Опциональность, Технология и Мудрость Антихрупкости. Книга 4
ИДЕЯ СВОБОДНОГО ВЫБОРА
Туризм. Понимая это значение буквально и фигурально, это навязчивое желание планировать все наперед, когда вы ошибочно полагаете, что точно знаете, куда движетесь. Он дает вам программу действий, которую сложно пересмотреть.
Способность отклонятся от заданного курса - это выбор, который мы вольны сделать. Выбор возможности и возможность выбора - называется опциональность. Главный Актив Америки.
Только опциональность дает нам возможность работать и расти. Принятие риска и использование опциональности - замечательная способность добиваться своего рациональным путем проб и ошибок, терпеть неудачи, но не слишком их стыдиться, начинать все сначала и вновь терпеть неудачи.
Речь идет о типе ценной бумаги - опционе, который дает покупателю право, но не обязательство, а продавцу наоборот "обязательство, а не право". Детали этого вы можете с легкостью изучить.
Все вокруг говорят об удаче и о пробах и ошибках, но результаты дискуссии никого не радуют. Почему? Потому что дело не в удаче, а в опциональности. Удачу нельзя эксплуатировать по определению; пробы и ошибки могут вылиться в провал. Между тем опциональность позволяет использовать лучшие проявления удачи.
Мы будем называть метод проб и ошибок прилаживанием, когда мелким ошибкам сопутствуют большие достижения. При пробах и ошибках рациональность заключается в том, чтобы не отбрасывать тот результат, который значительно лучше предыдущего. То, чем мы обладаем сейчас, лучше того, что было у нас раньше, - другими словами, осознавать, что выбор есть или воспользоваться альтернативой, которая лучше предыдущей, и извлечь выгоду из предпочтения более ценного менее ценному.
У метода проб и ошибок есть решающее преимущество, которое осознают немногие: этот метод на деле вовсе не произволен, благодаря опциональности он требует рационального подхода. Нужно обладать разумом, чтобы отличать благоприятный итог от неблагоприятного и понимать, что именно требуется отбросить.
Нельзя отдавать метод проб и ошибок на откуп случаю. Каждая проба и каждая неудача дают нам дополнительную информацию, которая даже ценнее той, который мы располагали изначально.
Чтобы изобретением стали пользоваться, нужны удача и обстоятельства. Чтобы выйти со своим изобретением на рынок, нужно сразиться с целой армией скептиков, администраторов, бесполезных чиновников, формалистов, с горами подробностей, которые могут вас потопить, а иногда и собственным унынием. Иными словами, нужно осознать возможности, которые мы не видим в упор. Все, что нужно в этих обстоятельствах - мудрость, чтоб понять, какими возможностями вы располагаете.
Нельзя признать разумными тех, кто сопротивляется внедрению новых технологий, хотя она неестественна и со своей очевидностью вредна, оправдывая это какой-то скрытой мудростью или управлением риском. Все дело в хроническом недостатке героизма и малодушии части профессионалов: не многие готовы поставить под угрозу должность и репутацию ради того, чтобы изменить мир.
Предвзятая выборка - еще одно преимущество опциональности. Туристические брошюры рекламируют страны как товар. Ученые исследующие что-либо выборочно демонстрируют те факты, которые подтверждают его правоту, и утаивает те, которые ее опровергают. Трейдеры репортируют об успехах, и люди считают их умными, потому что не видят неудач, о которых трейдеры молчат. Человек, обладающий опциональностью - правом выбрать, о чем именно рассказывать, - скажет только то, что поможет ему добиться цели. Вы предъявляете блага, но скрываете потери, и получаете на выходе то, что нужно - сенсацию.
Есть два типа знаний. Первый тип - это не совсем знание; его двусмысленный характер не дает нам связать его со строгим определением "знания". Второй тип это то, что мы приобретаем в школе, за что получаем оценки. Оно объяснимо, академично, рационализируемо, теоретизируемо, систематизируемо, бюрократизируемо и так далее.
Ошибка нашего хваленого рационализма в том, что мы переоцениваем роль и необходимость второго типа знания, академического, - и упрощаем ценность не поддающегося систематизации, более сложного, интуитивного, базирующего на опыте знания второго типа.
Представьте следующее: коллегия жрецов науки читают лекцию птицам о том, как летать. Как они произносят слова научным жаргоном, и время от времени разбавляют свою речь уравнениями. И когда птица летит - это чудесное подтверждение лекции. За свой научный вклад она получает правительственные гранты, чтобы заняться новыми исследованиями. Что до птиц, они не пишут статей, ни книг. Никто не заикается о том, что птицам лекции, может быть, и не нужны. Вы наверняка поняли что птицы - это образ тех людей, которые движут человечество вперед.
Обучение птицам основам полета - эпифомен (причинно следственная связать) когда без А не может быть Б. Будто что-то произошло по той причине, с которым по сути нет связи. Это как думать, что раз многие мальчики стригутся коротко, короткая прическа обуславливает пол, а галстук превращает человека в бизнесмена. Поэтому люди склонны оправдывать те действия, которые совершались из эпифеноменальных предпосылок. Диктатор - как и любое правительство, ощущает себя незаменимым, потому что альтернативу вообразить трудно.
Еще один пример эпифеномена. Нет свидетельство того, что повышение общего уровня образования влечет за собой увеличение дохода на уровне страны. Но мы знаем обратное: богатство ведет к повышению уровня образования. Богатство идет рука об руку с образованием, но тут важно понимать что чему предшествует. Если уровень образования в богатых странах высок, немедленно заключается, что образование дает стране богатство. Это ошибка в рассуждении отчасти обусловлено попыткой выдать желаемое за действительность. Образование дает полезные для карьерного роста документ - но на уровне страны это ничего не значит. Это не значит, что будто университеты вообще не генерируют знания и не способствуют росту, речь идет о том, что их роль страшно переоценена, в то время как члены ученого сообщества, кажется, рады эксплуатировать людское легковерие.
Нет доказательств того, что теории существенно влияют на практику. Технические инновации рождаются из практики, а не из теории. Практики конструировали реактивные двигатели исключительно опытным путем, действуя методом проб и ошибок, при этом теории никто толком не понимал. Древние архитекторы полагались на эмпирические методы и строительный инструментарий, и почти никто не разбирался в математике. При это строители как-то расcчитывали сопротивление материалов, которые мы сегодня расcчитываем при помощи уравнений. Все мы знаем, что новостройки приходят в негодность быстрее, чем древние дома.
Между тем многие профессии и знания по сути передаются от мастера к ученику. Многие профессии сегодня развиваются по принципу ученичества (плюс какая-то теоретическая база). Роль формального образования переоценивается именно потому, что оно открыто всем и каждому.
Ничем не скованные практики стали двигателем индустриальной революции.
Потому что формирование научного знания, даже теоретического, требует времени, способность не заскучать и свободы, которую дает какая-то иная профессия. По всем признакам именно увлекающиеся натуры (наряду с голодными искателями приключений и частными инвесторами) стояли у истоков индустриальной революции.
Члены ученого сообщества и теоретизирующие теоретики обычно пишут книги; те, кто "чует нутром", как правило заняты практикой, им достаточно эмоционального возбуждения от открытия, они зарабатывают или теряют деньги, и обсуждают свои успехи в пивной. Их опыт часто формализуют ученые; историю пишут люди, желающие убедить вас в том, что логические рассуждения обладают полной монополией на производство знаний.
Это не значит, что из приведенного выше аргумента должен логически вытекать запрет на госфинансирование науки. Но это факт, что инвесторы, вкладывающие капитал в рискованные проекты чаще поддерживают не идеи, а конкретных предпринимателей. Решения сплошь и рядом принимаются исходя из того, кто именно занимается проектом, потому что инновация - штука скользкая, а инвесторам нужен фланер, который способен поймать удачу за хвост вместо того, чтобы погрязнуть в бюрократическом болоте.
КАКИМИ КАЧЕСТВАМИ ОБЛАДАЕТ ХОРОШИЙ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ
Объясним опциональность в законе распределения вероятностей. Верный метод тут - "одна энная" или "1/N", то есть инвестировать нужно в максимальное большое число проектов: если у вас есть N возможностей, инвестируйте средства во все эти возможности в равных долях. Каждый проект получит небольшую сумму, проектов при этом много, больше, чем нужно. Почему этот метод работает? Важнее вложить маленькие средства во что-то, чем вообще упустить возможность. Как казал один инвестор : "Отдача может быть такое большой, что вы не можете себе позволить в чем-то не участвовать".
Корпорации обожают стратегическое планы. Они платят за то, чтобы узнать, куда им двигаться. Между тем нет никаких доказательств того, что стратегическое планирование эффективно, - зато есть свидетельства обратного. Ослепленная планами корпорация перестает видеть свои возможности и становится узницей негибкого метода действий. Практически все эти управленческие теории не выдержали испытание практикой и были разоблачены как псевдонаука.
Вот примеры того, как бизнес развивается рационально и гибко. Кока-кола сперва была фармацевтической продуктом. Компания Tiffany&Co изготовитель ювелирных украшений, началась с магазинчика канцтоваров. Nokia была целлюлозно-бумажной фабрикой и так далее.
Сделаем остановку и сформулируем правила, которые следуют из всего сказанного:
1) Ищите опицональность - и обязательно ранжируйте явления по их опциональности;
2) предпочтительно с неограниченной, а не заранее известной отдачей
3) вкладывайте деньги не в бизнес-планы, а в людей, ищите тех, кто способен менять профессии по шесть-семь или больше раз (концепция венчурного инвестора Марка Андриссена); иммунитет от бизнес-планов, выдающих желаемое за действительное, - это инвестиции в людей Поступать так - значит быть неуязвимым
4) удостоверьтесь, что вы используете стратегию штанги с поправкой на ваш бизнес.
Человек, который умеет быть строгим с собой, нужны случайность, хаос, приключения, неопределенность, открытие себя, почти травмирующие происшествия, - все то, что делает жизнь яркой по сравнению со структурированным, фальшивым и бесплодным существованием надутого менеджера с подробным расписанием на завтра и заведенным будильником.
Впечатление такое, что новое время стремиться выжать из нашей жизни переменчивость и случайность до последней капли. Итог ироничен: мир становится куда более непредсказуемой, словно богини судьбы решили, что последнее слово будет за ним.
Свободны лишь самоучки - те, кто противостоит товаризации (превращению в товар) и туристификации своей жизни. И это касается не только образования.
Жизнь становится напряженной по большей части из-за тех, кто делает ее тесной и хрупкой (таковы чиновники со своими планами), ссылаясь при этом на рациональность.
Что именно отличает тех, кто может нормально общаться с другими людьми, подолгу ничего не делая и наслаждаясь неопределенностью. Трейдером может работать человек, который способен быть на подхвате, а прилежные ученики не умеют быть на подхвате: им нужно четко определить задачу.
Книги, которые выбираешь сам, всегда читаются и запоминаются лучше - ведь отбирали вы их сами, ориентируяюсь на свое любопытство. Хитрость в том, что скука ассоцируется с конкретной книгой, а не с чтением как таковой. Вы находите золото, не прикладываю к тому никаких усилий, рационально, но бесцельно изучая библиотеку методом проб и ошибок. Речь идет об опциональности: ни на чем нельзя зацикливаться, следует отклонятся от курса, когда это необходимо, и сохранять свободу и гибкость. Пробы и ошибки - это и есть свобода. Избегать скуки - единственный приемлемый образ действия. Иначе жизнь теряет всякий смысл.