Пропавший остров
Как-то потихоньку рассосался дефицит, все разом забыли дорогу на обувную, продовольственную и, естественно, рыбную базы.
Многие из нас даже не знакомы ни с одним товароведом, зачем? Никто теперь не раскланивается за квартал с заведующим овощного ларька, не интересуется здоровьем тещи начальника Горпромторга, не занимает очередь еще до рассвета на распродаже кроссовок. Давно мы уже не хватаем с прилавка все – лишь бы иностранный «лейбл» был, теперь мы часами выбираем из ворохов одежды, и часто именно на этом заканчивается шопинг. Потому что сундуки полны и у невест, и у их мам, непостижимым образом выглядящих моложе дочерей. Потому что в подземном гараже стоят мамина «тойота Королла», и папина «тойота Камри», в общем, «потому что»…
Теперь мы в «секонд хэнд» не ходим, мебель выбираем, чтоб из цельного куска, а не прессованные стружки…
Но, кажется, что процесс пошел в обратную сторону. Такое ощущение, что даже ваша жена поняла, что держать в запасе пятьдесят пар туфель – только место занимать. И потом они так быстро выходят из моды, а если, паче чаянья, текущие черевички прохудятся совершенно внезапно, купить новые можно за тридцать секунд – бутики модной обуви на каждом шагу. Их, кажется, намного больше, чем денежных ящиков, точно больше. Так что превращать собственную квартиру в обувной склад совершенно необязательно.
Обратный поход вещизма, этакий исход ненужного добра, к сожалению, начался не с фарфоровых слоников и кошечек с бантиками, и даже не с цигейковых шуб эпохи павловских экономических реформ, а с самой безответной части вашего интерьера, который вы любовно подбирали по цвету, позолоте, ну и конечно по рыночной цене.
Ну да, первыми в букинистический магазин были отправлены книги. Книга вообще удивительная вещь – то ее превозносят, издают миллионными тиражами, барыги просят за нее сумасшедшие деньги, а то ее предают аутодафе. То за нее ломают прилавки книжных магазинов, то избавляются, как от балласта. Правда, пессимисты нынешнее изгнание книги называют окончательным, дескать, книга больше не станет занимать столь большое место в нашей жизни, как это было еще совсем недавно. Подумать только, писатели объявлялись властителями дум, кумирами целых поколений, их книги выходили (и раскупались) миллионными тиражами. «У нас была великая литература». Повторил сейчас эту чужую мысль и даже не по себе стало. Ведь действительно мы – современники таких титанов пера, как Федор Абрамов, Виктор Астафьев, Василий Шукшин, Леонид Леонов, Юрий Трифонов, Константин Симонов, Абдижамиль Нурпеисов… Сначала с литературой поступили как с мешком разнокалиберных гвоздей – перемешали и принялись торговать по одной цене. Но еще долго люди как бы стеснялись читать дурные книжки, оправдывались: «Да это я в дорогу взял», «Эта под руку попалась…» А теперь уж ничего не стесняются, качают с Интернета какие-то дикие фэнтези, немыслимые детективы, разухабистые любовные романы, причем наиболее скабрезные из них сочиняют, кажется, дамы.
Может, пессимисты в чем-то правы, зачем натаскивать в дом пудовые фолианты, которые никогда не только прочитать не удосужишься, но и даже не пролистаешь. Помню, какие пузырились в наших городах и селах очередищи на подписные многотомные издания. Счастливая обладательница какого-нибудь Теккерея или Диккенса, получив первый том классика, вырвавшись из тесных объятий очереди, говорила с восторгом:
– Так и знала, светло-зеленого, почти изумрудного цвета! Отлично будет сочетаться с обоями в зале. И Дюма тоже зеленого цвета…
И до сих пор в тысячах квартир стоят подобранные по цвету и ранжиру нечитанные, да что там – неразрезанные Теккереи, Тургеневы, Достоевские и Маяковские. Но, по-видимому, эти книги вскоре могут попасть к тем, кто их, наконец, прочитает. Открываю газету объявлений:
«Продаю книги – пятьсот штук, в хорошем состоянии, все по двести тенге»… А если чуть-чуть поторговаться, то отдадут почти задаром. Вот тебе и «здрасьте»! Так продают картошку… Впрочем, что я говорю? Какой хозяин будет брать картошку не глядя! А книги можно… В этом есть какая-то обреченность, безнадега, дескать, все равно никто не купит. Несколько дней назад я по случаю приобрел несколько книжных полок, некогда они были в большом дефиците, и пока я их привозил, поднимал на свой четвертый этаж, я читал во многих глазах как минимум недоумение. Один молодой человек не удержался, спросил:
– Вы что, их купили?
И столько было в его словах изумления, что я засомневался: может, и в самом деле покупать книги уже становится неприличным? А уж тем более книжные полки. Пусть валяются эти надоевшие книги в туалете, в углу под лестницей, где попало.
Объявлений о продаже книг полным полно: «Продаю детективы, собрания сочинений, фантастику». Как будто всю предыдущую жизнь человек читал исключительно фантастику и детективы. А может, так оно и было? В таком случае можно понять прежнюю политику издательств: классика, классика и совсем чуть-чуть развлекательной книги.
Начали съезжать из наших домов и другие невостребованные вещи. В газетных объявлениях в таком случае особенно не заморачиваются, пишут коротко, но «специалисту» предельно ясно: «Вещи». Я бы добавлял к этому строчку из Стругацких: «Хищные вещи века». Именно хищные, так много они украли у современного человека. Но приходит и черед мягким диванам, креслам, мебельным наборам на двенадцать персон в двухкомнатных квартирах. Конечно, пока мы не прощаемся навсегда с норковыми шубами, итальянскими сапогами из Урумчи, паркетом из бамбука. Мы полюбили их больше книг, сильнее чтения. Но нам все-таки простительно, мы так долго жили впроголодь, мирясь с нехватками, думая в первую очередь о куске хлеба для своих детей, что не зазорно теперь завести и китайский же чайный сервиз на необозримое количество гостей.
Пусть идут к нам дорогие гости, мы покажем им место, где еще совсем недавно пылились книги, но теперь с ними покончено. Теперь стирают за нас машины, посуду моют машины, сочиняют музыку машины, теперь и читать вместо нас рвутся машины.
Или все-таки сами попробуем?..
Геннадий ДОРОНИН
www.facebook.com/homabrutto