О недоученном поколении. Как коррупция разрушает школу
Более половины педагогов, точнее свыше 40 тыс. человек из сдававших экзамен 74,8 тыс., квалификационный тест провалили. После внедрения электронной системы оценивания знаний с видеонаблюдением по международному стандарту сразу выявились коррупционные «ловушки», с помощью которых одни обогащались, а другие подтверждали фиктивные знания.
А чему может научить учитель, не знающий свой предмет?
Из-за системной коррупции в среднем образовании Казахстан уже опустился на последние строчки мировых рейтингов знаний детей, отмечает «Караван». И чем дальше, тем ситуация хуже. «Какое там трёхъязычное обучение, какие там сингапурские практики? – отмечается в статье. – Если в 2015 году по тесту международной программы оценки образовательных достижений учащихся PISA Казахстан занимал 42-е место среди 72 стран-участниц, то по итогам PISA-2018 страна рухнула уже на 69-е место!»
Чему здесь удивляться, если учитель математики не может решить задачку за четвёртый класс? Шокирующие данные ноябрьского квалификационного теста учителей потрясли родительское сообщество. О проблеме, которую в общем-то знали давно и шепотком обсуждали в школьных коллективах и родительских комитетах, стало уже невозможно молчать. Более половины сдававших тест педагогов (почти 55 процентов) показали незнание собственного предмета, педагогики, психологии. Это означает, что более половины протестированных учителей элементарно не соответствуют своей профессии.
В мировой практике компьютерные тесты, полностью исключающие любую коррупцию, применяются уже давно. В частности, есть такая международная организация ProMetric, имеющая свыше 1000 центров тестирования в США, Канаде, странах Европы. Есть проверенный годами алгоритм, который гарантирует абсолютную невозможность любого внешнего влияния или вмешательства, а также прозрачность всех процедур. Такие решения как моментальная генерация компьютером вариантов заданий (которых сотни, поэтому заранее знать вариант и «купить» ответы нельзя), видеонаблюдение, обезличенность экзаменуемых, мгновенность и объективность оценки системой, и в Казахстане сделали невозможным привычную для многих коррупцию при сдаче «квал-теста».
Как отмечается в статье, чиновники от образования упрямо не хотели внедрять такие тесты, пока ситуация не стала попросту неприличной. Когда в 2018 году директор Национального центра тестирования был посажен за коррупцию, результаты состоявшегося в том году квалификационного теста учителей (который проводился ещё «на бумажке»), были резонно поставлены под сомнение. Лишь тогда в Минобре дали ход инициативе частного инвестора, который ещё четыре года назад предлагал внедрить в Казахстане международную сертифицированную систему оценки.
Четыре года назад компания U-Future выступила с частной коммерческой инициативой, предложив МОН РК проект государственно-частного партнёрства по созданию компьютерных центров тестирования. Бюджетных затрат – ни копейки, все вложения обеспечивал инвестор. В то время министром был г-н Саринжипов, и в госпрограмме развития образования того периода, которая действовала с 2015 по 2019 год, одним из пунктов как раз значилось создание сети компьютерных центров тестирования за счёт привлечения частных инвестиций. После первых переговоров и публикации в СМИ объявлений о проведении конкурса предложение U-Future оказалось безальтернативным: других желающих вложить в такой проект 4-5 миллиардов тенге в стране не нашлось.
Но чиновники упрямо тянули время. Следующий министр Сагадиев просидел на своём посту ещё 3 года, не проявив интереса к проекту. Процессы согласования шли, но до итогового заключения дело никак не доходило, всё «заворачивалось» в поисках каких-то дополнительных заключений и экспертиз. Хотя средства были готовы, и инвестор за счёт частного капитала был готов быстро развернуть сеть центров по всей стране. Лишь с приходом нового министра Аймагамбетова, причём (важный момент!) только после того, как прежний директор Национального центра тестирования отправился на нары, в октябре 2019 года был подписан договор ГЧП. Менее чем за месяц инвестор развернул сеть из 20 компьютерных центров тестирования на 3120 мест во всех регионах (в ближайшее время U-Future планирует открыть ещё 33 аналогичных центра). И уже в ноябре состоялся экзамен, результаты которого многих повергли в шок. Как уже отмечалось выше. из протестированных 74 тыс. 837 человек только 34 тыс. 433, то есть менее половины, подтвердили свои знания. 40 тыс. 404 человека, или 54 %, квалификационный экзамен провалили.
Результат первого компьютерного квалификационного теста оказался в среднем на треть хуже предыдущего национального квалификационного теста 2018 года, который проводился Национальным центром тестирования по старинке, «на бумажке». Выявленный разрыв наглядно показал степень необъективности и коррумпированности прежней системы оценки. В U-Future составили сравнительную карту результатов НКТ 2018 и 2019 годов, окрасив в красный цвет те регионы, где ухудшение достигло 15 процентов и более. Это в частности Туркестанская, Акмолинская, Павлодарская, Кызылординская, Актюбинская области, а также все западные регионы страны. Примечательно, что те же регионы оказались в хвосте по данным уже упомянутого международного теста функциональной грамотности учащихся PISA. Если по усреднённой оценке Казахстан занял 69-е место среди 77 стран-участниц теста, то упомянутые регионы (в частности Атырауская, Кызылординская области) оказались далеко ниже последней позиции. Средний балл по тесту PISA учеников Атырау, Кызылорды, Туркестана (372 – 381 из 1000) оказался на одном уровне с их одногодками из Кении, Сенегала, Судана и ряда других африканских стран (!).
Показательно, что именно в большинстве упомянутых регионов отмечалось, да и по сей день отмечается наиболее активное внутреннее противодействие внедрению новой системы оценки знаний учителей, пишет «Караван».
Правда не всё потеряно. Как ни парадоксально, новая система объективной оценки знаний стала мощным фактором изменения сознания людей. Каждый человек заинтересован зарабатывать больше. Сейчас педагогам значительно повышаются зарплаты. И чтобы получить прибавку больше, необходимо подтвердить своё соответствие более высокой квалификационной категории. Таких категорий всего четыре. Каждый, кто сдаёт тест, заинтересован показать уровень как можно выше. В случае, если вы подтвердили соответствие самой высокой категории (педагог-мастер), прибавка может составить 100 %.
Стимул, не так ли?
При новой системе у учителя есть мощная мотивация готовиться, улучшать свои знания. А если тест ранее провалил – то как можно быстрее восполнить пробелы в собственном образовании и пересдать. Это здоровая тенденция, и это то, что обнадёживает сегодня. Как отмечают в U-Future, сейчас педагоги массово обращаются в центры для пробных тестов, учатся, тренируются, пробуют свои силы в преддверии предстоящего в апреле второго компьютерного «квал-теста».
А что было ещё совсем недавно при прежней «бумажной» системе сдачи теста, когда результаты были на десятки пунктов выше?
Везде, при любом экзамене, был человек, который принимает экзамен, и был также экзаменуемый, который, как мы уже отмечали, заинтересован получить хороший результат (от этого для педагога зависят надбавки, повышения зарплат, а часто даже сама возможность продолжать работать). Поскольку экзаменуемый при хорошем результате получит значимые для него блага, естественно, он заинтересован «договориться». А поскольку в этой схеме всегда две заинтересованные стороны, то она практически никогда не раскрывалась.
Здесь важно понимать и то, что сотрудники местных органов образования, особенно руководство, также повсеместно заинтересованы в хороших рейтингах и высоких показателях, ибо в противном случае у них возникает риск потери должности. Соответственно, они со своей стороны максимально заинтересованы в том, чтобы «натягивался» максимально высокий результат.
Таким образом, коррупционные факторы в прежней модели оценки знаний, которую Национальный центр тестирования МОН РК применял на протяжении многих лет, существовали изначально. Человеческий фактор присутствовал на всех этапах – в ходе генерации тестов, их передачи в типографию, печати, упаковки, пересылки и т. д. Были они и в момент самого экзамена, где возможности списывания, если надо, всегда могли быть созданы заранее. Другой коррупционный механизм – апелляция. Возникает коррупционный риск, когда можно, просто закрыв глаза, подтвердить чью-либо апелляцию, то есть признать любой вопрос некорректным. И тогда баллы подавшему апелляцию будут засчитаны.
Немаловажен и такой фактор как репрессивная практика на местах в отношении учителей, проваливших квалификационный тест. На них устраивают гонения, им угрожают, снимают премиальные, грозят увольнением в случае следующего провала. Директорами насаждается принцип: неважно, каким способом ты подтвердишь свою квалификацию, сдашь этот тест – главное, чтобы ты это сделал. Тем самым «сверху» формируется такая психологическая обстановка, которая сама, изначально, мотивирует и подталкивает экзаменуемых на дачу взятки.
Результатом была системная коррупция на всех уровнях проведения теста и оценки знаний педагогов. Конечно, нельзя сказать, что в неё вовлечён каждый. Многие и при прежней системе честно подтверждали свою квалификацию. Однако предпосылки коррупции очевидны, а масштабы финансового потока, оседающего в карманах интересантов, колоссальны. В ТОО U-Future на условиях анонимности рассказали об истории в одной из областей, где заинтересованные лица предлагали «договориться» о хорошем результате экзамена, при условии, что каждый из экзаменуемых педагогов заплатит по 50 тысяч тенге. Экзамен в регионе проводился ежедневно на протяжении 12 дней, и каждый день его сдавали по 3200 человек. Несложный подсчёт показывает, что только в этом регионе коррупционная «кормушка» позволяла собрать 2 миллиарда тенге менее чем за две недели!
– Главная системная проблема, которую мы увидели, – это сознание людей, – цитирует издание директора ТОО U-Future Олжаса Куспекова. – Обратите внимание, перед нами учителя, люди, от которых зависит образование будущих поколений. Если наши учителя будут коррупционным способом, а не знаниями, обеспечивать себе необходимые профессиональные блага, то что будет с образованием наших детей завтра? Сегодня в системе среднего образования РК работают свыше 300 тыс. учителей, которые обучают свыше 3,2 млн. школьников. Имея неправильных, некомпетентных педагогов, мы в итоге получаем некачественно обученных детей, то есть – некомпетентных госслужащих, врачей, непрофессиональных специалистов во всех сферах экономики. И, к сожалению, последствия этого феномена наблюдаются повсеместно: когда человек должным образом не подготовлен, он безответственно относится к своей работе. Технические, технологические задачи не решаются, как нужно. У нас то и дело рушатся или кренятся дома, возведённые с нарушением технологии. Проблема всеобщей терпимости к бытовой коррупции также уходит корнями в школу, где некомпетентный учитель не сумел правильно подготовить детей к жизни, не смог заложить правильные ценностные ориентиры.
Сегодня, отмечает «Караван», проблема тиражируется уже на новых уровнях в результате того, что это недоучившееся и «недовоспитанное» поколение массово вливается в экономику. А данные PISA и других международных тестов наглядно показывают, с какой скоростью ухудшается ситуация. И если в МОН прямо сегодня не озаботятся проблемой, если не возьмутся за массовое восполнение пробелов в знаниях педагогов, то какое поколение мы вырастим завтра?