Остановит ли Иран экспансию ИГ в Среднюю Азию?
На киргизском сайте inozpress.kg недавно дали со ссылкой на "CAA Network" интервью научного сотрудника Института современных исследований Евразийского национального университета в Астане Габита Конусова Данияру Косназарову, аналитику другого университета народного хозяйства. Два аналитика трещат на сайте САА по поводу «мягкой силы» Ирана в Центральной Азии. Однако почему-то ни один из них ни словом не заикнулся о том, способен ли Иран остановить прорыв боевиков ИГ в Афганистан и оттуда в Среднюю Азию?
Хотя еще 10 октября 2015 года на сайте zakon.kz господин Косназаров рассуждал по поводу ИГ в Сирии вот как: «ИГ насколько это возможно насолил Ближнему Востоку. Если этого они добивались, то у них это очень хорошо получилось. Все боевики и менеджмент ДАИШ, если не будет полностью истреблен, никуда не денется и с ними надо что-то делать. Наверное, посадить их за стол переговоров - что-то из разряда фантастики. А значит они и дальше продолжат терроризировать всех. С ними, конечно, надо бороться, но то, что они исчезнут, говорить не приходится».
Зато россияне все чаще говорят о том, что боевики ИГ перебрасываются в Афганистан, чтобы оттуда атаковать страны Средней Азии. Запомнилось то, как талибы показательно брали Кундуз, потом писали об атаках боевиков ИГ в приграничных с Туркменией и Таджикистаном районах. Возможно, просто так называемый менеджмент ИГ пристроили именно туда, куда надо?
Теперь Данияр благополучно забыл свои опасения двухлетней давности, будто вопрос решился сам собой, и разглагольствует о «мягкой силе» стран, борющихся за влияние на регион: «Может ли т.н. “мягкая сила” быть несоразмерной имеющимся материальным ресурсам, за которые идет борьба между державами? Ведь руководство и население стран региона могут одинаково симпатизировать разным странам и необязательно выбирать только одного единственного партнера. Вероятно, это противоречит и такому понятию, как “мультивекторная внешняя политика”.
Если условно сравнить страны региона с невестами, за которыми ведут ухаживание большие державы в роли «женихов», то рассуждения Данияра в какой-то степени похожи на логику женщины легкого поведения. Например, когда министр обороны Казахстана поехал в Вашингтон для подписания там со США договора о военно-техническом сотрудничестве, в Москве приняли это без особого восторга, так как Астана входит в военный блок ОДКБ.
Это один пример. Другой пример легкомысленного отношения данных экспертов к теме несовпадения интересов региональных держав наблюдается в случае с обсуждением противостояния Ирана и Саудовской Аравии. Вот как видит это господин Конусов: «Если говорить об Иране, то антиподом Ирана в регионе обычно подается Саудовская Аравия. Но тут надо отметить, что ни Саудовская Аравия, ни Иран не рассматривают регион в числе приоритетов своей внешней политики. Это, разумеется, отражается в области культурно-гуманитарных контактов и означает, что оба государства не соперничают за влияние в Центральной Азии».
То, что главным приоритетом для Тегерана и Эр-Рияда является тема Ближнего Востока, вовсе не ведет к глупому выводу о том, что эти страны не соперничают за влияние в Средней Азии. Простым примером подспудного противостояния между этими странами является Таджикистан. Когда-то Иран отправил в Таджикистан своих военнослужащих для участия в совместном военном параде. Это был период обострения неприязни Душанбе и Москвы, и этот военный парад стал сигналом для тех сил, которые готовились сменить власти в Душанбе силовым путем. Но потом была предотвращенная попытка военного путча, в организации которой Душанбе обвинил уже Тегеран. Иран из друга быстро превратился во врага, «спевшись» с Москвой в Сирии.
Однако Габит Конусов пытается изобразить эти серьезные распри в виде временных размолвок: «Языковая близость между таджиками и персами в двухсторонних отношениях очень помогла Таджикистану выйти из гражданской войны. Тегеран сыграл роль гаранта во внутритаджикском примирении. Долгое время Таджикистан был чистым получателем иранской помощи, в том числе, и экономической. Поэтому похолодание в отношениях, инициатором которого был Душанбе, позволяет Тегерану немного сэкономить. Уверен, что если завтра Таджикистан пересмотрит свои взгляды, послезавтра Иран возобновит свои программы».
Почему эксперт не говорит о том, что Душанбе перестал посылать на учебу в медресе Ирана своих богословов? Ведь инструменты «мягкой силы» и состоят из культурного, идейного влияния. Хотя прокладка железной дороги из Китая в Европу в обход России может стать экономически сближающим проектом, ведь именно через Иран страны Средней Азии могут получить так нужный им выход к большим морям.
Достаточно спорным выглядит мнение, которое высказал Конусов и по поводу взаимодействия стран Средней Азии с Ираном в формате пятерки: «И будет здорово, если страны ЦА в отношениях с Ираном будут действовать пулом, что-то вроде С5+1.
Это хорошо для официального Тегерана, это хорошо для государств ЦА в плане выработки общих подходов и взаимодействия во внешней политике».
Как можно говорить о выработке общих подходов на фоне приведенных выше легкомысленных подходов так называемых экспертов Казахстана к теме конфликта Таджикистана и Ирана? Вы только послушайте, каким снобизмом веет от фраз, которыми манипулирует Конусов: «Таджикистан, как одна из беднейших стран мира, всегда может рассчитывать на помощь. А вот тем, кто менее беден, то есть нам, нужно думать о том, куда продавать зерно и металлы, и может быть что-нибудь удачно прикупить в частично изолированной из-за санкций стране».
Зачем Конусов старательно надувает щеки от важности, когда людям давно известно, что «тучные годы» от высоких цен на нефть и газ остались уже позади, и Казахстану надо думать не о покупках, а о возврате огромных долгов, бездумно набранных в эйфории? Сколько в стране случаев, когда люди в отчаянии от невозможности выбраться из кабалы ипотечного рабства даже совершают самоубийства. На самом деле все эти «заигрывания» экспертов с Ираном вызваны надеждами на то, что в случае снятия экономических санкций иранские толстосумы бросятся осваивать незанятые китайцами и янки ниши на нефтегазовых рынках. Не бросятся.
Не об этом думать надо штатным экспертам, которые кормятся от геополитики, а рассуждают словно мужчины с нетрадиционной ориентацией. Не надо «строить глазки» Ирану, а следует напомнить об ответственности за порядок в регионе Средней Азии. Если Тегеран заинтересован в установлении мира в Афганистане, он не должен допустить проникновения боевиков ИГИЛ с территории Сирии и Ирака. Однако они прошли и проходят. Получается, что это результат сговора между Ираном и Россией, которая намеренно мутит воду в Афганистане, чтобы насолить США и Китаю. США хотят выкачивать оттуда литий для электромобилей, а Китай медь. Причем США хотят пролоббировать газопровод из Туркмении в Индию, ТАПИ, а Россия против всего этого.
Сейчас для Ирана настает время выбора. Если он не замешан в афере с транспортировкой ИГИЛ в Афганистан, он обязан перекрыть небо и землю для боевиков ИГИЛ из Сирии в Афганистан. Трещать не надо, нужны действия.