Письма маме. Когда время остановилось. № 10

Мама, сегодня я не задержалась с письмом. Написав тебе вчера, я словно вновь пережила все то, что со мной произошло. После слов Дениса, я даже не слышала, как закрылась дверь, я была оглушена всем происшедшим. Мои мысли путались, вернее они все медленно покидали меня. Я сидела и смотрела на дверь, ожидая, что сейчас она откроется и появится Денис. Скажет, что пошутил, и, как обычно, что-то начнет делать.

Наступили синие сумерки, потом сплошная темнота. Дверь давно не было видно, а я все сидела и смотрела в ее сторону. В квартире стояла оглушающая тишина. Я поднялась с места и пошла на балкон. Там было светлее, туда попадал свет от уличных фонарей и от школьного прожектора. Иногда слышался шум от проехавшей машины. Долетали до меня короткие разговоры, неожиданный смех. Потом опять все затихало, и я напрягала зрение, смотрела на дорожку, ведущую к подъезду, пыталась услышать шаги по этой дорожке.

Звуки жизни постепенно затихали. Слышался только шорох ветра в листьях, но и тот я почти уже не различала. Там, на диване я просидела всю ночь. Спала я или нет, я не знаю. Под утро мне стало холодно, но я все равно не вернулась в квартиру. Мне казалось, что я могу пропустить что-то важное, что может произойти здесь. Мама, я не скажу, что тогда мне было очень плохо. Мне кажется, что в тот момент я еще не осознала, что произошло. Я просто сидела и ждала, ни о чем не думая.

Так я просидела несколько дней. Иногда поднималась, шла на кухню, пила воду. Брала со стола сухари и опять шла на балкон, даже не шла, а спешила, боясь пропустить что-то. Потом закончились сухари, в холодильнике тоже почти ничего не было. Тогда мне пришлось выйти из дома, пойти в магазин. Я словно зомби шла, покупала, даже не разглядывая, что беру. Так я купила колбасу, которую не любила, какие-то упаковки чипсов, купила даже сырое мясо. Хотя что-то готовить у меня не было желания.

А вот про хлеб я забыла. В тот день я открыла какие-то чипсы, и немного поела их. Меня затошнило и я, запив все водой, опять вышла на балкон. На следующий день я опять вышла и купила несколько булок разного хлеба. Что-то положила в холодильник, что-то оставила в хлебнице, а часть порезала и оставила просто на столе. Я постепенно начала приходить в себя. В какой-то момент поняла, что Денис не вернется. Но все равно сидела и чего-то ждала.

Я не знаю, сколько я так сидела, прошла неделя, месяц или несколько месяцев. Для меня время остановилось. День сменялся ночью, шли дожди, светило солнце. Я лежала на диване и безучастно смотрела на проплывающие облака, сменяющиеся темными тучами, затем голубым чистым небом. Мама, я тогда даже о тебе не думала. Как-то утром на небе появилась маленькая белая точка, она быстро увеличивалась в размерах. И неожиданно я увидела чье-то лицо. Оттуда с неба кто-то строго посмотрел на меня, но это облачко быстро растворилось.

Кто это был, ты мама, или это был папа, а может бабушка беспокоится обо мне? Я пыталась прийти в себя, старалась думать о вас, но мысли мои быстро таяли, как те облака. В одну из ночей было очень темно, шелестела листва, слышался какой-то скрип, какие-то вздохи. Мне стало тревожно, но все равно мне не хотелось возвращаться в темную комнату. Вдруг я услышала истошный крик, он был настолько близко, что мне показалось, что это закричала я. От ужаса я подскочила. Я не помню, как я очутилась в комнате.

Когда пришла в себя, меня трясло мелкой дрожью, и я уже сидела на кровати в глубине комнаты. Крик повторился, но это было уже дальше и слабее. Этому крику вторили другие крики, и тут я поняла, что это кричали коты. Мне стало смешно. Сначала я хихикнула, потом рассмеялась, а потом начала хохотать. Я представляла себе, как я ринулась с балкона, какими прыжками я добралась до кровати. Представив это, я начинала хохотать еще сильнее.

Я не могла остановиться, у меня уже заболел живот, моим щекам и моим губам стало больно, но я продолжала хохотать, пока смех не превратился в плачь. Сначала мое тело сотрясалось от хохота, потом оно начало сотрясаться от плача. Слезы лились из моих глаз потоком. Безудержные рыдания вырывались из меня. Я плакала до тех пор, пока у меня не закончились силы. Всхлипывая, я заснула. Я спала так долго и крепко, что когда проснулась, не могла понять, где я нахожусь.

Я почувствовала такую великую усталость, что повернувшись на другой бок, я уснула опять. Во сне ко мне пришли все мои родные. Папа успокаивал меня, похлопываю рукой по спине. Ты, мама, ласково улыбалась и печально смотрела на меня. Бабушка пыталась увести меня куда-то, но я все время вырывалась и убегала. Так проспала я больше суток. Проснувшись, я заплакала опять. Но теперь мои слезы словно обмывали мою душу. Мне становилось легче.

В тот день ко мне пришла заведующая библиотекой, в которой я работала. Она пришла, потому что беспокоилась обо мне. Я не отвечала на телефонные звонки, потому что я даже забыла о существовании телефона. Он лежал в сумочке и разрядился. Мама, ты помнишь Ирину Викторовну. Она до сих пор работает в библиотеке. Ко мне относится так, словно я ее племянница. Увидев, в каком я состоянии, она попросила меня выйти на работу.

У меня началась новая жизнь, без ничего. Мама, почему-то меня ничто не радовало, ни мои любимые книги, ни хорошая погода, ни люди окружающие меня. Я жила словно в другом измерении, все, что происходило вокруг, словно не касалось меня. Я разучилась улыбаться. Я даже забыла, как меня зовут. На работе меня называли Аней, так много лет назад звала ты меня. Никто не называл меня искристым именем Нина. Иногда я думала, а было ли оно у меня.