Планы антикризисные, мышление прежнее
Говорят, если долго мучиться, что-нибудь получится. Примерно по такому принципу правительство Казахстана вырабатывало антикризисные планы и проект республиканского бюджета на 2016-2018 годы. Конечно, спрогнозировать экономическую политику и бюджет страны сразу на три года - задача архисложная. К тому же надо учитывать, что казахская экономика далеко не в лучшей форме и остается зависимой от мировых цен на сырье. В первую очередь на углеводороды и металлы.
Разумеется, даже при таком неблагоприятном раскладе не стоит отказываться от попыток спрогнозировать и сформировать стратегические планы на краткосрочную перспективу. И «кривая» национальной экономики на ближайшие три года здесь вполне уместна. Но на такие сроки «рисовать» бюджет страны - это, пожалуй, уже что-то из области фантастики. Хотя, всегда ведь можно в планы вносить коррективы с учетом изменений в реальной ситуации. В результате таких широких возможностей для маневра совершенно непонятно, что собой представляют казахские антикризисные меры, насколько проекты по бюджету страны учитывают мировую динамику на сырьевые ресурсы. В итоге получается очень много слов о разном и мало конкретики. Плюс, дополнительную неразбериху вносят противоречивые заявления и комментарии высокопоставленных чиновников.
Например, в последнее время очень сильно досталось от президента Нурсултана Назарбаева министру финансов Бахыту Султанову - главному по стране за верстку государственного бюджета. Он действительно затянул вопрос с проектами бюджета на предстоящие год и два последующих. Но сделал-то не от хорошей жизни. Президент Назарбаев требует сокращения государственных расходов на 1,5 трлн тенге и в тоже время премьер-министр республики Карим Масимов заявляет, что в бюджете страны на 2016-2018 годы достаточно средств для выполнения всех ранее взятых государством социальных обязательств.
Во-вторых, Султанову позарез нужны ориентиры по курсу в паре доллар-тенге. А это уже епархия Центробанка, который после последней девальвации тенге, объявил о плавающем курсе национальной валюты. Даже при таком положении дел можно прогнозировать курс национальной валюты на перспективу. Но одно дело заявлять о свободном курсе сегодня и другое давать мрачный прогноз по нему на ближайшее будущее, так как тут уже «попахивает» политикой. Поэтому казахский ЦБ тоже потянул время пока, очевидно, не согласовал прогнозы по курсу тенге в аппарате президента страны. Лишь после этого Б.Султанов позволил себе заявить, что бюджет верстается с учетом того, что бочка нефти будет стоить не более $40, а паре тенге-доллар «казах» будет стоить 300 тенге. Но он, наверное, не был бы министром финансов, если не сделал оговорку, что и этот курс неокончательный и может быть пересмотрен. В какую сторону, он, естественно, благоразумно пояснять не стал. И правильно сделал, потому что, учитывая, что с начала прошлого года курс тенге рухнул со 155 до 300 тенге за доллар, делать какие-либо прогнозы просто опасно для репутации.
На расширенном заседании правительства, выражая свое недовольство, кроме всего прочего Назарбаев посетовал на неэффективность Евразийского экономического союза (ЕАЭС). По его словам, от ЕАЭС Казахстан не только не получил ощутимых доходов, так еще казахский рынок пострадал от введенных санкций против России и падения рубля. «Мы получили удар, наш автопром остановился, из-за того огромное количество автомобилей было завезено из России», - заявил Назарбаев.
Спрашивается, ну, что же он хотел. В кризис каждый думает в первую очередь о своих экономических интересах. К тому же не стоит забывать, что в отношениях между республиками существуют проблемы экономического эгоизма и торговых барьеров, различия в уровнях развития промышленности и в миграционной политике, общая для всех проблема низкое качество базовых институтов. По этим причинам ЕАЭС так и не начал действовать на полную мощь, а соглашения между странами носят подчеркнуто компромиссный характер. А тут еще санкционные войны между Россией и Западом, которые портят непростые отношения между партнерами по ЕАЭС.
По смыслу интеграционного объединения с глубиной интеграции «Таможенный союз», а тем более «Экономический союз», которую декларирует ЕАЭС, товары из третьих стран после попадания на единую таможенную территорию должны свободно по ней перемещаться. Это базовый принцип. Однако применение РФ продуктового эмбарго к продовольственным товарам из США, ЕС, Австралии, Норвегии и Канады с августа 2014 года естественным образом вошло в противоречие с принципом единой таможенной территории и ударило по интересам ее партеров по экономическому блоку.
Пришлось Назарбаеву признать и наличие кадрового кризиса в стране. Он считает, что казахи и правительство научились жить на широкую ногу, что есть предприятия, которые остаются на плаву только за счет поддержки государства. «Такого не должно быть. Поэтому необходимо сконцентрироваться на повышении производительности, эффективности, отойти от поддержки малопродуктивных отраслей, выбрать только перспективные, нацеленные, прежде всего на экспорт, - заявил президент.
Тут с Назарбаевым можно лишь согласиться. Вопрос лишь в том, откуда возьмутся эти новые кадры? Кто будет воплощать хорошие задумки, если новое мышление в обществе за годы реформ так и не сформировалось, прежние грандиозные планы экономических преобразований не были доведены до конца, а страна все годы независимости лишь благоденствовала на сырьевой ренте? По-моему, эти вопросы Назарбаев, должен в первую очередь задавать самому себе.