Новое содержание старых правил

Фактически, это было условием мировых держав, особенно США, которые настаивали на безъядерном статусе нового государства, которое в ответ должно было получить гарантии со стороны крупных геополитических игроков, о сохранении статуса-кво.

Можно сказать, что фактически до 2014 года у Казахстана был комфортный режим существования, и геополитическая ситуация вокруг него складывалась самым благоприятным образом. Но с момента аннексии украинской территории Россией, которая значилась одним из гарантов безопасности как для Казахстана, так и для Украины, подули холодные ветра, заставившие проверить, не оказался ли дырявым или ветхим «зонтик безопасности», некогда врученный мировыми державами руководству нашей страны.

Увы, оказалось, что пергаменты безопасности уже давно истлели, а новые лидеры не желали платить по векселям, выписанным еще прежними главами государств. Грустный пример Украины, лишившейся огромной части своей территории, стал явным свидетельством того, что прежние обязательства остались в далеком 1991 году, когда Крым был признан ООН как неотделимая часть суверенной страны.

Пришло новое время, когда нужно было наполнять новым содержанием старых правил, причем делать это активно и напористо. С началом полномасштабной войны в Украине ситуация обострилась еще больше. Стало очевидно, что США или Европа, Великобритания или Китай не готовы напрямую сражаться за независимость Казахстана против России, хотя и оказывают опосредованное влияние на происходящие процессы.

Поэтому, сохраняя свою многовекторность, Казахстан активно ведет переговоры по всему свету, стремясь превратить свою землю в территорию мира, где интересы множества стран сплетены таким образом, когда любые боевые действия станут невыгодными для всех. Только это может дать новые гарантии безопасности в тот момент, когда вся международная система, сформированная после 1945 года, находится в глубоком кризисе.

О том, какие интересы и цели преследуют внешние игроки в регионе Центральной Азии, размышляет индийский автор Ш.Субраманиам на ресурсе modern diplomacy.eu. Данное медиа презентует себя как «платформа для оценки сложных международных проблем, которые часто выходят за рамки основных западных СМИ и научных кругов». Вместе с тем, базируясь в Бельгии, данный ресурс настроен очень комплиментарно к современной России, размещая множество хвалебных статей о ней и идее евразийства, что явно показывает ведомость, если не ангажированность медиа.

Оригинальную публикацию вы можете прочитать на английском языке по ссылке:

https://moderndiplomacy.eu/2022/08/03/russias-waning-influence-in-central-asia-is-inviting-regional-actors-to-fill-the-vacuum/

ОСЛАБЕВАЮЩЕЕ ВЛИЯНИЕ РОССИИ В ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ ПРИГЛАШАЕТ РЕГИОНАЛЬНЫХ АКТОРОВ ЗАПОЛНИТЬ ОБРАЗОВАВШИЙСЯ ВАКУУМ

В. Шриватсал Субраманиам

Поскольку Кремль, кажется, озабочен войной на Украине, а лидеры региона пересматривают свои отношения с Москвой, другие региональные державы чувствуют возможность воспользоваться этим.

Географическое «подбрюшье», как его называют, Средняя Азия — это регион, где Москва обладает значительным экономическим, политическим влиянием и влиянием «мягкой силы». Однако война на Украине вызвала в регионе вполне понятный страх.

ЦАР не осудили и не потворствовали действиям России. Они колебались и опасались поддержки агрессии президента России Владимира Путина. Фактически определенные действия свидетельствуют о сопротивлении Москве. Хотя все они являются авторитарными государствами, они не запретили никаких антивоенных демонстраций на видных местах и ​​не пресекли собрания солидарности с Украиной. Кыргызстан, Таджикистан и Узбекистан опроверг сообщения Кремля, в которых говорилось о молчаливой поддержке их лидеров. Узбекистан предупредил своих мигрантов в России о карательных мерах в случае их призыва в российскую армию. По мере того, как военное наступление России захлебнулось и масштабы человеческих страданий в Украине стали более очевидными, страны перешли от сдержанных заявлений о беспокойстве к более откровенной критике.

По мере того, как лидеры региона пересматривают свои отношения с Москвой, это открывает новые возможности для Китая и Турции, двух государств, имеющих исторически важные связи с Центральной Азией.

Китай

Для Китая евразийский массив суши является сердцевиной его флагманской инициативы «Один пояс, один путь». Другими словами, путь Пекина к господству проходит через Среднюю Азию. Транспортные контейнеры из Китая традиционно идут через Россию в Европу (северный маршрут). Но после войны западные санкции и последовавшие за этим сбои в торговле заставили Пекин переосмыслить стратегические расчеты.

В результате китайские перевозчики все чаще выбирают Транскаспийский международный транспортный маршрут в обход российского маршрута для достижения Европы. Этот маршрут также называют «Средним коридором BRI». По данным Ассоциации Транскаспийского международного транспортного маршрута, ожидается значительный рост грузопотока через Центральную Азию и Кавказ по сравнению с предыдущим годом. Заметив геополитические потрясения и изменение политического климата в Евразии, логистические компании, такие как датская Maersk и финская Nurminen , запустили новые поезда по среднему коридору. Несколько китайских логистических компаний, которые изначально считали Средний коридор нежизнеспособным, также приспособились к изменившимся обстоятельствам.

Кроме того, чтобы подтвердить экономические интересы Пекина, министр иностранных дел Китая Ван И посетил Казахстан, чтобы встретиться со своими коллегами на третьей ежегодной встрече министров иностранных дел Китая и Центральной Азии (C+C5).

Китай также обеспокоен вопросами безопасности и выступает за стабильность в регионе, прежде всего для защиты своих экономических интересов и предотвращения любых побочных эффектов, которые могут спровоцировать беспорядки в провинции Синьцзян. В течение многих лет между Россией и Китаем существовало неофициальное разделение труда, при котором Москва брала на себя руководство в вопросах безопасности, а Пекин — в экономических вопросах. Однако озабоченность России затяжной войной в сочетании с растущими связями Пекина с регионом может дать Китаю необходимые стимулы для вытеснения России в качестве гаранта безопасности.

Аналитики охарактеризовали российско-китайское партнерство в Центральной Азии как «сотрудничество и соперничество», но война поставила Россию в шаткое положение, когда ей будет все труднее конкурировать, и у нее не остается другого выбора, кроме как продемонстрировать нерасположение к сотрудничеству с Китаем в будущем.

Турция

Турция — еще одна держава в регионе, стремящаяся увеличить свое присутствие на фоне ослабевающего влияния Москвы. В последнее время стремление Анкары к большему влиянию становится очевидным после того, как она десятилетиями находилась на обочине.

Через две недели после публичной поддержки экс-министром иностранных дел Комиловым территориальной целостности Украины Эрдоган посетил Узбекистан. В ходе своего двухдневного визита он заключил десять соглашений и обязался увеличить двусторонний товарооборот. Впоследствии аналогичные соглашения были заключены с Казахстаном, когда Токаев находился с государственным визитом в Турции. Оба лидера подписали совместное заявление, в котором говорилось о повышении отношений до уровня «расширенного стратегического партнерства».

Жесткая сила Турции больше, чем ее мягкая сила, особенно ее беспилотники Bayraktar, привлекли внимание ЦАР. Использование Азербайджаном турецких беспилотников, чтобы склонить чашу весов в нагорно-карабахском конфликте, улучшило давно бездействующую репутацию Анкары. Туркменистан уже давно является покупателем турецкого оружия, особенно беспилотников. В 2021 году Кыргызстан также закупил собственные беспилотники в ответ на пограничный спор с Таджикистаном. При этом Казахстан и Турция выбрали совместное производство беспилотников в Казахстане.

Однако торговый потенциал, возможно, самый большой из того, что Турция и Центральная Азия могут предложить друг другу. Масштабы экономики Анкары и ресурсы, к которым она имеет доступ, в реальности ограничены. Тем не менее, в настоящее время поддерживается более значительное участие Турции в регионе, и она имеет хорошие возможности для существенного заполнения вакуума, образовавшегося в результате вторжения России в Украину.

Турция специально стремится зарекомендовать себя в качестве надежной и осуществимой альтернативы позиции России в рамках китайской инициативы «Один пояс, один путь» (ОПОП). В свете меняющихся геополитических уравнений и нарушений торговых путей государства Центральной Азии также рассчитывают на более широкое участие Анкары в целях налаживания связей и уравновешивания конкуренции за власть в регионе.

Снижение российской гегемонии наряду с напористой реакцией ЦАР дает стимул таким державам, как Китай и Турция, играть более важную роль в регионе. Что еще более важно, санкции, введенные против России, вызывают отклик во всем регионе из-за ее связей с Москвой. Таким образом, для ЦАР провести стратегическую переоценку, пригласив больше региональных игроков, — это возможность постепенно отделиться от Москвы.