О супербревете Silk Route 1200km

Каково было мое удивление, когда выйдя в двор гостиницы, а старт прямо из нее, увидел всех в сборе, ожидающих. В таком неудобном положении не был настолько давно, что и не припомню. Было стыдно перед рандоннерами, перед организаторами, перед волонтерами, перед всеми причастными. Тут меня еще Мануэль фотографирует. "Наверное, для доски позора", - проносится мысль в голове.

Быстрое групповое фото, старт.

Отстаю от основной группы почти сразу, как и прогнозировал. Еду в комфортном для себя темпе, путь предстоит аж в два раза больше, чем на последней 600-ке. Вдоль дороги множество полей, больших и маленьких, из культур преобладает хлопчатник, капуста, кукуруза. Местные жители, включая женщин и детей, чуть свет, и уже на полях, вручную собирают урожай хлопчатника. Слышал и раньше об этом, представлял, но никогда не видел. Угнетает, когда видишь, что масса людей работает на полях, чтобы жить. Особенно жаль детей. Любые трудности относительны. Что такое бревет - добровольное участие в веломарафоне, пусть и сверхдлинном, по сравнению с необходимостью ежедневно, с малых лет тяжело трудиться?

На ходу кушаю груши и печеньки, припасенные накануне. Из Ташкента и его пригородов выбирался довольно долго, автомобилей уже много. Первый КП на 68-м км в городе Бука, завтрак в кафе "Светлана". Ем проверенный вариант - гуляш с макаронами и гречкой.

На большей части маршрута от Ташкента до Бухары дорога в основном многополосная, и разделена на два направления бетонными отбойниками.

От первого КП до второго в Джизаке 160 км, асфальт хороший. После Буки пересек по мосту Сырдарью, изрядно обмелевшую. Видел поднятые над землей разрезанные большие водопроводные трубы, отводящие воду, наверное, это часть оросительной системы для полей. Температура днем около +30 под солнцем, тепло. На полпути ко второму КП обнаруживаю первый прокол, на переднем колесе. После осмотра нахожу в покрышке глубоко засевший шип местной колючки. Пока меняю камеру, попутно заклеивая дырявую, подъезжает местный подросток на велосипеде, поприветствовали друг друга. Благо, узбекский и казахский языки созвучны, и смысл многих слов доступен. Говорит, ехать нужно, придерживаясь середины дороги, края и обочина опасны для таких покрышек. На вопрос, как они справляются с колючками, тот ответил, что их велосипедам они не страшны.

На КП автомобилем доставляются бэгдропы, это значит, что можно добирать необходимое и оставлять ненужное в мешке на каждом КП, очень удобно.

Продавец меда. Фото Lars Jacobsson

Третий прокол, и вновь заднее колесо. Клею камеру, качу дальше. Чувствую, что начинаю засыпать. Остановился на одной из пустующих остановок, вздремнул с полчаса на скамейке, прислонившись к стене. Одну теплую бахилу на скамейку, другую на плечо, и ничего, не холодно. Въезд в Самаркандскую область начинается с большой светящейся ночью надписи.

Самаркандская область. Фото Manuel Jekel

 

Самарканд расположен на холмах, дороги петляют вверх-вниз. Патрульная машина милиции, проследовав за мной несколько сотен метров, приветствует в тишине ночи, машу в ответ. Трек приводит меня на КП - Областную детско-юношескую спортивную школу по горным видам спорта и туризму, где можно принять душ и поспать, накрыт большой стол со множеством еды, с фруктами. Итоги дня - 327 км пройдено, 3 прокола. Оказалось, Мануэль наловил аж шесть проколов за первый день. Пришедшие намного раньше меня рандоннеры уже спят, я ужинаю, принимаю душ, стираю вещи. По совету Светланы оставляю на КП постиранные вещи сушиться, переодеваюсь. В планах на обратном пути сменить одежду еще раз. Ставлю всю электронику (а это аж шесть устройств) заряжаться. Одна велофара упорно не желает заряжаться. Для нас приготовлены уютные постели. Попросив Светлану разбудить через полтора часа, засыпаю моментально. Время, отведенное для сна, пролетело незаметно, пора вставать. Чувствую себя гораздо лучше, даже как-то выспался. Те, кто ехал быстрее меня, а это все остальные участники бревета, спали дольше меня, и уже собирались в путь. Я же только завтракал. Много времени отнял сбор, перераспределение вещей между бэгдропом и баулом. В дальнейшем надо будет поработать над этим. Собравшись, наконец, и поблагодарив, выезжаю.

В Самарканде. Фото Светланы Капрановой

 

Следующий КП в Чакаре, на 438-м км пути в одноименной ошхане. Чай, шашлык, тандырные лепешки. Не задерживаясь, выезжаю, держа путь к Бухаре. Местных жителей на велосипедах будто стало больше. Много раз наблюдал, как мужчины разных возрастов в повседневной одежде, с тюбетейками на головах, по одному или в небольших группах, едут по своим делам, беседуя на ходу. Несколько раз встречались люди то с тяпкой, то с кувалдой, размещенной вдоль верхней трубы рамы велосипеда.

Народ Узбекистана очень приветлив, постоянно кто-то кричит, свистит, машет руками, приветствуя. Стараюсь всем помахать в ответ, поприветствовать, хотя это порядком надоедает со временем.

 

Помимо частных автомобилей, всюду снуют маленькие Дамасы, перевозя людей от селений к селениям, из крупного автотранспорта в основном грузовики. Автотрафик относительно небольшой.

 

На каждом КП пополнял запас воды, а добирал в случае чего в населенных пунктах или у придорожных торговцев, но один раз не рассчитал. Фыркнула фляга, отдавая остатки воды где-то посреди безлюдной степи. К счастью, через десяток километров встретились придорожные продавцы арбузов и дынь в деревянных прямоугольных шалашиках, сделанных из стеблей кустарников. Остановился у одного из них, и с удовольствием похрумкал нарезанный арбуз, попутно рассказывая о бревете и рандоннерах из разных стран. Было трудно заплатить за недоеденный арбуз, продавец просто отказывался брать плату.

Арбузы и дыни. Фото Lars Jacobsson

 

Дорога, ведущая в Бухару, имеет крупные участки старых разбитых дорог. Местами асфальтовая, местами бетонная, с огромным количеством трещин и зубодробильным покрытием. Бетонка с широкими стыками плит и ужасной поверхностью не дает покоя рукам ни на секунду.

Стыки бетонных плит. Фото Manuel Jekel

 

Надо отметить, что кожаное седло с честью справляется с неровностями дорог, Brooks мне нравится все больше. На одной из развилок дороги в 48 км от Бухары остановился на широкой обочине, и наблюдаемое заставило задуматься. В темноте неосвещаемой дороги сквозь облака пыли на большой скорости по этим ухабам несутся, громыхая подвеской, большегрузные автомобили, междугородние автобусы, и не сбавляя, входят в повороты на склоне холма. Обзор частично ограничивают бетонные разделители, пылевая завеса в смеси с дымом. Высокая скорость для автомобилистов в этих условиях может стать фатальной, если придется резко маневрировать, объезжать крупную яму или другое препятствие. Тут же по обочинам и дорогам едут, часто по встречной, местные велосипедисты. В кромешной тьме, без фонарей, без средств повышения видимости. Просто нечеткие темные силуэты, появляющиеся из темноты и так же быстро в ней растворяющиеся. Безответственность за свою жизнь и жизни окружающих ужасает. Рандоннеры хоть и подвергают свои жизни риску на каждом бревете, ездят с оглядкой и предпринимают меры для того, чтобы быть как можно более заметным на дороге. Чаще подвергаясь осознанному риску, люди стараются минимизировать его.

 

Рядом остановился автомобиль, освещая меня слепящими фарами. Водитель спросил, не требуется ли помощь. Нет, говорю, все хорошо. Так, что-то я застоялся, да и колени подмерзают на ветру, пора ехать. Размышления у обочины не простила дорога - очередной прокол. Клеюсь, меняю камеру. Едва отъезжаю, еще один, пятый по счету прокол. Что ж, значит, так надо. Зеваю на ходу, тяжело удерживать внимание на дороге, устал. Медленно приближаюсь к Бухаре, дорога меняется - покрытие немного улучшается, половину ремонтируют, вторую разделили на две встречные полосы. Автомобилей становится меньше. Надо быстрее в Бухару, там ждет ужин, душ и короткий сон.

"Обязан - значит, могу!" - вертелось в голове, когда, превозмогая дискомфорт в коленях, прибавил скорость. Всплыл этот девиз, который когда-то в детстве прочитал в книге. Интересная штука - память. Левая педаль поскрипывает, по завершении бревета надо бы сделать ТО.

 

"Хорошо-то как", - подумал я, глядя в небо. Лежу на спине, разглядывая звезды. "Сперва надо пошевелить конечностями, потом проверить голову и другие части тела", - вспоминаю. Вроде все хорошо, болит чуть сбоку в области поясницы. Не торопясь, встаю, проверяю велосипед. На вилке несколько глубоких сколов и царапины. Проверяю фреймсет, колеса, тормоза, переключатели, тоже целы. Значит, бревет не завершен досрочно. Ффууу, пронесло. Сажусь и еду навстречу к долгожданной Бухаре. Да, заснул за рулем и убрался. Впервые. Ударившись о бетонный отбойник, перелетел на другую сторону дороги вместе с велосипедом, чудом не задев торчащие вертикально металлические арматурины. Шлем защитил затылок от удара об асфальт. Встречное направление было закрыто на ремонт, и машин не было. Случайность?

 

В ночной Бухаре дороги в городе показались просто фантастикой по сравнению с теми, по которым пришлось трястись и вилять, направляясь сюда. Вдоль дорог малоэтажные здания, ночные улицы выглядят опрятно, уютно, большинство освещено. Проехал несколько кольцевых развязок, благо, автомобилей уже мало. В ночной тишине меня встретили два велоспортсмена - Дима и Алишер, сопроводив до месторасположения КП - детской спортивной школы "Yoshlik". Половина бревета и пять проколов позади. Спортивная школа в Бухаре с техникой советской эпохи, которая приютила нас, вызвала неподдельный интерес у иностранцев. Я бы тоже с удовольствием потратил больше времени на общение с людьми, которые поддерживают дух велоспорта в этих тяжелых условиях, на изучение их парка, истории, но усталость и жесткое ограничение по времени помешали мне. Встретили очень радушно, тепло. Играет очень приятная музыка, вроде бы и знакомая, а вроде и нет. Хочу однажды вернуться сюда.

Детская спортшкола "Yoshlik". Фото Manuel Jekel

Всю электронику ставлю на зарядку. После ужина и душа заснул сном младенца, укутавшись теплым спальным мешком на матрасе в темноте большого спортзала. Даже кусавшие комары не могли нарушить крепкий сон.

Спустя примерно 1 час и 45 минут в очередной раз будит Светлана. Валяюсь еще несколько минут, приходя в себя. Очень не хочется вылезать из теплого спальника. Вставать тяжелее, чем в Самарканде, вторые сутки не высыпаюсь. Быстро завтракаю молочной кашей, готовлюсь к выезду. Мне сообщают, что велосипед осмотрен, и нет поломок. Спасибо, хорошая новость. И вновь слышу музыку, просто божественную мелодичную музыку. Что это звучит? Не знаю, и не буду спрашивать. Иногда лучше не знать, пью кофе и просто наслаждаюсь.

 

Решил скинуть баул с велосипеда, ехать налегке. Оставил также два пакета с изюмом и пастилку, которые старательно вез 600 км, даже не попробовав. Ни того, ни другого не хотелось. Пауэрбанк, бесполезный сотовый с казахстанской симкой и лишние вещи также оставляю. Скотчем запасную покрышку примотал к седлу, а запасные спицы к верхней трубе рамы.

"Yoshlik". Дима, Денис и Алишер помогают в подготовке велосипеда к обратному пути. Фото Светланы Капрановой

 

Беру три запасные камеры вместо четырех, ремкоплект, немного перекуса, необходимые вещи, остальное в бэгдроп. Ехать ощутимо легче.

Дима решил проводить меня до границы города, по пути побеседовали. Оказалось, он занимается велоспортом уже 11 лет, а работает сварщиком. Ездит на самосборном проапгрейденном в процессе эксплуатации велосипеде, что ж, правильный путь правильного велосипедиста. Он, как и остальные встречавшие на КП в Бухаре, не спал всю ночь. А утром на работу. Да, как же я вас понимаю.

Мы с Димой на крыльце "Yoshlik". Фото Светланы Капрановой

 

Навигатор большую часть пути терял OSM карту Узбекистана, вырисовывая только нитку маршрута без карты. Ехать это почти не мешало, сворачивал не туда всего пару-тройку раз, быстро возвращаясь на правильный маршрут.

 

Обратный путь психологически обычно сложнее, но попутный ветер и преодоление сложных участков неподалеку от Бухары, которые в первый раз проезжал ночью, при свете дня какое-то время помогают.

 

Через несколько часов дорога стала лучше, но это не помешало заполучить очередной прокол на заднем колесе - осколок стекла впился в покрышку, оставив заметный шрам. Пока меняю камеру, разговариваю с оказавшимися поблизости водителями фуры, которая стоит рядом в ожидании запчастей для ремонта. Быстро закончив, желаем удачи друг другу, и я качу дальше.

 

На одной из остановок, где докупал воду, разговорился с пожилой женщиной, говорящей на чистом русском. На приглашение попить чай вежливо отказался, сославшись на время. А оно действительно поджимало. Дальнобойщики на встречной полосе как-то раз остановились, размахивая арбузом в руках, приглашая покушать с ними. Тоже пришлось отказаться, хотя арбуз очень хорошая штука, вода надоедает, да и сахар, минералы, витамины, все-таки.

 

Видели когда-нибудь, как с виду небольшая океанская рыбешка с широкой пастью пожирает другую, гораздо более крупную, целиком проглатывая ее? Этот образ возник в то время, когда пытался запихнуть влажную от пота тонкую куртку-ветровку в ее маленький чехол, поочередно пальцами заталкивая то один край, то другой. С трудом уложил, обедая в ошхане неподалеку от Навои. На этот раз манты, тандырная лепешка и салат, чай, яблоки стали моим обедом. +25 градусов под солнцем, тепло, но не снимаю теплую одежду, поскольку встречный ветер неплохо обдувает на ходу. Теплые бахилы бы с ног снять, да вот класть их некуда, все карманы и сумки заняты.

Третьи сутки. Обед

Я был готов ко многому. Взял даже запасные шипы для контактных педалей, мало ли. Но неожиданно начала помирать решившая не дожидаться ТО левая педаль, на обратном пути из Бухары в Ташкент, где-то между Чакаром и Самаркандом. Проявилось это в истошном визге металла, трущегося о металл, затруднении вращения педали вокруг собственной оси, периодически приходилось прокручивать ее, с силой доводя ступней. Неприятно, но это не худшее, что могло произойти. Все боялся, что педаль заклинит намертво, вот тогда пришлось бы совсем невесело.

 

Снова тряска. Чувство времени обостряется, время замедляет ход, когда проезжаешь длинные участки с разбитыми дорогами. Утомляется и разум, и тело, руки просятся отпустить руль. Сменяю положения рук буквально каждую минуту, больно. Поочередно подкладываю под руки пустую флягу с приоткрытым клапаном, а что, сподручный пневматический амортизатор :)

 

До КП в Самарканде доезжал со спускающими обоими колесами, периодически приходилось останавливаться, чтобы подкачать их. Силы таяли, я был не в состоянии заменить камеры. Дотянул до КП, где Николай Николаевич заклеил их. Одна из камер после ремонта громко лопнула, заменили.  Фонари, навигатор и прочее на подзарядку. Сытный ужин под звуки дождя на свежем воздухе, потом душ и около четырех часов тяжелого сна. Три четверти маршрута пройдено, осталась самая тяжелая часть, и я это понимаю. Чем дальше, тем тяжелее.

Несмотря на довольно длительный сон, легче стало незначительно. Сказывается утомление и недостаток сна, а заложенность носа из-за недолеченной простуды не дает нормально дышать. Основное блюдо на завтрак - жаркое. Дождь крапал полночи, прохладно. Несмотря на затишье и безветрие, на всякий случай мажу колени разогревающим кремом, одеваю бинты, сменяю одежду на постиранную, утепляюсь. Интуиция подсказывала, что дальше погода может стать гаже. Как выяснилось совсем скоро, интуиция не подвела. Поднялся сильный встречный ветер, что в сочетании с сырой холодной погодой (температура упала до +6 градусов) еще долго доставляло массу бодрящих ощущений. Какое-то время спустя меня бодрым темпом обгоняет Мануэль, подзадержавшийся в Самарканде. Едва я решил ехать за ним, как получил неприятный сюрприз - гвоздь, воткнувшийся в заднее колесо. При этом он пробил покрышку чуть сбоку от пятна контакта с дорогой, и изогнувшись, по всей видимости, от столкновения с внутренней поверхностью обода, вышел у края обода. Заметил его по странному стуку сзади - это острый конец гвоздя бился при каждом обороте колеса о колодку тормоза. Удивлению не было предела. Камеру пришлось выбросить, так как гвоздь сделал два крупных рваных отверстия, пробив ее в двух местах вместе с покрышкой.

 

Путь от Самарканда до Джизака оказался хоть чуток, но легче, обратный маршрут местами пролегал по альтернативным дорогам. Проезжая Тамерлановы ворота, можно увидеть обвалы породы, о чем предупреждают знаки.

Капелька экстрима. Фото Lars Jacobsson

 

Уже доехав до КП в Джизаке, обнаружил десятый по счету прокол, и снова заднее колесо. Николай Николаевич снова взял на себя хлопоты по замене камеры, пока я кушал.

Выезжая, забыл взять из бэгдропа пауэрбанк. Позже потерял минут 45 времени, пока заряжал навигатор в киоске на придорожном базаре. Вывод - надо возить пауэрбанк с собой все время, если нечем заряжаться.

 

Каким-то чудом около 350 последних км все-таки проехал с дышащей на ладан педалью, крутя днем и ночью, пугая окружающих и заставляя их оглядываться на источник металлического визга и скрежета. Как ни странно, нашелся и в этом один положительный момент, о котором ниже.

 

Была, конечно, и боль, куда ж без нее.

Это и желудок, который на четвертые сутки пути дал о себе знать резкой болью. Хотелось есть, но не то, что я мог найти. Поясница и спина после падения. Кисти рук. Свинцовой тяжестью легло на ноги утомление. Но разве все это имеет значение? Я приложил немало усилий, чтобы оказаться на Silk Route, и должен финишировать. После поездки в Атбасар супербревет Silk Route стал желанным и в то же время безумным испытанием, который хотелось пройти, прочувствовать. Только пройдя подобный бревет, можно в полной мере ощутить мир настоящего рандонне. Последние километров 100 я чувствовал себя как одна из известных мышей, которые плакали, кололись, но продолжали грызть кактус. Но ни разу мне не пришлось пожалеть об этом, кактус-то медленно, но верно таял.

 

Четвертые сутки в пути стали самым тяжелыми. Спать хотелось так сильно, что я боялся лишний раз останавливаться. Неизвестно, как долго я мог проспать. Дорога до КП в Буке стала казаться просто бесконечной, никогда еще километры не тянулись так медленно. Из-за проблем с пищеварением я не мог есть, ехал полуголодным. Пить не хотелось совсем, периодически насильно вливал по несколько глотков воды, потому что надо. На КП в Буке (кафе "Светлана") выпил три стакана фруктового компота, еще литр залил во флягу. Вперед, теперь лишь бы не вляпаться во что-нибудь, ведь осталось всего 65 км.

Ехать все тяжелее. Дикая усталость так туманит сознание, что еду в каком-то трансе, абсолютно не замечая едущие рядом автомобили.

Худощавый старик в плаще и широкополой шляпе склонился над навигатором, вглядываясь в цифры. Вороные скакуны проносятся мимо меня по обе стороны. Люди, много людей, появляются на моем пути. Некоторые кажутся знакомыми, некоторых никогда не видел раньше. В моменты прояснения понимаю - это галлюцинации.

 

Остановился на одном из перекрестков, ожидая зеленого сигнала светофора. Едва нога коснулась земли, потерял равновесие. Не упал только потому что держался за велосипед. Поднимаю взгляд, чтобы посмотреть на светофор - перекрестка нет. Я посреди темноты, один.

 

В какой-то мере бороться со сном помогала... педаль. Та самая, которая издавала душераздирающие звуки.

 

Периодически звонит Светлана на телефон с узбекистанским номером, который позаимствовала на время бревета. Спрашивает каждый раз, как далеко я от финиша, выводя сознание из транса хоть на какое-то время. Между звонками еду по треку с потухшим сознанием, меня нет. Как проехал последние километров 40 до финиша, я почти не помню. Хотел бы я сказать, что на финише я был рад. Но мое состояние было таково, что даже остановившись на финише, я не до конца понимал, что происходит. Я не помню время финиша, я не помню отметок в бреветной карточке, которые мне показала Светлана, проставив последнюю. Помню только роспись, которую надо было поставить в конце.

 

Между всем описанным затерялись много-много-много оборотов шатунов в течение многих-многих часов. Это не поддается описанию, это нужно прочувствовать, пройдя подобное. В течение почти всего бревета я ехал соло, и это нормально. Я не слушал музыку и аудиокниги, как делают многие, я не пытался изолироваться от дороги и всего, что происходило вокруг. Напротив, я старался быть частью окружающего мира, даже в безлюдных степях и полупустынях. Разговаривал с окружающими людьми, насколько это позволяло вечно спешащее время.

 

 

Об отчаянии

Оно приходит, когда совсем плохо. Когда сильный недосып, когда холодно и хочется есть, когда дороги ни к черту, а ехать еще так много, что лучше не знать. Когда вокруг темно, и на миг охота оказаться вон в той теплой уютной машине и поспать. Когда кажется, что можно сдаться, и ничего страшного. Это ведь не война. Но мне известна страшная тайна - это именно те моменты, которые решают, достигнешь ты цели или нет. Когда невыносимо трудно, и все вокруг против тебя, наступает момент истины. Сквозь пелену отрешенности я вспоминал об этом, когда появлялись признаки отчаяния.

О радости
Первый бревет. Неявное волнение в ожидании самого важного для меня спортивного события этого года. Почти как перед первым самостоятельным путешествием. Испытываю радость от того, что удалось оказаться тут здесь и сейчас.
Радость движения. Чувство дороги, нахождения в пути. Когда пытаешься посчитать в уме, какие сутки длится бревет. Когда хватило сил выбраться-таки из-под теплого одеяла и в очередной раз вдыхать чистый предрассветный воздух, и встречать, наконец, рассвет в движении, снова и снова. Когда видишь детей, радостно выстраивающихся в ряд и протягивающих руки, и, не останавливаясь, хлопаешь каждого по ладошке. Когда сидишь в шалаше и беседуешь с незнакомым пожилым человеком с добрыми глазами, наслаждаясь арбузом, а вокруг степные просторы на много-много километров и тишина. Когда едешь по хорошему асфальту на хорошей скорости, и радость переполняет. Когда километры бегут один за другим, и нет усталости.
И конечно, когда встречаешь рандоннеров, для которых веломарафоны - часть жизни, статьи о которых читал раньше. Теперь и я среди них.

Silk Route позволил мне получить важный опыт, сложный, но яркий, запоминающийся. Я просто счастлив, что удалось стать участником этого трудного и одновременно интересного, колоритного бревета.

 

Что не может не радовать, дороги в Узбекистане постепенно реконструируют, и из года в год остается все меньше плохих дорог в Silk Route.

В 2015 году пройдет очередной Silk Route, регистрируйтесь!

 

Спасибы:

Максу Завьялову и Гаянэ за гостеприимство. Они были первыми, с кем я встретился в Ташкенте. Макс встретил меня ночью и предложил заночевать у него дома, так как до гостиницы было еще изрядно ехать.

Дмитрию Новикову - за решение проблемы с передним переключателем, за вкусный обед, за лимонный шарбат (впервые попробовал этот вкусный напиток), и да, ташкентские яблоки очень вкусные :)

На переднем плане Дмитрий Новиков (Узбекистан), участвующий в одновременно проходящей 600-ке

 

Волонтерам и всем людям, которые пожертвовали своим временем и ночным покоем, чтобы встречать, кормить и поить нас, решать организационные вопросы и разные затруднения, мелкие и не очень. К сожалению, я не знаю всех имен.

Волонтеры Silk Route - (слева направо) Николай Николаевич, Светлана Капранова, Рустам, Шамиль Гареев.

 

Светлане Капрановой, которая ждала нас на каждом КП, чтобы сделать отметки в карточке, разбудить в определенный час. Она помогала нам буквально во всем.

Николаю Николаевичу, который заказывал питание, несколько раз клеил и менял мои поврежденные камеры, позволяя мне более плодотворно тратить время на КП.

Рандоннерам, которых я видел в основном на контрольных пунктах.

И конечно же, Рафхату Сулемину - организатору супербревета Silk Route. За организацию всего и вся, за приглашение, за уверенное "регистрируйся!", когда я не был уверен, смогу ли попасть на SR.

Моей семье, родным, которые болели и переживали за меня.

Друзьям Нуржасу и Михаилу, которые оказывали всяческую поддержку.

Канату Алекенову за значительную часть снаряжения.

Асету Кусаинову, который поделился отличными средствами повышения видимости в темное время суток.

Двум компаниям, оказавшим финансовую поддержку. Жаль, но публикация их названий может нарушать правила yvision.

Спасибо вам всем!