Первый страновой PR за счет абонента...
В сентябре 2001 года я вернулся из Нью-Йорка в свой маленький городок State College в Пенсильвании, в дорм Маки Холл Пенн Стэйт университета. Еще дымились развалины башен-близнецов Всемирного Торгового Центра, весь университетский кампус бурлил тревожными новостями. Телевизор четко выдавал порцию за порцией: Америку атаковали! Америка под угрозой! Америка наносит ответный удар! Начиналась афганская кампания. Мои американские знакомые по-разному реагировали на телевизор. Некоторые, в меньшинстве своем, называли это промыванием мозгов, но, в общем, американцы вывешивали флаги на своих окнах и крылечках, а местные фермеры даже красили лошадей в полоску со звездами. По всем окрестностям курсировали блад-драйвы - мобильные станции забора крови, к которым выстраивались длинные очереди доноров. Уже мэр Нью-Йорка Джулиани выступил по одному из национальных каналов. Уже поблагодарил американцев и сказал, что крови всех групп в хранилищах Нью-Йорка и близлежащих населенных пунктов больше, чем достаточно. А люди шли и шли к блад-драйвам в каком-то упрямом исступлении. И станции продолжали забирать кровь у всех желающих. Я не понимал тогда, зачем, если крови больше не нужно. Теперь понимаю. Это был символ, акция единения американской нации. В очередях к блад -драйвам терпеливо стояли и женщины, и мужчины, и черные и белые, и латино, и азиаты. Разные поколения, разные конфессии. Это был жест свободы выбора и проявление эмпатии.
Еще одно мое удивление - очереди в американские "военкоматы" - пункты подачи заявлений в морскую пехоту. Парни очень интересовались вербовочной программой. Им раздавали листовки бравые морпехи в парадных мундирах. Все как на подбор военные - красивые и здоровенные. А в третий раз удивился я, когда к двери моей комнаты студенты со всего кампуса University Park стали приносить новую детскую одежду и игрушки. "Для отправки детям Вашей страны" подписывали они свои сумки и рюкзаки. Откуда столько внимания к детям Казахстана? До меня не сразу дошло, что так сработал пресловутый "стан". Вероятно, под "моей страной" подразумевался Афганистан. Ну, это не новость, многим в мире все "станы" едины. Я карту купил, на стене повесил, объясняю, что у нас даже границы с Афганистаном общей нет, а они все несут вещи и несут. Я рассказал про это профессору Денису Дэвису - декану Колледжа коммуникаций, а он неожиданно подал мне идею: пригласить кого-нибудь из казахстанских журналистов или режиссеров в университет, чтобы те творчески рассказали студентам о Казахстане. И тут я удивился в четвертый раз. Вопрос о бюджете такого мероприятия решился практически мгновенно. У Дениса был определённый бюджет, который он выделил сразу. С меня требовалось только подать смету расходов. Через пару недель в США прилетела группа товарищей - кинематографист, призер Чикагского фестиваля, Станислав Чернышев, а с ним его ассистент, имя которого сейчас слишком известно, чтобы упоминать его всуе и моя будущая жена, в качестве ученицы. Уж мы постарались тогда "во славу отечества"! Нам на все десять дней расписали почти круглосуточные выступления, встречи, дискуссии, презентации и демонстрации документальных фильмов о Казахстане в State College и в Филадельфии. На фоне сентябрьских событий, интерес к гостям из «стана» был просто невероятным. Студенты загодя записывались на лекции. В кинотеатрах, где проходило большинство наших встреч, был аншлаг. Студенты выстраивались в длинные очереди, чтобы попасть внутрь и задать свои вопросы. После каждой встречи я получал кучу отзывов от студентов и преподавателей, которые храню до сих пор. Нас представили попечительскому совету университета и мэру города. Ну, "представили" - это громко сказано. Мэра города и ректора университета мы не сразу распознали в двух заурядных мужичках в шортах и кепках, играющих в выходные в духовом квартете в городском парке с еще такими же двумя "единомышленниками". И рядом не было никакой охраны! Представляете?! Только четыре старых велосипеда, прислоненных к ближайшему дереву. К концу тура, мы были как выжатый лимон. Уставшие, но счастливые мы рванули на машине в короткую поездку по Пенсильвании. Это был, вероятно, первый страновой пиар о Казахстане по частной инициативе. По крайней мере, в Штате Пенсильвания о Казахстане узнала куча народу. До выхода фильма о Борате оставалось пять лет...