пленник

Когда срок вашей любви истекает, и время близится к разрыву, ты никогда не знаешь, как всё закончится. Одни расходятся слишком тихо: знакомые узнают о том, что вы больше не вместе, спустя только несколько недель. Другие пропитываются жгучей ненавистью к своему бывшему любовнику, ну, а третьи продолжают поддерживать дружеские отношения на столько, насколько это возможно.

Наш разрыв был чем-то сенсационным и грандиозным. Казалось, он ядерной бомбой был сброшен на нас, и взрыв настиг каждого, кто был рядом.

Все, с кем мы были знакомы, знали: всё кончено. И своим долгом считали высказать мне соболезнования, будто он умер, а не ушел к другой.

Сейчас, по прошествии нескольких месяцев я могу трезво оценить ситуацию и заявить, что вела себя глупо, унижаясь перед тем, кто этого не заслуживал. Помню, как едва ли не на коленях умоляла его вернуться, позабыв о чувстве собственного достоинства и променяв гордость на мимолётное счастье в его объятиях. Я кричала, надрывала голосовые связки, в полубреду пыталась что-то доказать «непонимающим» подругам, и тогда всё это казалось правильным.

— Я тебя не люблю, — безустанно повторял он не глядя в мои глаза. — Разлюбил, уходи.

И я, чувствуя себя побитой дворнягой, которую сначала приманили, а потом в очередной раз прогнали, уходила в свой тесный мирок зализывать раны.

Так длилось почти полгода! И я готова была терпеть всё это, ссылаясь на то, что ему приходится гораздо сложнее. Я то прощала, то ненавидела; мы пытались восстановить нашу прежнюю дружбу, но всё рушилось снова и снова, оставляя нас на пепелище наших отношений.

И однажды утром ко мне пришло осознание того, что оживить уже мёртвые чувства невозможно. Мы, словно загнанные в клетку свободные птицы, будем биться о её прутья, желая вырваться наружу. Наши отношения в равной степени, как и дружба, в один прекрасный момент стали бы тюрьмой, выхода из которой нет. И пленниками мы бы остались гнить в ней, взращивая в себе взаимную ненависть.


(7 декабря 2005 года)