На фига попу гармонь, Или Для чего экс-банкир-мошенник создавал партии в Казахстане?

В свое время Мухтар Аблязов запустил ворованные деньги в строительство как минимум, двух партий, а также ряда движений и организаций.

Например, создание организации с несколько одиозным названием "Оставим народу жилье" вроде бы изначально предполагала объединить несчастных дольщиков и ипотечников, и в конечном итоге позитивно повлиять на рынок жилищного строительства страны – при условии именно позитивных, конструктивных методов и лозунгов. Но после того, как сюда «приложился» Аблязов, контора вместо реальных дел ударилась в аблязовскую кампанейщину разжигания скандалов на пустом месте. Можно вспомнить также многочисленные студенческие и молодежные движения, скупленные Аблязовым оптом и в розницу. Все что как-то колосилось и жило до вливания аблязовских купюр, в настоящий момент умерло – тихо или со скандалом.
Так же дело обстояло с партиями - в недавнем прошлом довольно перспективные  "Алга", ДВК и бывшая Компартия. Например, КПК - политический экс-тяжеловес, на выборах 1999 года занявший вторую строчку после "Нур-Отана", что было отличным результатом, хотя базировался он, в основном, на накопленном историческом потенциале партии и тогдашнем недовольстве населения социальными моментами. Представители КПК заседали в парламенте, успешно входили в маслихаты, в партию активно вступали новые члены, в том числе, молодежь. Вполне живая, действующая партия, вероятно, способная работать и в дальнейшем, но предложенная лидерами  герою – банкиру на заклание.
Почему так произошло? Да потому, что и ДВК, и КПК, и остальные пригретые конторы служили для Мухтара Кабуловича лишь инструментом в его многотрудной деятельности по изыманию денег из карманов граждан и государств. Или инструментом в борьбе с конкурентами в деле отжима неправедных накоплений, как в случае с созданием ДВК, ставшем апофеозом сражения между кликами Аблязова и Рахата Алиева.
Когда-то, в очередной раз выйдя из очередной тюрьмы, на организованной пресс-конференции Аблязов принародно поклялся в политику больше не лезть и заниматься исключительно бизнесом. Бизнесом он, действительно, занялся – еще каким, до сих пор подсчитывают, сколько Кабулыч украл в те годы посредством банковских и иных махинаций. Политика же делалась подспудно, чужими руками.
Вскоре Аблязов, как дрова в огонь, швырнул накопленные политические ресурсы в подготовку Жанаозенской трагедии, а первыми тревогу забили коммунисты. Те, кому с преступником было неуютно, нашли себя в КНПК – и именно эта партия добилась того, что упустила, погнавшись за нечестной прибылью, КПК, прошла в парламент и заняла прочное место в партийном строю Казахстана.
Уже после Жанаозена все финансовые операции по снабжению средствами так называемой оппозиции были тщательно расследованы и представлены в суде. Козлов, Туменова, их многочисленные соратники помельче, вроде Курамшина, Курманова, Мамая, Атамбаева и иже оказались перед правосудием.  Козлов, не скрывая, признавался, что на 70-80% казахстанскую оппозицию содержал Аблязов и длился взаимовыгодный союз десяток лет. Однако после Жанаозена признания уже не имели никакого значения: практически все аблязовские "инструменты" сгорели в этой трагедии. Разжигая конфликт, наемники олигарха – к тому моменту скрывшегося за границей со своими миллиардами, перешли некую черту, отделяющую политическую возню, пусть комичную и грязную, от прямого преступления, приведшего к гибели людей.
С сожалением приходится признать – нелегальные капиталы Аблязова и его манипуляции загнали неплохие электоральные и социальные ресурсы в тупик, в политическое небытие.