Проблемы ядерного оружия в Казахстане
Казахстан в голливудских фильмах смотрится весьма своеобразно. Про «Борат: изучение американской культуры на благо славного народа Казахстана» (2006 г.) мы вежливо промолчим.
В фильме «Борт номер один» (1997 г.) казахстанские террористы захватывают президента США (Харрисон Форд). В «Роллерпболе» (2002 г.) главные герои отправляются в Казахстан выступать за команду «Жамбельские всадники». В главных ролях — Жан Рено, LL Cool J и Ребекка Ромейн.В «Наемницах» (2004 г.) героиня Бриджитт Нильсен похищает дочь президента США. Но в памяти отложился другой фильм — «Правдивая ложь» (1994 г.), в котором герой Арнольда Шварценеггера говорит террористам «Малинового джихада», что ядерные боеголовки, которые те захватили то ли украдены, то ли куплены в бывшей советской республике Казахстан. Фильм хороший, а слова обидные.
К слову сказать, некоторые, особо одаренные «специалисты» часто пишут, что отказ от ядерного оружия был стратегической ошибкой Назарбаева. Мол, если бы в стране осталось ядерное оружие, то «с нами бы считались и уважали».
Мне кажется, что если бы Казахстан вдруг затормозил процесс передачи ядерного оружия, дислоцированного в республике, то последовали бы резкие шаги со стороны мировых сверхдержав, в том числе возможно и военные, тем более что республика не имела оперативного контроля над двумя дивизиями межконтинентальных баллистических ракет и дивизией стратегических бомбардировщиков Ту-160, ни кадров, способных обеспечить управление им. Как раз отказ от ядерного оружия обеспечил постсоветскому Казахстану международный авторитет, тем более что Назарбаев добился и гарантий безопасности, и финансовой компенсации, и использовал эти переговоры для улучшения казахстанско-американских деловых переговоров в области нефтяной и урановой промышленности. Кроме того, первый президент хорошо понимал, что у этого вопроса есть две важных для Казахстана аспекта.
Во-первых, «семипалатинский синдром» — социальный, политический и экологический эффект от многолетнего существования на территории республики полигона по испытанию ядерного оружия. Эффект от неприятия всего, связанного с ядерной энергетикой, был настолько сильно политизирован, что сказался и на ядерной энергетики.
К нему там добавились социальные последствия от аварий на Чернобыльской АЭС и АЭС «Фукусима», причем настолько, что декларируемое уже два с лишним десятилетия намерение построить в Казахстану АЭС наталкивается на протесты общественности и боязнь исполнительной власти принять решение о строительстве, хотя вся документационная база была разработана давным-давно. Физик-ядерщик и многолетний правительственный чиновник Владимир Школьник в ответ справедливо отмечал, что у Казахстана нет и не должно быть «чернобыльского синдрома», поскольку в республике имеет многолетний опыт безаварийной эксплуатации АЭС в Актау, ядерного реактора в Институте ядерной физики вблизи Алматы и трех исследовательских реакторов в Курчатове (ВКО). Однако, решение так и не было принято.
Вторая проблема ядерного оружия в Казахстане — это кадры. Если вокруг ядерной энергетики и ядерной физики в республике сложилась своя кадровая школа, то кадры военные в этой связи вызывают определенные вопросы.
Частные коррупционные скандалы в оборонном ведомстве ставят логичный вопрос о надежности хранения ядерного оружия в стране (если бы оно там осталось). На слуху недавний взрыв складов с боеприпасами в Арыси. Не подвергая сомнению профессионализм и честность большинства представителей наших вооруженных сил, надо признать: отсутствие в Казахстане ядерного оружия — это благо.
Если взглянуть на историю вопроса, то, как известно, первыми за разработку атомной бомбы взялись ученые Третьего рейха, что стимулировало начать аналогичные разработки в Великобритании, которые в свою очередь вылились в Манхэттенский проект США. Информация о европейских и американских разработках привела к началу работ в СССР. И следует признать большой исторической удачей, то что немцы не успели выйти конечный результат до своего поражения в войне. А также то, что США получили первые атомные бомбы в самом конце Второй мировой войны и кроме бомбардировок Хиросимы и Нагасаки не имели возможности применять их более массово. И, конечно же, тот факт, что в США производство бомб и средств их доставки в конце 40-х не позволило им нанести превентивный удар по СССР в начинающейся Холодной войне. А к этому времени подоспела первая советская атомная бомба, и таким образом ядерный паритет не позволил противостоянию двух систем перейти в «горячую фазу».
Для Великобритании и Франции создание своего ядерного оружия было скорее доказательством своего научного и политического потенциала, а для Китая — возможностью войти в число сверхдержав. Как бы в мире не относились к Индии и Пакистану, но проведение ими своих ядерных испытаний заставило всех сильно нервничать, как и информация о возможном наличии ядерного оружия в Израиле, Северной Корее и Иране. Но будем откровенны: ядерное оружие сегодня вызывает страх не только из-за стран третьего мира, но и из-за того, как ведут себя сегодня лидеры мировых сверхдержав, имеющих атомные бомбы, стратегические бомбардировщики, межконтинентальные баллистические ракеты и иные средства доставки.
Известны антивоенные позиции Альберта Эйнштейна, создателя американской атомной бомбы Роберта Оппенгеймера и «отца» советской водородной бомбы Андрея Сахарова. Хочется вспомнить и слова американского адмирала Хаймана Риковера, создателя американского ядерного флота,о которых после его кончины вспоминал экс-президент Джимми Картер: «Когда мы были на борту подводной лодки; он сказал, лучше бы атомный боеприпас не изобрели. И затем сказал: «Хорошо бы атомную энергию вообще не открывали». Я возразил: «Адмирал, но в этом вся ваша жизнь». Он ответил: «Я отказался бы от всех своих достижений, и ото всех преимуществ атомной энергетики для флота, для медицинских исследований, и всех других целей, если бы это позволило избежать развития атомного оружия»...
На Саммите по ядерной безопасности в Гааге в 2014 г. Нурсултан Назарбаев заявил, что перед мировым сообществом стоят две задачи — полное и всеобщее ядерное разоружение, которое является единственной гарантией ядерной безопасности, а также противодействие ядерному терроризму и искоренение его основ.
С этими словами спорить достаточно сложно, а первому президенту хочется лишний раз высказать благодарность за отказ от ядерного оружия.
Источник: Данияр Ашимбаев