Неужели силы НАТО «крышуют» наркотики в Афганистане?
Еще в конце 2007 г. Афганистан вышел на первое место по проиводству наркотиков. И если раньше там производился сырой наркотик, опиум, то сейчас его там же перерабатывают в героин. Это выгодно с точки зрения наркобизнеса, потому что героин имеет меньшие габариты, что упрощает процесс контрабанды. По оценкам специалистов, в настоящее время доля Афганистана на мировом рынке героина составляет 92%. По данным «Управления по наркотикам и преступности» (УНП) ООН, площадь опиумных плантаций составляет 193 тыс. га.
Доходы афганских наркобаронов в 2018 г. превысили 5 млрд. долл. Доля опиума составляет 52% от ВВП Афганистана. Это получило название наркоэкономики. Афганистан уже причисляют к новому типу государств – наркогосударствам. Можно сказать, что именно США и их союзники породили этот специфический вид псевдогосударства. Похоже американское руководство не только не замечает проблемы роста производства и расширения наркотрафика в Афганистане, но и активно учавствует в его распространении путем покровительства наркокартелей на территории страны. Более того, зафиксированы попытки употребления и распространения героина среди самих военнослужащих контингента НАТО в Афганистане. Массовая зависимость от некоторых препаратов в американской армии могла возникнуть из-за того, что над военнослужащими проводятся фармацевтические эксперименты. Солдат заставляют принимать лекарства, которые вызывают серьёзную зависимость. Проблема с наркотиками в американской армии широко не обсуждается. По словам сержанта ВС США Джо Биггса, он сам был очевидцем того, как военное начальство в Афганистане игнорировало тот факт, что многие солдаты приобретают зависимость от препарата «Percocet». Этот анальгетик производится на основе опиума и вызывает опасное привыкание.
Часто солдаты начинают употреблять таблетки из-за того, что их к этому принуждают военачальники. Военные врачи при этом наблюдают случаи зависимости, но никаких мер для того, чтобы побороть её, не предпринимают и продолжают посылать отчёты производителям опасных лекарств. Поэтому, если в 2006 году положительные результаты теста на наркозависимость были у тридцати военнослужащих, то уже в 2017 было выявлено 586 таких случаев.
Согласно документам Департамента защиты, 20% американских военных принимают психотропные препараты, при этом часто, перед тем как отправиться в армию, они получают 180-дневный запас таблеток.
Американских солдат заставляют употреблять такие препараты, как «Prozac» и «Seroquel», чтобы побороть депрессию и успокоиться. Военные не могут отказаться от приёма этих лекарств без разрешения военного руководства.
Больше всего алкоголь, психотропные и наркотические препараты принимают в армии и морской пехоте, то есть в тех подразделениях, которые несли или несут службу в Ираке и Афганистане. Среди солдат каждый четвёртый признаётся, что в течение прошедшего года употреблял не по назначению болеутоляющие вещества на основе опиатов.
В условиях увеличения посевных площадей опийного мака в южных провинциях Афганистана, географической близости, функционирования разветвленной сети курьеров, процветающей коррупции в странах региона и прозрачности государственных границ, без преувеличения можно сказать, что производство наркотиков в Афганистане и их массовая транспортировка в различные районы материка остается одной из главных угроз для стабильности и перспектив развития, которая уже приобрела характер национальной трагедии как для стран Центральной Азии, так и для России и ряда стран ЕС.
Американская помощь на фоне роста наркопроизводства
Основные плантации опийного мака в Афганистане находятся в Гильменде и Нангархаре, где производится до трех четвертей всего афганского опиума. С приходом к власти движения «Талибан», активная деятельность по противодействию выращивания опийного мака, привела к тому, что производство упало до 185 т в год. Однако после свержения их войсками Северного Альянса производство наркотиков опять возросло. Всплеск производства опиатов пришелся на годы, последующие американскому вторжению в Афганистан вслед за событиями 11 сентября 2001 г.
Начало «контртеррористической» операции США и Великобритании на территории Афганистана 7 октября 2001 г., казалось, должно было решить проблему производства наркотиков в стране, но с момента начала операции «Несокрушимая свобода», мы наблюдаем качественно обратную тенденцию. За время после 11 сентября 2001 г. в 4 раза увеличилось производство наркотиков, о чем свидетельствуют данные различных ведомств. Ни для кого не секрет, что за годы пребывания в Афганистане войск ISAF страна произвела и экспортировала больше героина, чем любая другая страна мира. Американцы ступили на афганскую землю в тот момент, когда в 2001 г. стране был произведен наименьший объем опиумного сырья с 1992 г., всего 185 т. За годы иностранного вторжения производство наркотиков уве-личилось почти в 40 раз, достигнув беспрецедентного масштаба. ISAF вывел подконтрольную страну в единоличные лидеры среди наркоторговцев всей планеты, 80% всего мирового урожая опиумного мака снимается в Афганистане. Власти в Афганистане – как в Кабуле, так и на местах продолжали время от времени декларировать определенную степень решимости прекратить в стране производство наркотических веществ. Однако эта решимость реализовывалась в мерах преимущественно демонстративного характера.
После появления войск США и НАТО производство наркотиков увеличилось в 40 раз (с 2001 по 2018 гг.). По данным из ежегодного доклада «Управления по наркотикам и преступности» (УНП) ООН, представленным в г.Вена, размер сельскохозяйственных земель в Афганистане, занятых посевными площадями опиумного мака, достиг рекордного размера в 328 тыс. га, за год увеличившись на 63%. Этот уровень культивации опиумного мака является новым рекордом с момента начала систематического мониторинга и превысил предыдущий рекорд 2014 г. на 104 тыс. га, или на 46%.
В настоящее время наркокультура выращивается в 21 из 34 провинций Афганистана. Продолжает ухудшаться ситуация с мероприятиями по выявлению, предупреждению и ликвидации посевов наркосодержащих растений, поскольку правительственные отряды встречают всё более жёсткий отпор со стороны населения, что приводит порой даже к гибели сотрудников во время оперативно-профилактических операций. Это единственный,хотя и незаконный заработок бедных слоев населения страны и они за него готовы противостоять любому.
Лидером наркопроизводства в стране пока остаётся южный регион (59%), где только на провинцию Гильменд приходится почти 40 % засеваемых маком в Афганистане площадей. Однако, судя по динамике роста производства, южный регион, по всей видимости, может скоро уступить свои лидирующие позиции западному и северному.
Особенно тревожит взрывной рост производства наркотиков на севере Афганистана, непосредственно граничащем с государствами Центральной Азии. Так, в соседней с Таджикистаном провинции Бадахшан наблюдается постоянный рост площадей выращивания наркокультур с 200 га в 2008 г. до 6 298 га в 2018 г., т.е. почти в 32 раза за девять лет. В граничащей с Узбекистаном провинции Балх, потерявшей статус «свободной от посевов опийного мака» только в 2018 г., площадь возделывания мака выросла сразу почти в 10 раз (до 2 085 га). Но наибольшие трудности ждут, по всей видимости, Туркмению, поскольку началось освоение наркодельцами соседней с ней провинции. Джаузджан, а две другие приграничные провинции – Фарьяб и Бадгиз – поражают темпами роста возделываемых площадей, составивших соответственно 2 983 га (увеличение на 152 %) и 35 234 га (увеличение на 184 %).
Афганистан занимает лидирующее место не только по производству наркотических веществ, но и по экспорту опиатов. Почти все международные маршруты контрабанды опиатов исходят из Афганистана, многие контролируются со стороны США. Непосредственные маршруты контрабанды героина из Афганистана на рынки потребления не фиксированы и могут меняться, в зависимости от риска обнаружения наркокурьеров.
Общей проблемой многих стран, по которым он пролегает, становятся все возрастающие объемы нелегального транзита и сбыта афганских наркотиков, высокие темпы распространения наркомании, заболеваемости ВИЧ и рост преступности.
Данные Управления ООН по наркотикам и преступности (УНП ООН) свидетельствуют о том, что деятельность международных организованных преступных группировок (ОПГ) по использованию территории центральноазиатских стран в качестве транзитного коридора для наркотиков афганского происхождения активизируется. Благоприятствует этому и наличие развитых трансграничных и трансконтинентальных наземных путей сообщения, воздушных трасс. Часть наркотиков оседает на маршруте, что приводит к вовлечению населения этих стран в преступную деятельность, связанную с незаконным оборотом наркотиков. Рост наркопроизводства в Афганистане напрямую связан с ухудшающейся военно-политической обстановкой в этой стране. Причем напряженность растет близ территории стран Центральной Азии. А это создает условия преступным группировкам организовывать свои склады и лаборатории рядом с линией границы. К настоящему времени наркотрафик из Афганистана интенсифицировался, количество произведённых наркотиков возросло.
На самом деле, государства Центральной Азии тратят за борьбу с этими группировками большие средства, которые должны тратить на социально-экономическое развитие страны и благополучие своих народов. Простого решения проблемы наркотрафика из Афганистана нет, говорим ли мы о его влиянии на здоровье или о теневой экономике, которую он создаёт. Государства Центральной Азии не смогут справиться с проблемой в одиночку. Через них проходят маршруты транзита наркотиков из мест производства в Афганистане к российским и европейским потребителям. В основном центральноазиатские страны ограничены в средствах, которые они способны выделять на борьбу с наркотрафиком, обучение персонала и ведение ответственной политики. Они должны противостоять геополитическому, которое иногда приводит к борьбе между американскими и российскими проектами и превращает НАТО и Управление ООН по наркотикам и преступности в арены, где две державы меряются силами. Так или иначе, эти ограничения не оправдывают ошибочные оценки внешних доноров или применение стратегий, основанных на мифах, которые распространяют власти центральноазиатских республик.
Таким образом, рост геополитической напряженности, и сохраняющийся кризис в Афганистане способствуют усилению существующих угроз и рисков в системе региональной безопасности. И в ближайшее время негативное влияние афганской проблемы на безопасность государств Центральной Азии будет нарастать на фоне активизации движения «Талибан» в стране. Захват северных провинций может привести к дестабилизации Северного Афганистана, где проживают значительные диаспоры этнических таджиков и узбеков. Это не только создаст негативный фон для безопасности близлежащих государств, но и активизирует деятельность различного рода экстремистских организаций, которые попытаются использовать Афганистан, как пристанище для боевиков, мест хранения оружия и боеприпасов. В этих условиях для Центральной Азии усилятся такие угрозы, как религиозный экстремизм, терроризм и незаконный оборот наркотиков, что на фоне сложнейших социально-экономических проблем, неурегулированности межнациональных и межгосударственных отношений может сильно отразится на жизни граждан.