Почему Москва не видит Пекин в роли мировой державы?

Прошедший недавно в Китае международный форум «Один пояс - один путь» вызвал неоднозначную реакцию в экспертной среде. Например, доцент департамента политологии Финансового университета при правительстве РФ Геворг Мирзаян в своем материале для РИА «Новости» пишет о том, что Китай не готов к роли мировой державы. При этом президент России Владимир Путин принявший участие в этом форуме, в своем выступлении полностью поддержал китайскую инициативу. Почему эксперт в своих оценках разошелся с позицией лидера своей страны? Иронией сквозит с первых слов автора: «Мы надеемся создать большую семью, члены которой будут гармонично сосуществовать друг с другом», — заявил лидер КНР на церемонии открытия форума. О том, кто в этой семье займет роль папы, Си умолчал — вопрос риторический. Проект стал самым четким на сегодняшний день сигналом о том, что Си Цзиньпин собирается порвать с линией Дэн Сяопина «скрывай возможности и выжидай, не бери на себя лидерские функции». Но потом, испугавшись собственной смелости, Мирзаян трусливо прячется за широкую спину британцев: «Господин Си обозначил китайскую претензию на мировое лидерство», — пишет британский журнал The Economist. Именно мировое, а не региональное». Ну, если ты пишешь свою статью, то зачем прятаться за британский журнал? Тем более, автор дальше задается вопросом: «Однако готов ли Китай к роли мировой державы? Нет». Интересно, по каким основаниям Геворг Мирзаян отказывает Китаю в готовности к роли мировой державы? Придется злоупотребить временем читателя, дабы россиянин не обвинил в выдергивании его мыслей из контекста в нужном ракурсе. Вот что пишет автор: «Да, у него мощнейшая экономика и куча свободных денег, однако у КНР отсутствуют другие элементы, необходимые для мировой державы. Во-первых, идеологическая составляющая. КНР пока не может предложить миру привлекательную идеологическую модель развития (наподобие американского либерально-демократического порядка или советского коммунистического). Да, Пекин продвигает идею социализма с китайской спецификой (то есть модель справедливого и развивающегося государства, основанного на национальном наборе ценностей и идеалов), однако пока эта модель не проработана. Во-вторых, Китай не готов играть активную политическую роль — Пекин предпочитает не конфликтовать с Западом по тем вопросам, которые не касаются Восточной Азии. Например, в сирийском или иранском вопросах КНР пытается прятаться за российской спиной, убеждая Москву в одиночку выступать в защиту российско-китайских интересов и, соответственно, получать за эту защиту все шишки. С тактической точки зрения это, безусловно, правильная позиция, однако она никак не повышает надежность китайских гарантий в глазах лидеров стран третьего мира. Ну и, наконец, в-третьих, армия КНР, хоть и является одной из самых сильных в мире, однако ее возможности по проекции силы пока тоже остаются под вопросом. И до тех пор, пока КНР не доведет свои военно-политические возможности до уровня экономических, о Китае будет сложно говорить как о мировой державе. Максимум как о младшем партнере США в рамках "Большой двойки" (на что уже сам Китай не пойдет)». Разберем это нагромождение словес по пунктам. Во-первых, мир не нуждается в том, чтобы его потчевали идеями, как коммунисты и Запад. Как говорила героиня известного романа, «Не учите меня жить, лучше помогите материально». А Мирзаян главным мерилом мировой державы по-прежнему считает умение учить жизни. Отстал от жизни. Во-вторых, он не заметил того, что Китай не только готов, но и давно играет активную политическую роль. Только эта роль Пекину видится несколько иначе, нежели Мирзаяну. Обвинения в том, что Китай якобы прячется за спину России в вопросах Сирии и Ирана выглядят несолидно. В том плане, что Пекин вполне устраивало нахождение Ирана под санкциями, благодаря чему он спокойно покупал оттуда нефть по выгодным для себя ценам. Сирия ему вовсе не нужна. В-третьих, смотрится полным мальчишеством попытка взрослого человека заставить Пекин путем примитивной провокации показать в деле возможности своей армии. Равно как и намек на позицию младшего партнера США. Незачет. Впрочем, если эти ужимки не смогут задеть невозмутимых мандаринов, то акцент автора на минусах форума в Пекине: бойкот Индии, провокация в виде пуска ракеты КНДР, отказ подписать совместную декларацию от стран ЕС - может показаться довольно обидным Китаю в устах представителя России - страны, на словах уверяющей во всесторонней и полной поддержке китайского форума. Китай согласился в свое время с предложением РФ о принятии в ШОС Индии, но теперь он может и сильно пожалеть о своей сговорчивости. Последствия от провокации КНДР не критичны, да и поза гостей из ЕС никакой роли не сыграет. Но акцент в этом направлении из уст россиянина говорит о его огромном желании подставить подножку своему главному геополитическому партнеру. В глубине души автор прекрасно понимает, что всеобщая суматоха вокруг Китая не прекратится, невзирая на презрительно оттопыренную губу Мирзаяна. Он сам пишет о том, что главная причина этого ажиотажа в обещанных Китаем 120 миллиардах долларов на все эти проекты вокруг идеи «Один пояс - один путь». И это только видимая часть айсберга, по некоторым оценкам Пекин может потратить несколько триллионов долларов. Вот и получается, что Россия в отместку Западу за экономический бойкот, ставший последствием аннексии части территорий Грузии и Украины, повернулась лицом на Восток, но встретила там полное доминирование Китая. И пришлось после понимания того, что на Востоке все ниши уже заняты, грозно намекать на сближение со США и Западом. Мирзаян в этой теме отнюдь не оригинален: «Китаю не нужен конфликт с Россией. В Пекине прекрасно понимают, что без нормальных отношений с Москвой на всех проектах сухопутных коридоров в Европу можно поставить крест как минимум по причине недостаточной безопасности и надежности транзита. А также понимают, что это понимают в Вашингтоне, поэтому китайские руководители с некоторым опасением следят за российско-американским сближением. И чем более тесным будет это сближение, чем больше Россия будет разворачиваться на Запад, тем более комплиментарным станет китайское поведение в отношении Москвы, тем больше Пекин будет учитывать и уважать российские интересы». Ладно, допустим, что Москва по советам Геворга Мирзаяна решила развернуться с Востока обратно на Запад, чтобы заставить Пекин уважать российские интересы. И как себе это представляет господин доцент? Как в комедии «Джентльмены удачи»? Кажется, там в одной из сценок Василий Алибабаевич говорил: «Доцент бы заставил!». Почему-то Геворг Мирзаян после грозных слов о развороте на Запад безо всякого логичного перехода говорит: «А вот что является реальной угрозой, так это пассивность Москвы в деле подключения к китайским инфраструктурным проектам. В отличие от того же Казахстана ("прочухавшего" ситуацию и начавшего ударное строительство дорог под китайцев), российские компании не спешили выполнять даже те инфраструктурные проекты, о которых договаривались Путин и Си». Что вы говорите? А как же насчет разворота на Запад? Понты? Понятно.