Над пропастью во льдах
В такие насыщенные и чутка сумасшедшие будни всегда чувствую себя Алисой. Несусь вперёд сломя голову, но остаюсь на месте, и бежать нужно в два раза быстрее, чтобы куда-то вообще успеть. Башка забита по самое не могу всякими разными мыслями, свежепрочитанными статьями по бета-катенинам, рестрикционными картами, чагатайской поэзией, Каммингсом, списками ту-ду на завтра, послезавтра и на месяц вперёд, неотвеченными имейлами, чужими рецептами на лекарства, которые надо раздобыть, Дидусенко, Джойсом и Ак Вельсапаром, неправильными глаголами, номерами кол-центров, схемами фибринолиза и прочими не забыть-не забыть-не забыть.
Пожалуй, самое важное, чему я научилась за эти NN лет -- это умение откладывать мысли на "подумаю попозже". Когда немного разгружаюсь, вытаскиваю оттуда аккуратненько и думаю их, не спеша. Сейчас их там столько скопилось, что я ощущаю себя этим человечком с кубическим рюкзаком за спиной желтого или красного цвета типа глово или чокофуд. Таскаюсь повсюду со своим коробом "подумаю потом" и "пусть полежат тут, чтоб не остыли". Эти человечки, кстати, меня слегка пугают. Не могу не думать о том, что они там носят. Какие-то ящики Пандоры на ножках. Откроешь одну и всё. Мрак. Хаос. Энтропия, стремящаяся к бесконечности.
Энтропия в моей жизни сейчас повышена как никогда. Она в целом всегда живёт где-то около меня и моих вещей (даже моя мама-перфекционистка перестала с этим бороться), но сейчас прям что-то уж совсем запредельно активничает. Надо что-то с этим делать. Нужно какое-то поствоскресенье. Чтобы разобрать все бумаги, вещи, кружки из под кофе, мейлы, смски и пропущенные звонки. Чтобы подумать все скопившиеся мысли. Чтобы выс-пать-ся.
Но я это, не жалуюсь. Всё отлично на самом деле. Я тут сегодня даже осознала, кто я и для чего явлена этому миру. Поймала на льду вторую уже за эту неделю беременную женщину. А вот мужа её не успела. Он, кажется, нос себе разбил. А первая беременная хапнула такого адреналина, что долго ещё не могла меня отпустить, а потом даже поцеловала мне руку О.о Странное чувство. Вроде бы максимально неловко, но при этом, смотришь в её влажные охровые глаза, а там столько любви. К тебе, к ещё не родившемуся человечку, к миру, к Богу. Я б спасала её каждый раз. Стояла бы там над пропастью во льдах и всё, что я делала бы, это ловила беременных женщин.
В общем, я, кажется, казахский Холден Колфилд.
«Я себе представил, как маленькие ребятишки играют вечером в огромном поле, во ржи. Тысячи малышей, и кругом — ни души, ни одного взрослого, кроме меня. А я стою на самом краю скалы, над пропастью, понимаешь? И мое дело — ловить ребятишек, чтобы они не сорвались в пропасть. Понимаешь, они играют и не видят, куда бегут, а тут я подбегаю и ловлю их, чтобы они не сорвались. Вот и вся моя работа. Стеречь ребят над пропастью во ржи. Знаю, это глупости, но это единственное, чего мне хочется по-настоящему. Наверное, я дурак»
///
А вечером шла по улице и встретила рыдающего мальчишку в буденовке, звезды только не хватает, а так вылитый Кибальчиш. Стоит, ревёт, сопли пузырятся, лопаются и, смешиваясь с крохотными слезинками, падают на заледенелую землю. Спрашиваю, что случилось. Оказывается, пошел за кормом для кошки и потерялся. Спрашиваю, где живет. Не знает. Улицу не знает, дом не знает, такой серый с антеннами, а дверь мягкая и коричневая. Позвонила в 102, сказали повисеть на линии и в итоге сбросили. Пошли искать серый дом с антеннами и коричневую дверь. Во дворе, говорит, корабль и две башни. Вспомнила один дворе неподалеку, где летом поставили новые горки в виде корабля, пошли туда. Выяснилось, что не он. Кроме корабля, говорит, еще домик с дедушками, а весной вонючие маленькие цветочки. Понятно, беседка для стариков и кусты сирени, которые зимой просто тоненькие палки в палисаднике. Что ж думаю за корабль с башнями такой ребенку привиделся. И вспомнила один двор со старой большой металлической горкой, там верхушка действительно похожа на мачту, а сама горка такая длинная и широкая. Пришли туда. Радуется. Говорит оно. Спрашиваю, что за две башни. Показывает мне на две старые помятые мусорки на углу. А почему же они башни? А ты, говорит, попробовала бы туда мешок с мусором закинуть :))) С детской высоты вокруг совсем другой мир, забываешь об этом, оказывается, с возрастом.
Нашли мягкую коричневую дверь, позвонили. Там мать такая же зареванная и с пузырящимися соплями. Схватила его в охапку, обняла, тут же по жопе надавала. Ну, любя, конечно. А он плачет и сквозь слезы: мааа-мааааа, я деньгууу потеееряяяяяял, простииии. Милота неимоверная.
Иду домой вся в растрепанных чувствах. Кибальчиш стучит мне в окно и машет лапой огромного рыжего кота. Кот, еле уместившийся на тоненьких руках малыша, недовольно мотает головой и поворачивается ко мне своим упитанным полосатым задом.
Такой вечер.