Отчаяние

Люба проснулась, когда было еще темно. Она оглянулась на Аню, лежащую рядом, и тихо открыв дверь, вылезла из машины. Луна серебряным полумесяцем висела над озером, на небе ярко переливались звезды. Такого Люба в своей жизни еще не видела. Она присела на бревно рядом со вчерашним костром. От костра еще тянуло теплом и приятно пахло дымком. Семья одноклассницы Ани предложили Любе поехать с ними в двухдневный поход. И Люба с радостью согласилась.

Папа Ани вчера соорудил над костром что-то вроде перекладины, на которую повесил чайник. И когда в чайнике закипела вода, бросил туда заварку. Тут же на земле расстелили скатерть и разложили еду. Здесь были огурцы и помидоры, редиска и зеленый лук, лежали булочки и пирожки. Отдельно мама Ани выложила яблоки, черешню и клубнику. Тут лежали бутерброды с ветчиной и сыром, вареные яйца порезанное кусочками сало. Папа порезал булку хлеба огромными кусками.

Еще никогда в жизни Люба не ела с таким аппетитом. Они с Аней и Антоном, младшим братом Ани, ели, словно, наперегонки. И такого душистого чая Люба никогда не пила. Семья подруги жила совсем по другим законом, нежели ее семья. Если в доме Любы появлялись деньги, они всей семьей могли пойти в ресторан или заказать доставку. В семье у Ани было все не так, у них часто были семейные ужины, где стол накрывался тем, что приготовила мама. Полученную папой премию, они на семейном совете решили отложить на новую машину.

В Любином же доме жили по принципу – «живем один раз». Получив зарплату, родители Любы покупали деликатесы, дорогие вина, роскошную одежду. Когда подходило время отпуска, родители залезали в долги, брали кредиты и ехали на море, за границу. В своей жизни Люба поменяла четыре школы, потому что ее семья жила на съемных квартирах. И только тогда, когда ей исполнилось двенадцать лет бабушка, мама мамы, продала в Москве квартиру и купила для них в их городе квартиру-студию и всю необходимую мебель. А жить бабушка переехала к своей сестре, которой отдала деньги, оставшиеся от продажи квартиры.

Они жили весело, не задумываясь о завтрашнем дне. Люба считала, что они самая счастливая семья в мире. Но со временем что-то стало происходить с ее родителями. Они начали ссориться почти каждый день. И раньше в их доме были споры, но все быстро проходило и они продолжали жить по-прежнему. Но только не в этот раз. Мама все чаще начала болеть, часто лежала в больнице и неожиданно умерла. Люба долгое время не могла прийти в себя. Она не могла поверить, что ее мамы нет, той молодой, веселой и здоровой мамы уже нет.

Люба давно поняла причину ссор родителей, ведь она тогда уже была не маленькой. У папы появилась другая семья. Неделю после похорон папа был с ней. А потом собрал вещи и ушел. Он из квартиры забрал все что мог. Телевизор, кровать, паласы, холодильник, посуду. Люба молча смотрела на сборы отца. И только когда он взял ее ноутбук, она возразила. Этот ноутбук подарила ей бабушка. Но папа был непреклонен, вырвав его из ее рук, положил ноутбук в свою сумку. В квартире остался диван, старый шкаф и встроенная кухонная зона.

Наверное, он и квартиру бы продал, но оказалось, что бабушка оформила ее на Любу без права продажи. Потом папа вернул ей ноутбук, привез чужой старый диван, очень старый холодильник, у которого снизу отошла краска, а внутри в корпусе были трещины. Отец сказал, что будет ей помогать по мере возможности. Самое страшное после ухода отца были ночи. Люба никогда не жила одна и оставшись в пустой квартире ей было очень страшно. Уснуть при свете она не могла, поэтому оставляла включенный свет в туалете. Но и это не помогало. По ночам в квартире появлялись какие-то шорохи, тени. И хотя она понимала, что тени были от включенных фар проезжающих машин, а звуки шли от многочисленных соседей, ей все равно было страшно.

Укрывшись одеялом с головой, она все равно жутко боялась. Через месяц она нашла выход. Надо было просто ложиться спать, когда еще светло. А проснувшись ночью она уже не испытывала того парализующего страха. Летом, когда день был гораздо длиннее, было легче. Зимой страх преследовал ее чаще. Когда выпал снег, и на улице от него стало светло, Люба понемногу начала привыкать. Отец первое время оплачивал коммуналку и давал деньги на расходы, но со временем стал давать все меньше и меньше.

Любе стало не хватать даже на самое необходимое. Ее попросили убираться в их подъезде, и она с радостью согласилась. Но собирать деньги за уборку она должна была сама. Кто-то говорил, что ни разу не видел, чтобы она мыла пол, кто-то просто закрывал перед ней дверь. Собранных денег было мало, и Люба решила отказаться от уборки. Ей было всего шестнадцать лет, и устроиться на работу она не могла.

Ей помог случай. Однажды ее чуть не сбила машина, которая на всей скорости влетела на тротуар, где шла Люба. Из машины с громкими криками выскочила женщина. Увидев, что девочка до крови поцарапала колени и локоть, она быстро усадила ее в машину. Ехали они недолго, подъехали к одноэтажному зданию. - Выходи, не бойся, - скомандовала женщина. Она завела ее в помещение, достала аптечку, смазала раны йодом и заклеила лейкопластырем.

- Кушать хочешь? – спросила женщина Любу. Не дожидаясь ответа, она поставила на плитку, стоящую тут же, сковороду. Откуда-то достала колбасу, поджарила ее и сверху залила яйцами. - Ты что с голодного края? – удивилась женщина, глядя с какой жадностью Люба поглощает еду. Люба смутилась. Она действительно в этот день еще не ела. - Не хочешь подзаработать немного? – неожиданно спросила женщина. Каждое слово женщина сопровождала такими выражениями, услышав которые Люба смущалась.

Эту женщину звали тетя Таня. У нее был свой небольшой цех по переработке мяса и находился он через дорогу от дома Любы. У этой женщины были ярко рыжие волосы с ассиметричной стрижкой. Тетя Таня предложила ей мыть грязные яйца, которые она скупала в больших количествах, мыла и продавала уже по большей цене. Так же Люба научилась делать пельмени и вареники. За мытье яиц тетя Таня много не платила, за то Люба могла взять себе яйца. Иногда она просто забирала те, которые разбила. А вот за пельмени, если хорошо поработать, неплохо получалось.

Люба приходила в цех в четыре утра. Иногда она вообще оставалась здесь на ночь. Тут для жизни было все, душ, туалет, электроплитка чтобы сварить еду, телевизор и мягкий диван. Тетя Таня сама иногда оставалась здесь. Она не держала сторожей, рабочих у нее было мало. Люба делала свою работу, потом садилась за уроки, ведь она еще ходила в школу. С отцом стала видеться реже, хотя отчаянно скучала по родителям. Иногда она шла туда, где отец работал, чтобы увидеться с ним. Когда у него было хорошее настроение, он давал ей денег, разговаривал. Но были дни, когда он не хотел с ней даже видеться. Тогда Люба возвращалась домой со слезами на глазах.

Люба думала обо всем этом, сидя у потухшего костра. Потянуло свежестью, и Люба зябко повела плечами. Она оглянулась на машину, но ей не хотелось тревожить Аню. Чуть поодаль стояла палатка, в ней спали родители Ани и ее младший брат. Вчера Аня сказала, что они сюда приезжают не первый раз. Летом тут много отдыхающих, сейчас еще не сезон отпусков, поэтому людей почти нет. Люба никогда не была в таких местах, а вчера она еще и в озере искупалась. Ощущения были непередаваемые. Здесь ей понравилось даже больше, чем купание в теплом море.

Люба пересела ближе к костру, повернувшись к нему спиной. Колени она прижала к груди, обхватила руками и положила на них голову. В такой позе она часто сидела дома, когда ей было очень страшно. Подняв голову, она увидела перед собой высокую гору. Люба даже не подозревала, что недалеко от города есть такие места. С одной стороны ее город огибала река, за ней было много лесов, а к югу начинались степи. Вчера они выехали после обеда. Дорога вилась то между лесов, то деревья отступали, открывая зеленые поля, яркие степи.

Где-то часа через два начали встречаться огромные валуны. И неожиданно перед ними появилось озеро с огромной горой на берегу. С одной стороны гора была заросшая деревьями и кустами, с другой зелень была только в некоторых местах. Зеленая сторона была пологой, и напоминало спину прилегшего животного. Сейчас гора казалась огромным черным великаном, поднявшим голову. Вчера Люба видела как люди поднимались на вершину. Она решительно поднялась и направилась к горе. В темноте тропинка едва угадывалась, но иногда ее увидеть было невозможно.

Ветер тихо шелестел листвой, казалось, что огромная черная масса перед ней была живая и дышала. Люба, нащупывая ногой дорожку, и медленно продвигалась. Когда подъем становился круче, она руками выискивала себе путь и упорно продвигалась вперед. Наступив на траву, Люба поскользнулась и едва не упала. Смачно выругавшись, она присела на камень. Звезды здесь сияли гораздо ярче, но не было видно ни луны, ни озера, они остались за горой.

Ей не нравились ругательства, которыми постоянно пользовалась тетя Таня, но, как ни странно, она сама начала их использовать. В классе ее не любили, часто издевались, и она нашла средство противостоять этому. Если кто-то начинал насмехаться над ней, она прямо смотрела тому человеку в глаза и мысленно произносила самые сильные ругательства, которые узнала от тети Тани. И удивительно, насмешник отступал.

Последние метры до вершины дались Любе с большим трудом. Сначала она не поняла, что уже попала на вершину, ее еще окружали камни. Но тут она увидела и луну, и озеро внизу. Люба присела на один из камней, подставив разгоряченное лицо ветру, он здесь был сильнее и свежее. Оглядевшись, она увидела, что небо уже стало светлым, но звезды еще светились. Солнца еще не было, но восток уже стал ярко-розовым. Она оглянулась назад и увидела, что находится у самого края горы. Различить что-то внизу было невозможно.

Любе показалось, что она пропустила тот миг, когда солнце вышло из-за горизонта, она увидела его все сразу. Сумерки мгновенно отступили. Золотой свет разлился по всему небу, заполняя все кругом. Это было так завораживающе, что Люба замерла, глядя на яркую зарю. Ослепленная ярким светом она отвернулась. Теперь она увидела черную пропасть перед собой. Там было еще темно, но уже можно было рассмотреть голые камни внизу. Это был невероятный контраст. Тьма и свет, день и ночь. И тут она ясно поняла, что тот яркий мир не принадлежит ей, она на темной стороне. В том мире она лишняя, никто ее не любит и никому она не нужна. Если бы она была хорошей, мама бы не покинула ее и папа бы не бросил.

Если сделать один шаг вперед, все закончится. Она подумала, что это самый лучший выход, все ее страдания и мучения сразу же закончатся, исчезнут ночные страхи. Ей стало так легко от этих мыслей, что она уже хотела сделать этот последний шаг, как вдруг услышала, что кто-то ее зовет. Она оглянулась, никого рядом не было. Посмотрела вверх на небо, неужели это мама зовет ее к себе или может бабушка? Зов повторился, теперь ей показалось, что это где-то рядом. И тут она увидела, как среди камней мелькает светлая голова Ани. Подруга появилась перед ней неожиданно, тяжело дыша. - Что ты тут делаешь? – едва переводя дыхание, почти прошептала она. Взглянув вниз, Аня испуганно отпрянула и почти упала на камни,

- Страшно-то как! – прошептала она, схватила Любу за руку и потянула к себе. - Ты не боишься высоты? – еще задыхаясь, спросила она. Люба отрицательно махнула головой. - Какая ты отважная! – восхитилась подруга. Люба села рядом, спиной к солнцу. На западе на синем небе едва проглядывался серп луны. Впервые в жизни она увидела, что на небе может быть одновременно два светила. Ведь если день, то должно светить солнце, если ночь, то на небе должна быть луна. Так всегда считала Люба.

- Ведь ты хотела сделать что-то плохое? – тихо спросила Аня. Оглянувшись на подругу, Люба увидела как та, прищурившись, смотрит в сторону солнца. А Люба, подняв голову, внимательно посмотрела на светлую луну. Был виден лишь небольшой кружевной кусочек ночного светила, но это было так необычно и красиво, что Люба глубоко вздохнула. - А ты обо мне подумала, о моих папе и маме? – Аня услышала во вздохе подруги положительный ответ.

Люба опустила голову и задумалась. Действительно, о них она не подумала. С Аней они подружились, когда Люба стала учиться в их школе. Заходя домой к подруге, первое, что она слышала это слова мамы Ани – «Зайди, попей чай». Или мама спрашивала – « Ты ела?» В доме Ани попить чай означало плотно поесть. А папа Ани, когда Люба уходила, обязательно проверял, тепло ли она одета, сухая ли у нее обувь.

С горы они спустились как раз к завтраку. Папа внимательно посмотрел на девчонок, но ничего не сказал. Люба села к костру и взяла в руки горячую кружку с чаем. Отчаяние, которое она испытала там наверху, вдруг сменилось умиротворением и радостью. Солнце ярко сияло над головой, а с другой стороны слабо светился кусочек луны. Взрослые смеялись над какой-то проделкой Антона. Теперь гора уже не казалась огромным черным великаном, освещенная солнцем, выглядела зеленым и уютным местом. Завтра должно наступить и оно должно быть счастливым.