Не бойтесь «не таких» историй.
___
Сидели три подруги в кафе, громко и с хохотом обсуждая своих мужей. Темы плавно перетекали одна в другую, и маленькая деталь одного рассказа становился центром рассказа следующей подруги. Так они уже дошли до десерта - тирамису.
- Ах, девочки, зачем вы мне заказали тирамису. Не могу я больше смотреть на него. Костенька только вчера на ужин приготовил этот десерт. Да, это конечно хорошо, что он пытается готовить, но пока выходит так гадко. Я чувствовала вкус желтка и белка и всего, что не должно чувствоваться – окунув ложку в мягкое нутро тирамису и облизав ее, она продолжила – вот это совсем другое дело!
- Дура ты, Камила. Твой муж – это просто мечта любой женщины, – и тут все девушки с охами и вздохами согласились с этим высказыванием. – Константин такой высокий и статный. Помнишь он приехал за тобой, когда мы отмечали Восьмое марта? Всем нам по букету раздал. Мой Юрий никогда бы так не сделал. Я даже представить этого не могу.
- Да, мне Роман, парень который с ним работает, рассказывал про отношения Константина с другими коллегами, - продолжила другая подруга. – Там еще ходят слухи о его предпринимательской жилке, а может и не слухи.
- Он у меня золотце, - с нежностью произнесла Камила. Но в этих словах был какой-то подвох. Это читалось в ее прячущихся глазах, когда она произносила эту фразу. - Да, бросьте, девочки! – продолжила она. - Ваши мужья тоже не дураки. Помнишь, Надь, как Юрий… - продолжила она хвалить мужей подруг, чтобы компенсировать чащи комплиментов.
Камила попрощалась с подругами и пошла в сторону дома. Сегодня она захотела пройтись пешком. Она начала вспоминать, как познакомилась с Костей: они были друзья еще со школьных времен. В старших классах ближе них могли быть только два единственных человека на земле, знающие, что второй человек – единственный, с кем они могут вести беседу и на кого могут положиться. Это были отношения «брат-сестра», где преобладали честность, понимание и духовное родство. За 8 лет мало что изменилось. Они все так же очень близки и понимают друг друга как никто другой. Достаточно ли этих компонентов, чтобы назвать это любовью? Ее все устраивало. «Свободные отношения» - так они называли свой брак. У нее был любовник, с которым она себя чувствовала женщиной, чувствовала его раздевающий взгляд и постоянные прикосновения, но ничего более. Ее человеком жизни всегда был, есть и будет Константин. У Конастантина тоже были отношения на стороне. Это были мужчины, их было несколько. Камила их хорошо знала. Часто они приходили к ним домой, курили траву, лежали вместе на диване, включив диски 80х. Затем целовались друг с другом, Камила наблюдала. Потом целовали Камилу, она курила. Им было действительно хорошо, весело.
Подруги из кафе не знали всей истории. Правду никто не знал и не хотел принимать, кроме тех, кто был в этой комнате. Комната. На стенах висели фотографии со свадьбы: в фате, без фаты, на машине, возле гор, с родителями… с родителями… с родителями все было сложно. Они были так счастливы в тот день - день свадьбы их детей. Камила помнит, как Костя прибежал в ливень к ней домой. Избитый. Его избил отец за то, что тот решил поговорить с ним начистоту и рассказать о своих наклонностях. Тот, будучи консервативным человеком советских времен, даже слушать не стал. Вытащил ремень: «Что ты несешь? Я же тебя вырастил! Сейчас вставлю твои мозги на место! Много тебе мама свободы давала! Видишь Люда, что этот малокосос несет?» К его ругани также добавились хлысты ремня и плач матери. Больше они про это не разговаривали. На свадьбе отец был полностью уверен, что ремень помог и «мозги встали на место».
Камила дошла до дома. Когда она зашла на участок, Костя стоял у коридора с виногдрадными гроздями и медленно, как обычно, собирал кисти красного, поспевшего. Она подошла и положила голову на его плечо, закурила сигарету и дала ему втянуться.
- Как посидели с подругами? - спросил Костя, продолжая собирать виноград.
- Как обычно, - улыбаясь, ответила она. – Тебя захвалили. Предпринимательская жилка, предпринимательская жилка – ехидничая, продолжила Камила. Они посмеялись.
- Будешь виноград?
- Давай.
___
