О дружбе и интернационализме
В какую группу не войди зачастую устаешь от периодически возникающих конфликтов. То на национальной почве, то на интеллектуальной - кто умнее, то на религиозной, то на исторической почве - наши были там раньше ваших, а вас тут вовсе не стояло; кругом запредельная брань между братьями - славянами и т.д. и т.п. Мало в жизни сложностей, зайдешь почитать публикации сетевых друзей и еще оттуда негативу зачерпнешь. Конечно есть и позитив, и он разнообразен, многокультурен и зачастую юмористичен. И вот очень хотелось бы добавить от себя малую толику. Позитива!
В институтской общаге города Томска, года три, со мной в комнате, жил один русский парень. Сейчас он уже Евгений "батькович", а тогда - просто Женька. Хороший, спокойный уравновешенный человек, с голубыми глазами и светло русыми волосами. Родом он был с севера томской области, из поселка, который расположился в самых дебрях глубочайших болот в мире - Васюганских болот. Он был очень умным, ответственным, прилежным пареньком и у него была одна характерная черта - он своеобразно подбирал слова для своих предложений. Где один спросит:
- А фотки её нет? - Женька сделает комично-серьезное лицо и скажет:
- А нет ли у тебя, Руслан, фотографической карточки этой девушки? - Поначалу я просто валялся на своей кровати, заливаясь хохотом, когда слышал такие его переливы. Потом привык, когда понял, что это не просто - юмор, а часть его самобытной натуры. Что скажет обычный человек, когда у его ручки кончилась паста в запаске? Все что угодно, но только не это, не Женькину версию просьбы:
- Руслан, а не передашь ли ты мне свою запасную автоматическую ручку?
Красота, да и только !)) Иногда вариант усложнялся до "автоматической шариковой ручки". А когда изрядно хлебнув портвейна ( пил Женька немного и употреблял только слабые алкогольные напитки) его размашистая, как просторы северных болот, душа, требовала музыки, он обаятельно улыбаясь, спрашивал:
- Руслан (вот именно так и не иначе, уморительно-официально), а не поставить ли нам граммпластинку товарища Сандры..? А..? Марию Магдалину!?
Идем мы с ним как-то из гастронома; в руках авоськи с продуктами. На улице вовсю зима и хоть вода из асфальта вся повымерзла, местами, после выпавшего крупнокалиберного снега было довольно скользковато. На светофоре зажегся зеленый свет и мы начали было переходить небольшой перекресток, как из-за поворота на большой скорости выскакивает Зил-130. Мы были уже на середине улицы, когда грузовик с заносом вылетел на пешеходный переход. Женька шел чуть впереди и я с перепугу резко дернул его назад. Мой друг притормозил и мы оба увидели, что траектория тяжелой машины, приходится как раз в центр нашего небольшого дружного коллектива. И в тот момент, когда мы оба поняли, что единственным выходом для нас остаться в живых
, это резко прыгнуть вперед, Женька, отталкиваясь от меня обеими руками, как от стенки, ныряет вперед. Соответственно мой собственный мощный посыл вперед был остановлен прыжком моего друга. И так как результирующая сил действующих на тело оказалась равна "нулю", тело застыло на месте в ожидании резкой ударной, динамической нагрузки по всему фронту, с последующей деформацией и разрушением. Всё, что я запомнил это огромные глаза чернявого пожилого водителя и его сжатые челюсти.
Непонятно вообще по каким физическим законам, Зил остановился в одном дециметре от моего туловища. Отдышавшись и придя в себя, я сначала выложил длинную пулеметную очередь из идиоматических выражений в адрес водителя, его ближайших родственников и всей его домовой книги, а также в адрес их автопредприятия. А потом
, когда из кабины раздалось гулкое: "...прости сынок... тормоза отказали...", оставшийся боезапас пулеметной ленты полетел в сторону "супостата" Евгения. Перейдя улицу, я спросил его: "как ты мог так поступить, я же пытался спасти тебя?!!!" Женька помялся и не поднимая глаз ответил: " Я.., очень испугался." На этом все мои претензии к нему исчерпались, так-как я его поступок воспринял не как предательство, а как возможность спасти жизнь друга ценой своей собственной.
Слегка усмирив дрожь в чреслах, я жестко бросил:
- Ладно, мудак ты хренов, пошли домой... Товарища твоего поставим!
- Какого товарища? - исподлобья спросил мой друг.
- Какого, какого..!!! Сандру! Какого же еще!
Так я впервые осознанно испытал ощущение "жертвования собой ради друга". И пережил я это как счастье, потому что тогда я четко прочувствовал - Бог есть!)))