О сексе
Играя маслеными глазками, озорные бабенки спросили приторного красавца Борю: «Скажи, секс – это отдых или работа?». Боря думал недолго, в два счета глаза его затуманились, а лицо расплылось в блаженной улыбке: «Это работа, – уверенно изрек сластолюбец, – но чертовски приятная работа!». Вот именно – «чертовски». Секс и насилие рука об руку идут по жизни, так же как богатство и угнетение, а значит, секс тоже от дьявола.
Кем-то из пророков (кажется, апостолом Павлом) было сказано: «Только любовь искупляет это скотское чувство». (А бремя плоти тяжко только одухотворенным людям). Грех Карениной не в том, что она полюбила Вронского, а в том, что вышла замуж без любви, по расчету. Именно на это намекает Толстой, предваряя роман эпиграфом, взятым из Библии: «Мне возмездие (отмщение) Аз (Я) воздам!». Грозное предупреждение Бога в неотвратимости наказания. По христианской этике торговля телом и душой греховна. Анна прогневила Создателя тем, что продалась богатому сановнику, чем осквернила тело и душу. Связала узами брака жизнь с чужим человеком (муж ведь тоже не ей, не Анне, а другой женщине поверяет свои душевные муки). За что Каренину и постигла Божья кара – роковая любовь на стороне.
Но, можете расслабиться, в наше время такой трагедии случиться не суждено. Натура человеческая в массе своей обмельчала: ей чужды как нравственные страдания, так и нравственные искания. Открою вам секрет: люди имеют неодинаковую ценность для Бога. Несформировавшиеся личности – как листья с «древа жизни» (символ человечества); сформировавшиеся – как плоды, но тоже разные: зрелые, незрелые, с гнильцой и с червоточинкой. С червоточинкой, мне кажется, это я. И Библию прочла без труда, и Бог мне открылся, а все-таки гложет меня червь сомнения и нигилизма: «Ничего в этом мире нет такого, ради чего стоило заводить этот вечный двигатель и вечную круговерть». Даже предсказание Библии, что вершину эволюции человечества венчает Бог, – душу не греет (не всем ведь удастся забраться на вершину). Тело временное пристанище души, она выпорхнет из тесной оболочки, как бабочка из гусеницы. И ретроспективным взглядом будет с презрением смотреть на бренное тело со всеми его низменными запросами.
Однако доскажу про Каренину. То, что Творец посылает Анне наказание («примите наказание, а не серебро (деньги)», «кого люблю, того и наказываю»), считается для нее спасением, а значит, душевным страданием она заслужила у Отца Небесного прощения. («Страдаем, как перед рождением», Исайя, 26:18, – рождением в себе бога). И Толстой ни в коей мере не осуждает свою Анну. Она не преступница, а жертва лицемерных, лживых, противоречащих Божьим законам устоев общества. Изолгались все, и в этом корень зла!