис?
- Хорошо. Я ведь говорил тебе уже, что ты вольна выбирать.
- То - есть я могу вернуться сейчас?!
- Да, но с условием – ты не будешь плакать.
- Хорошо! – с готовностью ответила Гаухар.
- Ты не думай, что это легко. Сосуд больше не будет принимать твои слезы, и когда тебе будет действительно тяжело и ты захочешь плакать, ты не сможешь заплакать. А если все же попытаешься, то испытаешь мучения.
- Я не заплачу!
- И еще, ты сможешь умереть когда ты этого захочешь, а сейчас в своем мире тебе будет тяжело.
- Марис, ты навестишь меня там?
- Я буду время от времени наведываться к тебе.
- Пока Марис, - сказала Гаухар и провалилась в ничто.
Глава 3
- Сердце бьется! Оно бьется, она жива! Доктор, вы гений! – это были первые человеческие слова услышанные Гаухар когда она пришла в себя и сильнейшая боль обрушилась на нее.
Она застонала.
- Удивительно, она пришла в сознание! Потерпи бедняжка, сейчас будет легче…
Вскоре слова расплылись и Гаухар потеряла сознание.
Когда она пришла в сознание, первым ощущением была острая ноющая боль по всему телу. Двинуться она не могла. Попробовала сказать что-нибудь, но кроме сиплого выдоха ничего не получилось. В таком сумеречном состоянии она была еще несколько раз.
Наконец наступил день, когда она проснулась и услышала шелест шагов и рокот катящейся тележки за дверями палаты, где она лежала.
- Привет Гаухар, - произнес чей-то голос. Гаухар медленно с трудом повернула голову и увидела медсестру.
- Старайся не двигаться, хорошо? – сказала та, - Как ты себя чувствуешь?
- Паршиво. Что случилось?
- Как что?! Тебя же машина сбила!
- Что со мной? – говорить Гаухар приходилось с трудом, но все таки это было терпимо.
- Ээ… Я думаю вам лучше врач скажет – ответила медсестра.
- Я хочу видеть доктора.
- Я уже позвала его, когда вы проснулись – ответила медсестра.
- Сколько я была без сознания? – спросила Гаухар.
- И это тоже скажет врач – уклончиво повторила медсестра.
Гаухар нестерпимо захотелось сказать этой тупой медсестре что-нибудь вроде – Ну, ты, тупая корова, не играй со мной в недогляделки, говори как есть! – но огромным усилием воли сдержала себя. Все-таки это ведь было их работой.
Подоспел доктор, высокий и худой, с усами которые на его лице вообще были не к месту.
- С добрым утром, с добрым утром! – радостно проговорил он.
- Салам, салам – ответила Гаухар, ее начал раздражать этот доктор, хотя он вероятно делал все, чтобы вернуть ее к жизни.
- Доктор, сколько времени я была без сознания? – спросила она.
- Тринадцать дней. Сейчас, как это ни удивительно, вы в превосходном состоянии!
- Говорите конкретно, что со мной? Почему я не могу двинуться?!
- Вы знаете, - ответил ей доктор – по сути, мои усилия даровали вам вторую жизнь! Обычно после такой аварии человек отправляется в небеса.
- Вы?! Даровали мне вторую жизнь?! Да это же я сама захотела вернуться оттуда! – слова вырывались у Гаухар с хрипом и у нее все закипело внутри, но двигаться она не могла.
- Хорошо, хорошо, только не волнуйтесь. У вас сейчас паралич конечностей, ведь у вас был задет позвоночник, но я думаю верхняя часть тела у вас будет двигаться…
- То-есть как это верхняя часть?! А ноги что?! У меня отрезали ноги?!
- Нет, нет! Я думаю вашим ногам не суждено больше двигаться.
И тут Гаухар закричала. Она кричала и кричала, а слезы не пришли. Медсестре пришлось вколоть ей успокоительное и Гаухар заснула.
Глава 4
Прошло три недели. Гаухар сначала смогла шевелить головой, потом начали двигаться руки. И вскоре она пересела в инвалидное кресло. Ноги так и не двигались. Все это время она была в апатии. Врачи же, что исследовали ее случай, считали ее возвращение к жизни чуть ли не чудом, хотя врачам нельзя верить в чудеса. Долговязый врач считал ее «воскрешение» своей личной заслугой, но ведь такая недалекость простительна ему, не так ли?
Гаухар однажды попыталась заплакать, когда была одна в палате. Ей становилось все горше и горше, а слезы не шли! Наконец, поток слез хлынул из глаз и у Гаухар от боли перехватило дыхание. Эта боль железными тисками сжала ей голову, слезы закапали на пол и на лету превращаясь в жемчужины рассыпались по полу. С дробным стуком подскакивая, жемчужины покатились в разные стороны.
Боль прошла. А Гаухар сползла с кресла и, ползая по полу на одних руках, стала собирать жемчужины. Ком подошел к горлу, Гаухар почувствовала что расплачется, но глаза остались сухими.
В это время зашла медсестра, увидела Гаухар на полу, подбежала ругаясь и помогла Гаухар лечь в постель. Гаухар легла сжимая в кулаке жемчужины – слезы, а внутри по одной обрывались какие-то струны души. Не спеша, с характерным звоном «струны» лопались, дзинь, и сворачивались спиралью. И Гаухар покрывалась броней бесчувствия. Это мнимое спокойствие завладело ей. В таком состоянии прошла неделя.
В глубокой апатии Гаухар сидела в коридоре больницы, сзади кто-то подошел и покатил ее кресло к выходу. Она подняла глаза и увидела Мариса.
Он выкатил ее из здания и они направились к аллее, где обычно гуляли больные.
- Марис! – прошептала Гаухар, - я плакала. Я плакала, и вот слезы, – она вытащила из кармана пригоршню жемчуга.
- Я знаю. – Ответил Марис, - это была отдача. Твой сосуд больше не наполняется и слезы возвращаются, выкристаллизовываясь в жемчужины. Было больно?
- Ужасно! Это не переносимо. А сейчас я стараюсь во всем быть спокойной, чтобы не заплакать.
- Я же говорил, что тебе будет очень трудно.
Марис подкатил кресло к скамейке и уселся на скамейку. Доски скамейки прогнулись, заскрипев под тяжестью его тела.
- С твоим весом лучше не садиться на деревянные стулья – заметила Гаухар.
- Да уж, это точно. Хотя это зависит от меня, я такой тяжелый когда мне что-то мешает.
- И что же тебе мешает?
- Чувства. Мне кажется я чувствую грусть.
- Марис, а я что, первый человек попросившийся назад?
- Обычно, после смерти люди не хотят возвращаться в свое тело, все-таки ведь там лучше. И мы их еще уговариваем остаться.
- В раю?
- Ну, в общем да.
- А существует ад?
- Это место где человек осознает свои ошибки, оттуда он уже не может вернуться, он вырвется оттуда лишь полностью искупив свою вину перед другими людьми и существами.
- А есть на Земле еще другие ангелы?
- Да. Я же говорил уже, что каждый из вас в своем роде ангел.
- Я не в этом смысле. Такие ангелы как ты?
- Да, есть. Я свободный ангел.
- Свободный?
- Да. То - есть я не являюсь ангелом – хранителем кого бы то ни было.
- Так ты не мой ангел - хранитель?!
- Нет!
- А кто мой ангел?
- У тебя его нет.
- Почему?
- У людей свободная воля. Человек сам волен выбирать, и никто не может подсказать ему сделать плохое или хорошее. А я как бы наблюдатель. Пока.
- У тебя есть крылья? – спросила Гаухар
- У всех есть крылья. – ответил ей Марис.
- Перестань пихать мне софистику, я же тебя конкретно спрашиваю!
- Да, у меня есть крылья. Нет, у меня нет крыльев. Все зависит от случая и выбора.
- Блин, ты такой зануда.
- Какой есть, такой есть. Кстати, Гаухар, тебя завтра выпишут из больницы, и ты будешь лечиться дома. Ну, я пошел.
- Куда?! – Гаухар схватила Мариса за руку, но ее рука прошла сквозь его плоть как сквозь дым. Он пошел по аллее вперед и растворился в колеблющемся горячем воздухе, который поднимался от асфальта.
Гаухар прикатила к своей палате и навстречу ей вышел врач.
- А я завтра выписываюсь! – проговорила она.
- Да. Откуда ты знаешь? – удивился доктор.
- Просто так! Я догадалась, - с этими словами она заехала в палату.
Глава 5
С течением времени жизнь Гаухар вошла привычную колею. С утра она направлялась в университет, после обеда ехала на медицинские процедуры. От прежней Гаухар остались лишь глаза и голос. Порой она не понимала почему она не осталась там, а решила вернуться. Все равно те, с кем она не ладила, были полностью удовлетворены тем, что с ней стало.
От беспомощности отчаянье становилось чудовищно огромным, а Гаухар готова была взорваться, и наконец она захохотала! Она смеялась как безумная и не могла остановиться. Ее инвалидное кресло сотрясалось и она ухватилась за спинку кровати, чтобы не свалиться. Когда она успокоилась, то почувствовала такое облегчение, что все проблемы показались ей чепухой. Все равно надо жить! – подумала она.
- Правильно!
Гаухар от неожиданности чуть не закричала, но узнала голос и повернула свое кресло к говорящему.
- Просто удивительно! Гаухар, ты нашла выход, - сказал Марис.
- Марис, я ждала тебя! – воскликнула Гаухар схватив его за руку.
- Я польщен. Хотя я все еще не понимаю, что означают эти слова.
Гаухар спросила у него – Что за выход я нашла?
- Ты смеялась, вместо того чтобы плакать!
- Разве это плохо?
- Нет. Но ведь ты создала третий сосуд, для смеха. Ведь твой смех рожден мучением!
- Черт побери! – воскликнула Гаухар – Вы все погнали уже! Какой еще сосуд?
- Сосуд для смеха, блин… Это такое странное слово – «блин». Что оно означает?
Гаухар ответила – Блин, это блин. Ну как тебе объяснить?
- Да ладно, Гаухар. Хочу сказать, ты не каждый раз сможешь смеяться.
- Почему?
- Я не могу тебе объяснить. Ну попробуй понять сама. Ты ведь будешь чувствовать горечь! Тогда ни о каком смехе не будет идти речь.
- Ты неправильно выразился.
- Я уже понял.
- Марис, попей со мной чаю.
- Хорошо. Мне некуда спешить, вся вечность впереди.
- Ты правильно заметил – ответила Гаухар покатив кресло на кухню. Она заехала на кухню и ангел уже оказался там.
- Ой! Марис, ты меня напугал!
- Как я мог тебя напугать? – спросил Марис заходя за ней. Гаухар резко развернула кресло и откатилась назад. Перед ней стояло два Мариса.
- Марис?! Тебя двое?! – воскликнула она.
- Я не Марис – грубо сказал ангел который был внутри комнаты, - Марис, ты можешь нас познакомить с дамой.
- Убирайся вон! – ответил ему Марис.
- Да ладно! Эта девушка была моей вотчиной. А ты отнял ее, увел у меня.
Гаухар спросила у Мариса – Кто он?
Ангел номер два ответил за Мариса: – Я Сирам.
- Сирам? А ты кто такой?
Сирам вместо ответа засмеялся и дунул на розу стоящую в вазе. Лепестки съежились, засохли и опали.
- Он демон пустыни – сказал Марис, - и твой совратитель.
- Я совращаю многих – проговорил Сирам усаживаясь на плиту.
- Марис, ты же говорил, что человек сам выбирает зло или добро!
- Но он может направлять по мелочам.
- Мелочам?! Ты называешь это мелочами?! – Сирам взбесился и подлетев к Марису наподдал ему в челюсть. Марис проломил потолок и оказался на чердаке. Сирам вылетел вслед за ним и схватив Мариса за ворот, ударил его об стену.
Гаухар сидела внизу на кухне, а тем временем на чердаке шла борьба, штукатурка сыпалась с потолка, и кухня начала покрываться белой пылью. В дыру проделанную ранее Марисом начала проталкиваться нога, затем вторая нога, и на кухню вывалился Марис. За ним влетел Сирам. Он махнул рукой в сторону окна и створки окна распахнулись, Сирам схватил Мариса за шею и выкинул его из окна. Марис вылетел как из пушки, но, пролетев недалеко, упал поломанной куклой. Сирам смеялся, затем он обратился к Гаухар со словами:
- Ты поменяла свою жизнь на это существование?! Ну ты и дура!
Он заорал - Ты же жила полной жизнью!
Гаухар подкатила к окну и увидела, что Марис до сих пор лежит не двигаясь. Она выехала на лестничную площадку попыталась съехать по пандусу. Гаухар чуть не скатилась по лестнице; ухватившись за перила она привстала с кресла и переставила ноги. Потом, держась за перила она медленно стала спускаться. Пройдя через весь дом Гаухар вышла на улицу и опустилась на колени рядом с Марисом.
- Гаухар, ты можешь ходить! – прошептал он. Гаухар погладила его по голове. Она молчала, а слезы, которые она так долго ждала, выступили из глаз и жемчужины упали на грудь Марису.
- Тебе больно! Почему ты плачешь? Со мной ничего не произошло, просто Сирам все еще сильнее.
- Я всегда буду сильнее тебя! – прошипел Сирам оказавшись рядом.
- Уйди. – тихо проговорила Гаухар, не смотря в сторону Сирама.
- Что?! – изумленно спросил Сирам.
- Уйди, – повторила Гаухар.
И Сирам исчез.
Марис тут же вскочил на ноги, а Гаухар осела на искрошенный асфальт.
- Вставай, Гаухар.
- Не могу, ноги не слушаются.
- Вставай, Чудо природы – пропел Марис беря ее за руку.
- Чего?
- Ты же только что ходила. А ну вставай!
- Говорю тебе ноги не слушаются! Не получается!
Марис щелкнул пальцами и рядом с Гаухар возникло ее инвалидное кресло, бывшее ранее на кухне на втором этаже.
- Выбирай – сказал Марис, указывая на кресло и на ноги Гаухар. Потом, ругаясь, обнял Гаухар за талию и приподнял с земли.
- Ну что за архитектор делает кухню на втором этаже?! – проворчал он. Гаухар тем временем неуверенно стояла на ногах, держась за Мариса. Потом ее тело начало падать назад, ее инстинкт сохранения равновесия сработал и правая нога ее переступила назад, выровняв ее тело.
- Ну вот видишь! – обрадовался Марис – когда надо, начинаешь двигаться.
- Марис, я хожу!
- Я знаю. Так и должно быть, ты же у нас Чудо природы.
- Ага. Ты… радуешься?!
- Да… Так вот что значит «Радоваться»! Это, блин, круто!
- Не переборщи с жаргоном – посоветовала Гаухар, охладив пыл Мариса.
Марис пошел к дому, и Гаухар пошла за ним.
- Так, что за архитектор удумал сделать кухню там? – Марис ткнул пальцем в потолок. Они сидели в гостиной на первом этаже.
- А у нас две кухни – ответила Гаухар, - Это мама решила сделать кухни тут и там. Так удобнее. Хотя, по-моему это точно не в тему.
- Всяк по-своему дрова колет – резюмировал Марис.
На улице пошел дождь и Гаухар сорвалась с места – инвалидка под дождем промокнет!
- Ну и что? – спросил Марис.
- Как что?! Хотя точно, черт с ним.
- Не чертыхайся! – одернул ее Марис.
- Ах, ну да. Ты же ангел.
- Не поэтому.
- А тебе было больно, когда Сирам тебя бил, а потом ты со второго этажа сверзился?
- Нет, относительно. Тебе то было больнее, когда ты плакала.
- Ты что, каждый раз с Сирамом дерешься?
- Нет, не всегда. Он возник тогда лишь, когда я начал заниматься тобой. Понимаешь, всякому действию есть свое противодействие. Сирам и есть мое противодействие.
- Но он же сильнее тебя! А вы должны быть равными, как уравнения.
- Схватываешь на лету. Но немного по другому. В этом уравнении еще есть и ты! А теперь я сильнее Сирама, потому что ты добрая. Ведь ты сама попросила его уйти, у тебя же свободная воля. Не то что у нас.
- Марис, сколько тебе лет? – спросила Гаухар.
- Много – ответил он. – Примерно много, много тысяч лет, хотя конкретно мне двадцать пять лет. Когда не было тебя, я создавал звезды и считал их. Я был свободен и летал в просторах вселенной, мне было хорошо! В одиночестве есть о чем подумать. А потом я натолкнулся на сверхновую звезду которая возникла в момент твоего рождения. И я решил: почему бы не проследить твою жизнь, это было бы интересно.
Гаухар задумчиво встала и подошла к окну. Струи дождя неистово били по стеклу, размывая все происходящее за окном.
Вот доктор удивится. Когда увидит меня на ногах. Классно ходить на своих ногах. Марис… Марис? – позвала она его не оборачиваясь. Но ангел не ответил ей, и Гаухар обернувшись увидела лишь пустую комнату. Марис исчез.
Глава 6
Странные люди. Почему они не могут просто поверить. Есть жизнь после смерти. Когда знаешь все это, на все смотришь по-другому, глупые людишки. Бедные люди. Не рай это, и не ад! А нечто другое. Место, где люди искупают свои деяния, или же достигают спокойствия. Устаешь от их недоверия и жестокости. Лишь сон дает отдых от всех этих нелепостей, сон…
Гаухар поднималась на поверхность из глубин своего сна. Эти слова все еще раздавались в ее ушах и оседали на ее затуманенный еще после сна мозг.
Именно настоящие люди начинают искать правду, добро и любовь. Они видят в плохом начале хорошую концовку, и принимают зло как должное. Если бы не было зла, не было бы и понятия о добре.
Любовь познается через ненависть?.. – эти слова обожгли Гаухар всей полнотой смысла. У каждого человека создается свое собственное представление о вещах, конечно же если на мнение не влияет общество.
Гаухар осознала, что всю свою жизнь она ненавидела. Ненавидела все вокруг, ненавидела себя. Она любила свою мать ненавидя ее. От этих мыслей Гаухар захотелось заплакать и не смогла.
- Чьи это слова?! – закричала она вдруг, но ответа не добилась. – За что мне все это?!
После ухода Мариса прошло уже два месяца, а он так и не появился. Гаухар провела эти месяцы как во сне, совершая все свои дела на автомате, и теперь ее очнувшийся мозг искал выход из этого серого мира. Она развернулась в своей кровати и в исступлении прижалась лицом к никелированным прутьям спинки кровати.
- Не могу! Не могу! Не могу! Не могу!!! – бесконечно забормотала она, качаясь в разные стороны.
- Я так больше не могу! Эти люди…
Тут кто-то схватил ее за плечи и оторвал от прутьев, и Марис прижал ее к своей груди.
- Ты действительно Чудо природы, а я сделал ошибку оставив тебя. Все будет хорошо, я всегда буду рядом с тобой!
Гаухар с закрытыми глазами лежала в его объятьях сотрясаясь изнутри. Она прошептала - Но ведь ты ангел. Как же ты будешь вместе со мной?
Оказывается я тоже Чудо природы! – произнес Марис, - я ангел, и в то же время могу чувствовать!
Да? И что же ты чувствуешь?! – спросила она, погладив его черные волосы.
- Я… Я не знаю как это объяснить, я в смущении! Неужели я тебя люблю?! Нет! Я же не могу любить?! Или нет?
Гаухар открыла глаза и произнесла – Но вы же бесполые!
Марис рассмеялся со словами – Ну что за чушь! Это нелепые человеческие догмы.
Ты что, можешь остаться со мной? – спросила Мариса Гаухар.
А ты хочешь этого? – спросил он ее в свою очередь.
Да – ответила Гаухар, - только ты меня понимаешь. Я даже пожалела, что не осталась там, после аварии.
- Значит у тебя другой путь. Ты будешь ангелом.
- Я же человек! – воскликнула Гаухар.
- Но зато какой человек! Определенно, ты станешь ангелом еще при жизни.
- Значит и ты был человеком?
- Я не знаю – ответил Марис.- Может быть и я был человеком, и теперь снова возвращаюсь к нему. Не случайно я стал твоим ангелом. Ты прошла через такие муки, тебе впору стать ангелом. Ты позвала меня и я пришел. Я полюбил тебя и стал человеком, я пытаюсь и не могу взлететь!
Гаухар села на кровати и непонимающе взглянула на Мариса.
- Я ничего не чувствую – сказала она. Затем подумала о завтраке который еще надо было приготовить, и тут же услышала на кухне шум от забренчавшей посуды, газовая плита загудела огнем. Гаухар вскочила и побежала на кухню. На плите стояла сковорода в которой скворчало пять яиц, и чайник уже начал свистеть паром.
- Марис, это ты сделал? – спросила она. Марис возник рядом.
- Нет, это твоя работа. Ты ведь Ангел. Мой Ангел.
- Почему?!
Марис уселся на подоконник и подобрал одну ногу сцепив на ней руки – Развитие происходит постоянно. Мир никогда не стоит на месте. Развитие или деградация. Твое состояние было идеальным для перерождения в ангела. И… И ангелы любили только ангелов… Пока не появилась ты, и я проиграл Сираму и здесь и там. Гаухар, ты можешь быть и ангелом и человеком, у тебя есть выбор!
Марис помолчал склонив голову и продолжил – ты можешь отправиться вместе со мной зажигать звезды, если захочешь; мы опустимся на дно океанов, поднимемся на самые неприступные вершины.
- Нет. Пойдем лучше просто погуляем по городу – предложила Гаухар.
Она выключила газ и они вышли из дома. Они целый день гуляли по городу и совершали безумные поступки. Они заставляли фонтаны взметаться выше пятиэтажных зданий; в магазинах, рядом с которыми они проходили, начинали танцевать манекены, а воздушные шары вырывались из рук и улетали в небо.
В парке они сели на Колесо Обозрения, и когда их кабинка оказалась на самом верху, Гаухар остановила Колесо.
Сначала везде стоял шум: ветер играл листьями деревьев, испуганные люди звали техников на помощь, на дороге рядом с парком гудели автомобили, а потом исчезло все и наступила тишина.
- Где мы? – спросила Гаухар оглядываясь вокруг. Вокруг нее плыли облака переливающиеся всеми цветами радуги. Ощущение было восхитительным, не было ничего, что могло утомить глаза. А прямо перед Гаухар появился дом.
- Мы в мире, который создан мною – ответил Марис. – Я хотел создать такой мир, который был бы совершенным по красоте и устройству, но я не учел того, что каждый человек может создать такой мир в своем воображении! И я ничего нового не придумал.
- И это твой дом?
- Нет, он твой. Ты появилась здесь и создала его в мгновение ока. Может быть это дом твоей мечты.
Гаухар в неверии окинула дом растерянным взглядом, - неужели у него есть большой балкон?!
- Ну если ты хочешь его, значит он есть! – проговорил Марис. Гаухар уселась на облако, подплывшее к ней сзади и даже не заметила этого.
- Значит его передняя стена должна быть полностью прозрачной. И лестница внутри, и большие светлые комнаты! За домом наверняка есть озеро!
- Послушай Гаухар – произнес Марис, взяв ее за руку – послушай. Я должен исчезнуть.
При этих словах Гаухар непонимающе застыла.
- Я должен исчезнуть, потому что я совершил недозволенные вещи. Начав чувствовать, я вкусил от дерева познания добра и зла. У ангелов нет свободы воли, но я сделал выбор, выбрав тебя. Этого делать нельзя.
- Но так же нельзя! – вскричала Гаухар не отпуская его, - ты не можешь исчезнуть!
Но Марис стал бледнеть, мир начал рассеиваться, и последнее что услышала Гаухар были слова Мариса:
- Я не жалею о сделанном, ведь я провел лучшие минуты своей жизни рядом с тобой…
Марис исчез. И Гаухар одна спустилась с Колеса на землю. Солнце коснулось крыш зданий. Гаухар грустно шла к себе домой.
Глава 7
Весь мир вокруг переливался красками зелени и цветов, голубое небо щедро поливало землю золотыми лучами. Но вокруг дома Гаухар наступила осень. Еще зеленые листья с деревьев укрыли землю, а солнце с неохотой посылало сюда свои лучи.
Гаухар было хорошо. Она с грустью вспоминала Мариса, но при этом от всей души благодарила его за то, что он оставил в ее душе такой созидательный и позитивный след. Она верила, что Марис не умер, ведь ангелы не умирают. Возможно он отправился в другое место.
Гаухар стала жить своей прежней жизнью, пытаясь влиться в прежнюю колею. Но эта жизнь была такой банальной и скучной! И стать прежней Гаухар уже не смогла.
После ухода Мариса прошел месяц. Гаухар пришла вечером с библиотеки домой, переоделась в свое любимое платье и зашла на кухню. Предварительно открыв все газовые краны, она с удобством уселась в кресле и стала ждать.
Газ, бесшумно вырывавшийся из плиты, заполнил всю комнату, Гаухар сначала почувствовала дурноту. Ее начало немного тошнить, но мгновения спустя это чувство прошло, ее сознание затуманилось, и чувствуя легкую эйфорию она начала проваливаться в бездонный колодец.
Жизнь ушла из ее тела. Теперь уже навсегда.
Эпилог
Легкий благоухающий бриз трогал ее любимое платьице. Ноги погружались в теплый ласковый песок. Гаухар подошла к берегу бесконечности и окинула взглядом горизонт.
Теплые волны набегали с тихим шелестом и обнимали ее ноги. Гаухар поняла, что оказалась именно там, где хотела оказаться всю жизнь. Это знание открылось ей только что.
На горизонте появилась мерцающая точка. Когда ее стало возможным разглядеть, Гаухар в изумлении узнала белую яхту с белоснежными парусами. Кораблик подплыл вплотную к берегу и на палубу из каюты построенной посередине, вышел Марис.
- Привет, Мой Ангел – произнес он.
- Привет, Марис, – ответила Гаухар, поднимаясь на палубу. – Куда мы поплывем? В Ад?
- Почему сразу в ад?!
- Ну… Я ведь покончила жизнь самоубийством… Поэтому мне дорога только в ад! – Гаухар вдруг заплакала и долгожданные слезы полились из ее глаз, она все еще стояла посреди палубы. И Марис не выдержав подбежал к ней и схватил ее в свои объятья.
- Ад был на Земле… А мы отправляемся в Рай! – прошептал он.
Потом Марис повернул штурвал, невидимые руки потянули паруса, и яхта развернувшись поплыла прочь от берега. Яхта заскользила по волнам бесконечности, как чайка касающаяся крылом грани между воздухом и водой, и скрылась за горизонтом.
Туман опустился на пустынный берег, где виднелись еще следы человека, и подувший ветер развеял этот туман, прихватив с собой и весь берег. Исчезла земля…
Исчезло все.
Конец
---