На форуме Россия и Казахстан представили Азиатский наклон
Дамы и господа из западного мира, у нас проблема.
Если вы думали, что рост Китая представляет собой угрозу, попробуйте объединить его с огромными богатыми ресурсами землями к северу и западу от Пекина, связывающими Россию и бывшие советские государства Центральной Азии с промышленными центрами Азиатско-Тихоокеанского региона. Эти люди жаждут роста. Они подкованы в бизнесе. Они не спорят, кто активней, чем другой. И они развиваются быстрее, чем Запад. Регион все активнее пытается интегрироваться в рынки капитала, инфраструктуры и производства, которые западный мир помог построить в Азиатско-Тихоокеанском регионе.
Президент России Владимир Путин это знает.
Ранее в этом месяце, на виртуальном Восточном экономическом форуме 2021 (ВЭФ-21) в Москве, Путин заявил собравшимся участникам, что «жители Дальнего Востока в широком смысле этого слова - как предыдущее, так и нынешнее поколение - являются пионерами и первооткрывателями. Вы представляете, какую работу нужно было провести, чтобы освоить эти территории, учитывая их масштабы? Подумайте о личных и деловых качествах, которые необходимы вам для достижения тех результатов, которые мы имеем сейчас», - добавив, что развитие Дальнего Востока России, недалекого от Японии и Китая, открывает двери для более тесного экономического сотрудничества и инвестиций между ними и Азиатско-Тихоокеанским регионом.
Мы мало слышим об этой тенденции. Большинство реальных новостей об этих странах находится вне финансового доступа прессы или деятельности крупных многосторонних организаций и частных бизнес-аналитических агентств.
Помимо драмы о хороших и плохих парнях, большинство людей на рынке слышали о череде успешных российских IPO в этом году, таких как Ozon, российский Amazon AMZN. Bloomberg написал об этом 19 сентября, как и я семь дней назад.
Казахстанская финтех-компания Kaspi.Kz стала неожиданным хитом в прошлом году в Лондоне, о чем я уже говорил. Экономика страны восстанавливается от COVID быстрее, чем ее постсоветские партнеры и другие развивающиеся страны, чему способствует развитие товарных производственных циклов.
Подобно тому, как у США был свой «поворот к Азии» при президенте Обаме (в основном под маской ныне несуществующей крупной сделки о свободной торговле, известной как ТрансТихоокеанское партнерство), то же самое делают и большие страны к востоку от Варшавы. Азиатско-Тихоокеанский регион, на который приходится треть мирового ВВП, на протяжении многих лет был локомотивом мировой экономики.
За последние шесть лет объем накопленных прямых иностранных инвестиций на Дальнем Востоке увеличился почти вдвое и достиг 80 миллиардов долларов. За прошедшие годы промышленный рост составил около 20% за тот же период. Капитальные вложения в новые территории развития, такие как свободный порт Владивосток в России, сухой порт Хоргос в Казахстане и Международный финансовый центр в Астане (МФЦА), создали десятки тысяч новых рабочих мест, и не в товарном производстве, по которому эти страны наиболее известны.
Дальний Восток был объявлен национальным приоритетом России на весь 21 век с упором на его интеграцию с Азиатско-Тихоокеанским регионом. Но не только дальние территории России стремятся к региональным и глобальным экономическим связям.
Центральная Азия становится еще более азиатской
На ВЭФ-21 Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев сказал: «Этот регион имеет большое значение в качестве стратегического партнера, поскольку он географически соединяет Евразию с Азиатско-Тихоокеанским регионом ... Азиатско-Тихоокеанский регион уже стал мировым центром экономической деятельности. Мы планируем усилить наше присутствие в этом регионе».
По словам Токаева, в прошлом году в Казахстан поступило около 3,2 миллиарда долларов прямых иностранных инвестиций, из которых на Россию, Китай и Южную Корею приходится примерно 80% этой суммы.
По данным ЮНКТАД, чистые прямые иностранные инвестиции Казахстана выросли из более чем 17 развивающихся и формирующих рыночные отношения стран. Сейчас они являются вторыми по величине получателями прямых иностранных инвестиций в регионе, приток которых вырос на 35% в прошлом году до 3,9 миллиарда долларов. Это ничто по сравнению с Бразилией, но Бразилия - это страна с гораздо более крупной экономикой, и она была открытой уже много лет. По сравнению с ней Казахстан еще молод.
«Рост инвестиций в горнодобывающую промышленность, транспорт, финансовые услуги, телекоммуникации и энергетику компенсировал сокращение притока инвестиций в строительство, металлургию и торговлю, которые особенно пострадали от последствий пандемии», - говорится в отчете ЮНКТАД.
С точки зрения корпоративного и портфельного инвестора, Казахстан является основным игроком в странах Евразии. Если будет инвестиционный толчок со стороны Китая от стран Юго-Восточной Азии, старых азиатских тигров, то той страной, которая получит выгоду от этого, будет Казахстан.
Это самая большая страна в Центральной Азии по территории и самая богатая из расчета на душу населения. В 2013 году их ВВП на душу населения был больше, чем у Китая, и составлял около 13 000 долларов. Теперь она приближается к 9500 долларам. Ни одно бывшее советское государство в Средней Азии не может сравниться с этим.
Токаев знает, что возможности роста находятся на Востоке, но многие непосредственные возможности, включая привлечение капитала, зависят либо от страны, либо от Запада. Например, МФЦА - финансовому центру, похожему на Epcot, меньше пяти лет, и именно здесь новейшая биржа ценных бумаг Казахстана связана с Западом и Востоком. Он действует по финансовым законам Лондона, а не Москвы или Шанхая. Таким образом, МФЦА является свидетельством того, что Казахстан не закрывает себя от основных экономик мира, чтобы делать ставку на то, что Китай вытащит некоторые страны Юго-Восточной Азии из бедности. (ВВП Вьетнама и Камбоджи на душу населения составляет менее 2800 долларов в год).
Американские компании участвуют в МФЦА, и американские нефтяные компании там более важны, чем китайские. Большая часть прямых иностранных инвестиций в нефтегазовый сектор идет на так называемое расширение Тенгизского проекта с помощью Chevron CVX, которое, как ожидается, будет завершено в следующем году.
Для транспортировки китайцы важнее. Казахстан является ключевой частью его инвестиций «Один пояс, один путь», хотя инвестиционная консалтинговая компания Emerging Advisors Group отметила в отчете от 20 сентября, что его влияние «крайне незначительно». Торговля (в долларовом выражении) «между Казахстаном и Китаем росла в последние несколько лет, но все еще далека от исторических пиков 2012-2013 годов», - говорит Мэнди Онг из китайской Emerging Advisors Group.
Другие глобальные корпоративные инвестиционные проекты включают телекоммуникационную компанию VEON Group, базирующуюся в Нидерландах.
Согласно данным правительства, транзит товаров через Казахстан в прошлом году увеличился на 17%, несмотря на пандемию. Они инвестируют в это дело как минимум 10 лет и выделили более 30 миллиардов долларов на наземные порты, железные дороги и тому подобное, чтобы связать свою часть мира с Азией, а именно с Китаем в их случае.
«Эти инвестиции позволили открыть пять новых железнодорожных и шесть автомобильных маршрутов, соединяющих Азию и Европу», - сказал Токаев. Порт Актау на Каспийском море был модернизирован. А в Курыке построен новый каспийский порт, способный обрабатывать 13,9 миллиона тонн грузов в год.
«Мы продолжим улучшать эту инфраструктуру», - сказал Токаев, обращая внимание на развивающиеся рынки и связи с Китаем. Он сказал, что они начинают строительство новой железнодорожной линии Достык-Мойынты, которая еще больше интегрирует их с Китаем. Общий объем инвестиций составит около 2 миллиардов долларов, это большие деньги в Казахстане.
Всемирный банк прогнозирует рост региона более чем на 3% в этом и следующем году. В Казахстане составит 3,2%, как и в России. В следующем году они могут превзойти его до 3,7%, если прогноз Всемирного банка окажется верным.
Перспективы соседнего Узбекистана, для почитателей теории прямых инвестиций и облигаций Джима Роджерса, могут быть лучше - рост на 4,8% и 5,5%. Однако этого и следовало ожидать. Узбекистан начинает с моего гораздо более низкого исходного уровня и представляет собой гораздо более высокий риск.
Казахстан имеет инвестиционный уровень BBB на основе рейтинга Fitch. Узбекистан имеет спекулятивную оценку на уровне BB-.
«Благодаря низкому государственному долгу и наличию значительных (денежных) резервов Казахстан относительно успешно преодолевает последствия пандемии», - сказал Токаев в президентском послании 1 сентября. «Это существенное, конкурентное преимущество. Важно не потерять его».
Казахстан развивается, и его уровень безработицы остается довольно стабильным за последние 10 лет, составляя в среднем около 4,9% по сравнению с официальным уровнем более 10% в Узбекистане.
В отличие от России, стоимость капитала в Казахстане высокая. Процентные ставки в Казахстане составляют около 9%. В Узбекистане они составляют около 14%, что, с одной стороны, увеличивает потребность в более дешевом иностранном капитале, что опасно для обеих стран, поскольку им придется расплачиваться за это в иностранной валюте. Если их валюта ослабевает, они в конечном итоге платят больше. Но это уже другая тема. Центральные банкиры всегда могут застраховаться. Им становится сложнее инвестировать, брать в долг и расти. Это испытанная и верная модель экспансии азиатских держав, таких как Япония и, конечно же, США.
А где США?
США внимательно следят за этими странами. В то время как Россия и Китай (особенно Китай) считают себя в стороне от Запада, это становится более интересным для Казахстана, например, для развития местных и региональных рынков, а не быть ограниченным только на продажах европейцам и американцам, и надеяться, что они вложат некоторые свои капиталы здесь.
Если бы вы могли расположить прямоугольник, начинающийся от Москвы и идущий во Владивосток на Японском море, и дальше до Вьетнама, то это рынок, на который они все надеются.
Мы постоянно слышим, что в течение десятилетия он, вероятно, превзойдет экономику западного мира. В конечном итоге это означает, что это все еще остается целью. На данный момент эта часть мира зависит от западного капитала и западных рынков в плане роста.
«Китай является для нас стратегическим партнером, - говорит Токаев. По данным правительства Казахстана, в стадии реализации находится более 50 совместных инвестиционных проектов с Китаем на сумму около 24,5 миллиардов долларов. За последние пять лет начато или завершено 19 совместных инвестиционных проектов на сумму около 4 миллиардов долларов. К концу этого года Китай и Казахстан должны запустить четыре новых проекта, но что именно - неясно.
Есть еще и Южная Корея. Токаев был там в августе. Около 550 казахстанских компаний имеют корейского партнера где-то в цепочке поставок.
«В разработке находятся еще 16 многообещающих корпоративных инвестиционных проектов в автомобилестроении, жилищном строительстве, металлургии и сельском хозяйстве», - рассказал Токаев участникам ВЭФ-21 о Корее. «Мы все укрепляем торговые отношения с Азиатско-Тихоокеанским регионом. У нас есть большой потенциал для дальнейшего развития торговли », - сказал он.
Кеннет Рапоза
Я пишу о мировых тенденциях в бизнесе, драмах большого бизнеса и инвестировании, в первую очередь в развивающиеся рынки.
Оригинал материала