Мягкая поступь «дракона» в Центральной Азии
Центральноазиатский регион уже давно рассматривается не только в качестве региона, который располагает серьезными запасами углеводородов, но также, как и перспективный рынок для сбыта продукции. Выгодное расположение и транзитный потенциал государств Центральной Азии объясняет усилия КНР по продвижению здесь собственных интересов. В последнее время КНР активно использует различные механизмы «мягкой силы» для создания привлекательного образа и дальнейшего углубления сотрудничества со странами тех или иных регионов, в частности с государствами Центральноазиатского региона. Активная деятельность Китая в рамках реализации стратегии «мягкой силы» в Центральной Азии является свидетельством тому, что Пекин всерьёз заинтересован в том, чтобы надолго и прочно закрепить свои позиции.
В современных реалиях международных отношений «мягкая сила» превратилась в один из самых эффективных инструментов реализации внешнеполитических задач. Важно отметить, что применение концепции мягкой силы во внешней политике является необходимым условием для достижения лидирующих позиций на мировой арене. Термин «мягкая сила» был введен в научный оборот политологом из США Джозефом Наем. Он впервые использовал данный термин в своей работе «Призвание к лидерству:
меняющаяся природа американской власти» («Bound to Lead: The Changing Nature of American Power»), опубликованной в 1990 г. Най описал «мягкую силу», как способность достигать желаемого на основе добровольного участия, симпатии и привлекательности, а не посредством принуждения или использования военной силы.
Активный экономический рост КНР является прямым побуждением к действию для расширения доступа к энергетическим ресурсам Центральной Азии. Пекин рассматривает данный регион не только в качестве источника импорта углеводородов, но также, как и рынок для сбыта товаров китайского производства и транзитный коридор, открывающий пути доставки продукции из Китая в Европу. Исходя из вышеперечисленных факторов, можно отметить, что Центральная Азия является важнейшим геополитическим регионом для многих международных акторов, что создает серьезную конкуренцию в удержании влияния в странах региона. Расширение политического и экономического влияния Китая в Центральноазиатском регионе может привести к росту синофобии, что создает препятствия для достижения КНР своих геополитических целей. Китайское правительство, стремясь избежать роста антикитайских настроений в странах Центральной Азии, активизирует культурно- гуманитарное взаимодействие со странами региона с целью создания благоприятного имиджа своей страны. Интерес Китая к Центральноазиатскому региону можно проследить также по числу официальных визитов китайских представителей власти в страны региона. Так, например, с 2000 г. по 2017 г. общее число официальных визитов различных делегаций из КНР в страны Центральной Азии и делегаций из стран региона в Китай составило 716.
Нельзя не отметить, что в последние годы наблюдается активная экспансия КНР в Центральной Азии, которая характеризуется своей комплексностью и долгосрочностью. Открывающиеся китайские центры в перспективе могут стать фундаментом для обеспечения беспрепятственного проникновения китайской экономической мощи в регион Центральной Азии, что приведёт к «привязке» региона к Китаю через сеть экономических и культурных связей.