Министерство Культуры крышует хищения в Консерватории Курмангазы? или Крик души Президенту Токаеву

Открытое письмо Президенту Республики Казахстан Токаеву К.К.

от проректора КНК им.Курмангазы Копбаевой Б.Т.

Уважаемый Касым-Жомарт Кемелевич!

Я знаю, президенту надо писать короткие письма, но у меня, к сожалению, так не получается. Слишком о многом хочется рассказать. Я верю в то, что вы прочтете мое обращение и потому не буду лаконичной. Простите мне эту лирику. Наболело.

В 1998 году я приехала в Астану молодой, энергичной девушкой. Юная столица вдохновляла меня, а реформы внушали не просто оптимизм, а непоколебимую веру в светлое будущее моей Родины. Я работала не покладая рук, нередко уходила с работы далеко за полночь, моим выходным была лишь половина воскресенья. Но я была очень счастлива, чувство принадлежности к большим и важным делам окрыляло!

Более двадцати лет прошло с тех пор, за эти годы я успела дослужиться до руководителя аппарата ключевого в те годы министерства – министерства экономики и бюджетного планирования, уехать из Казахстана и вернуться обратно.

Я уезжала в пик нефтяного бума, когда бюджет трещал от денег, а вернувшись обнаружила ужасающую картину: амбициозные президентские программы, которые принимались когда-то как панацея от «сырьевого проклятья», рухнули, споткнувшись о непорядочность людей, ответственных за их реализацию. Вы тоже обратили на это внимание: структура казахстанской экономики не изменилась, стратегия индустриализации не достигла ожидаемых результатов.

Убеждена, детальный анализ отраслевых госпрограмм приведет пытливого исследователя к такому же выводу: ни в одной из отраслей не наступило ожидаемого результата, а госпрограммы, которые принимались с целью развития той или иной отрасли еще в начале 2000-х, перекроены либо поставлены на утрату, при этом преобразования коснулись в основном формулировок ожидаемых результатов, они стали размытыми.

Многомиллиардные инвестиции, направлявшиеся ежегодно на развитие села, систем образования, здравоохранения, культуры, спорта, на построение индустриально-инновационной инфраструктуры не достигли своей цели и казахстанцы винят в этом, конечно же, абстрактную «коррумпированную систему». А что представляет собой эта система конкретно?

Все начинается с малого и наша «система» тоже состоит из винтиков, различного рода клерков, больших и маленьких начальников, которые, поддавшись алчным порывам, наплевали на судьбу своей Родины. Население рассержено и его можно понять. Если раньше социально-экономические проблемы вполне объективно объяснялись наследием советского прошлого, разорванными экономическими связями и прочими издержками этапа становления государства, сейчас это перестало быть объяснением.

Как рядовому казахстанцу понять и принять тот факт, что, обладая столь богатыми ресурсами, мы находимся на первом месте среди стран Центральной Азии по количеству суицидов, а в мире на третьем? Разве к этому мы стремились? Разве эти приоритеты были озвучены в казахстанских стратегиях? И разве станет счастливый, довольный жизнью гражданин, накладывать на себя руки?

Я маленький человек и, наверное, по мнению большинства, я не вправе судить о госполитике, однако разве не для благополучия каждого из восемнадцати миллионов «маленьких» казахстанцев существуют в нашей стране институты государственного управления?

Больше того, будучи профессиональным госслужащим, проработав большую часть своей жизни в государственных органах, я имею намного более ясное и четкое, чем у большинства обывателей, представление о том, как должно было быть и потому я беру на себя смелость констатировать: бюджет Казахстана сегодня - это решето!

Так случилось, что мне выпала участь оказаться в точке, на которой "прямая" казахстанских реформ отклоняется от заданного курса. И, судя по всему, это отклонение произошло не вчера, оно приняло системный характер, как минимум, 10 лет назад.

Возможно вы слышали о том, как начиналась моя "борьба" с хищениями в Консерватории. Я обнаружила их случайно, когда анализировала результаты финансово-хозяйственной деятельности госучреждения. Как только я натолкнулась на расхождения в цифрах,

на меня было совершено нападение. Хотели напугать.

Сегодня, когда Департамент экономических расследований установил тот факт, что финансовые нарушения совершались в Консерватории с 2008 по 2017 годы, а суд приговорил бывшего главного бухгалтера к 8 годам лишения свободы, сомневающихся в мой правоте не осталось, однако полтора года назад, когда я стучала в закрытые двери, никто кроме общественности меня не поддержал.

Даже несмотря на то, что по моему заявлению тогда была создана представительная межведомственная комиссия, в состав которой вошли и представители Администрации Президента РК, авторитет народной артистки Казахстана Жании Аубакировой закрыл передо мной все двери, сама я была изгнала из Консерватории: своим последним приказом Аубакирова незаконно уволила меня с работы.

Большинство изложенных мной в том заявлении фактов так и остались не расследованными, хотя каждый из них я документально подтвердила. Так, проверяющие госорганы закрыли глаза на факты незаконного использования бывшим руководством Консерватории государственного имущества, на "мертвые души" и откровенную эксплуатацию бесправных студентов, лишь факты хищений дошли до суда и это случилось только потому, что у меня на руках были акты государственного аудита.

Я пишу об этом не для того, чтобы свести с кем-то счеты, отнюдь! Я хочу обратить ваше внимание на то, как живуча эта "система" и на то, как сплоченно она действует!

Казалось бы, формально мои старания увенчались успехом: Жания Аубакирова освобождена от занимаемой должности, более того, сменилось руководство Министерства культуры и спорта. Это ли не свидетельство истинности намерений руководства страны побороть коррупцию?

К сожалению, мой опыт говорит о том, что все благие начинания высшего руководства Казахстана наталкиваются на откровенный саботаж системы. В случае с Министерством культуры и спорта произошла лишь смена декораций, по-существу же ничего не изменилось и я намерена это аргументированно доказать.

Судите сами, в июне прошлого года, когда Арман Жудебаев был назначен ректором Консерватории, я вполне резонно обратилась к нему с просьбой отменить незаконное решение Аубакировой. Он отказал. Мне его отказ показался очень странным, но я отнесла это к издержкам молодости и неопытности нового ректора.

В октябре прошлого года решением суда я была восстановлена в должности и это стало первым свидетельством того, что Жудебаев, едва приступив к работе, откровенно попрал Закон.

Скажу больше, за полгода, в течение которых я отстаивала в суде свою правоту, Консерватория по согласованию с Министерством культуры и спорта преобразовала должность проректора по общим вопросам, которую я занимала до незаконного увольнения, и вывела из под кураторства проректора бухгалтерию, отдел государственных закупок, отдел кадров и юридическую службу, подчинив их напрямую ректору.

Это решение также выглядит очень и очень странным. Больше того, разве не логичным было бы предположить, что Министерство культуры и спорта, будучи, разумеется, в курсе тех нарушений финансовой дисциплины, которые были раскрыты и за которые была осуждена бывший главный бухгалтер, должно усилить финансово-экономический блок не только Консерватории, но и всех учреждений культуры? Однако все происходит с точностью до наоборот и человек, который никогда не руководил сколько-нибудь значимой организацией и имеет, соответственно, нулевой опыт реального менеджмента, берет на себя смелость заявлять о том, что он сам справится и с финансовыми и с хозяйственными вопросами. А МКС поддерживает его в этом.

Я несколько раз говорила с Жудебаевым, старалась убедить его в том, что его позиция ведет в тупик всю Консерваторию, поскольку логика реализуемой в настоящее время в Казахстане реформы системы образования нацелена на преобразование вузов в НАО, а это значит, что финансово-экономический блок должен быть серьезно усилен специалистами, могущими обеспечить финансовую устойчивость организации в условиях, когда республиканский бюджет перестанет покрывать все расходы вуза.

Мне трудно понять, чем руководствуется в своих решениях Арман Жудебаев, но кроме того, что он не прислушался к моим аргументам, с его стороны на протяжении 10 месяцев наблюдается явное, ничем не прикрытое нарушение моих прав работника выражающееся в том, что все это время я буквально сижу в Консерватории без дела, ректор попросту игнорирует мое присутствие.

Мне доподлинно известно о том, что вот уже второй год бывшие и действующие сотрудники Консерватории пишут на меня абсурдные заявления, ни одно из которых не находит подтверждения.

Убеждена, что меня пытаются дискредитировать или "взять измором", однако мой опыт государственной службы научил меня стойкости и все это время я по возможности спокойно наблюдала за происходящим. Поверьте, спуститься с уровня центрального государственного органа и увидеть реальное положение вещей очень полезно. Это совершенно другой ракурс, с которого открывается неприглядная картина - картина вредительства в государственном масштабе!

И это вредительство творится "втихаря" в самой, казалось бы, одухотворенной и интеллигентной отрасли - в отрасли культуры!

Я совершенно случайно оказалась в этой системе и подозреваю, что многочисленные злоупотребления оставались скрытыми именно потому, что "спаянная" система Минкультуры не допускала настоящих профессионалов в свои ряды. Как писала режиссер Жанна Исабаева: "набрали верных, а требуют как от умных".

Какой либо другой, более безобидный вывод, как профессионал я сделать попросту не могу. Судите сами: на протяжении как минимум трех лет главный бухгалтер Консерватории похищала бюджетные деньги. В среднем (по подтвержденным аудиторами фактам) порядка 70 млн.тенге в год. Я не учитываю те хищения, которые еще расследуются (я надеюсь, что расследуются) Департаментом экономических расследований г.Алматы, веду речь только о тех нарушениях, которые уже доказаны. Эти деньги похищались с нескольких специфик бюджетной классификации, в том числе со «Стипендий». В консерватории обучаются порядка тысячи студентов и каждый из тех, кто имел достаточную для выплаты стипендии успеваемость, получал ее. Возникает вопрос: какие деньги похищала бухгалтер? Если допустить, что расчеты в бюджетной заявке Консерватории были составлены правильно, лишних денег у нее не оставалось бы, а значит нечего было бы расхищать. Логично предположить, что в расчетах были допущены неточности, а именно – они были раздуты для того, чтобы между реальной потребностью и выделенными средствами возникла разница. Чтобы доказать факт завышенного финансирования, допущенного МКС, я неоднократно обращалась к ним, запрашивала бюджетные заявки Консерватории за трехлетний период. Странно, но не только мне, но и государственным аудиторам финансисты Минкультуры дали от ворот поворот. Однозначно, что это можно расценивать как коррупционные действия, но это лишь в том случае, если кто-то ставит перед собой такую задачу. Здесь же, как я убеждена, задача стоит прямо противоположная: скрыть факты нарушений со стороны Министерства культуры и спорта.

Я понимаю, что делаю очень смелое заявление, но никакой другой возможности привлечь внимание к проблемам отрасли культуры я не вижу и потому я заявляю: и Министерство культуры и спорта и Консерватория им.Курмангазы делают все для того, чтобы избавиться от меня потому, что я им неудобна, поскольку как профессионал я не допущу нарушений законодательства!

Увы, как показали мои недавние исследования, речь идет уже не только о допущенных в период 2015-2017 годов нарушениях, речь о тех нарушениях, которые допущены уже нынешним руководством Консерватории.

Такой вывод мне позволило сделать простое изучение портала государственных закупок и сопоставление имеющейся на нем информации с реальным положением дел.

Так, например, согласно информации, размещенной на портале государственных закупок, в августе 2018 года состоялись государственные закупки услуг по текущему ремонту органного зала Консерватории. Сумма договора - 7 166 072 тенге. Согласно дефектной ведомости, размещенной на портале ГЗ, ремонтные работы должны были включать в себя установку пластикового плинтуса, укладку кафеля, налаживание системы вентиляции, огрунтовку праймером и окраску поверхности 2975 кв.метров стен и потолка, адаптацию входной группы и устройство пандуса для людей с ограниченными возможностями, установку перил.

Произведенный мной визуальный осмотр показал, что из всех перечисленных в дефектном акте работ, выполнена лишь установка перил. Как видно на фото, входная группа осталась не тронутой ремонтом, туалетные комнаты, которые должны были быть отремонтированы согласно дефектному акту, остались в том же состоянии, в котором они находились после незаконченного ремонта 2017 года, а огрунтовка и окраска стен и потолков холла органного зала была осуществлена в 2017 году. Также, указанная в дефектном акте «адаптация входной группы для людей с ограниченными возможностями», судя по внешнему виду входной группы органного зала, вообще не производилась, она находится в том же состоянии, в котором находилась как минимум два года назад.

Кроме того, согласно информации портала ГЗ в апреле 2019 года Консерватория осуществила текущий ремонт крыши в общежитии на сумму 7 244 910 тенге. В дефектном акте по текущему ремонту крыши, размещенном на портале ГЗ, указаны такие виды работ, как: усиление 2600 кв.м.стропил, перетяжка кровельными листами 2600 кв.метров кровли и т.д. Однако, с одной стороны, на момент моего незаконного увольнения из Консерватории крыша студенческого общежития, расположенного по адресу пр.Абая, 56 находилась в отличном состоянии и не требовала ремонта, а с другой стороны, визуальный осмотр крыши студенческого общежития свидетельствует о том, что указанной в дефектном акте замены кровельного покрытия вообще не производилось.

И еще. Согласно размещенной на портале ГЗ информации в ноябре 2018 года Консерваторией для студенческого общежития было закуплено 147 двухкамерных холодильников на сумму 15 660 000 тенге. Однако, как показал осуществленный мной обход, никаких холодильников в жилых комнатах студенческого общежития нет.

Это лишь часть государственных закупок, которые осуществлены Консерваторией с явными нарушениями.

Я, к сожалению, не имею возможности проанализировать все закупки КНК им.Курмангазы, поскольку Арман Жудебаев полностью выключил меня из всех производственных процессов.

На мой взгляд, есть еще одна причина, по которой Жудебаев, откровенно попирая Закон, не допускает меня к работе - это незаинтересованность МКС в выявлении допущенных в Консерватории финансовых нарушений.

Те хищения бюджетных средств, за которые была осуждена бывший главный бухгалтер Жумалулова Г.Н. – это лишь часть нарушений.

Во время проведения аудиторских мероприятий в 2017 году сотрудники ДВГА по г.Алматы обнаружили факт неполного и недостоверного отражения бухгалтерских операций в системе 1С-бухгалтерия и констатировали факт невозможности аудитования специфики 111 «Заработная плата». В связи с этим, руководством Консерватории (Аубакировой Ж.Я. и мной) было принято решение о передаче работы по восстановлению базы начислений заработных плат на аутсорсинг. Объем работы предстоял очень большой: административно-управленческий и профессорско-преподавательский состав КНК это порядка тысячи человек и каждому из них нужно было начислить заработную плату за три года!

Поскольку ДВГА по г.Алматы должен был закончить аудиторские мероприятия как можно скорее, а Консерватория, в свою очередь, в тот период также была заинтересована в том, чтобы аудит был завершен, мной было принято решение о привлечении к восстановлению базы начислений заработных плат не аудиторской компании (это было бы долго и дорого), а отдельных, квалифицированных бухгалтеров в количестве 10 человек на основании договоров ГПХ.

Около четырех месяцев шли работы по восстановлению базы начислений заработных плат, однако к моменту, когда они были завершены, руководство Консерватории сменилось, а новый ректор Жудебаев А. категорически отказался принимать ее результаты, ссылаясь на различные, не совсем понятные разумному человеку, причины. Странная, на мой взгляд, позиция, которая не так безвредна, как может показаться невооруженному глазу.

Дело в том, что в случае, если восстановленная база Консерватории будет принята и интегрирована в систему 1С-бухгалтерия, государственные аудиторы смогут осуществить аудит финансовой отчетности Консерватории за период 2015-2017 годы по специфике 111 «Заработная плата» и выявят многочисленные нарушения на сотни миллионов тенге.

Интересно то, что кроме фактов самих хищений, станут очевидными и факты нарушений бюджетного законодательства со стороны Министерства культуры и спорта РК и то завышенное финансирование, о котором я писала выше, станет неоспоримым.

Повторяю, что полностью осознаю серьезность сделанных мной заявлений. Больше того, 23 августа я подала заявление в Департамент экономических расследований по г.Алматы о фактах выявленных мной нарушений законодательства о государственных закупках, однако будучи наученной горьким опытом моих попыток заставить государственное учреждение соблюдать Законы, я привлекаю внимание общественности к изложенным мной фактам и обращаюсь к вам открыто.

Я осознаю также и риск, которому подвергаю свою жизнь и здоровье, но поступить иначе я не вправе.

Убедительно прошу вас, Касым-Жомарт Кемелевич, поручить соответствующим государственным органам, во-первых, проверить изложенные мной факты, а во-вторых, провести комплексную проверку всех бюджетных и внебюджетных средств государственных учреждений, находящихся в управлении Министерства культуры и спорта РК.

Это необходимо сделать для того, чтобы ситуация изменилась коренным образом, я считаю, что бутафорная смена руководителей подведомственных МКС госучреждений ни к чему не приведет, здесь нужен системный подход, подразумевающий выявление первопричин сложившейся ситуации.

Кроме того, я убеждена: после таких проверок обнаружатся колоссальные резервы финансовых средств, которых остро не хватает бюджету сегодня.

Да, нельзя писать таких длинных писем Президенту. Но у меня наболело, как и у всех казахстанцев. К тому же, я ничего не прошу для себя, мне ЗА ДЕРЖАВУ ОБИДНО!

Прошу вас, господин Президент, помогите. Больше не к кому обращаться…