Ловец во ржи
"А он тихо сидит, кольцами выпускает дым.../Я по глазам его вижу - в сердце таит печаль..."
Уже много лет на полочке в моей голове "Над пропастью во ржи" находится рядом с Брэдбери, Твеном, Бахом, Экзюпери, Янссон, Кристи, Булычевым, Хмелевской и многими другими, запавшими в душу по той или иной причине. Эти полочки неизменно пополняются новыми книгами - какая же от находки радость - не говоря о все большем читательском опыте и расширяющемся кругозоре. Этим летом меня потянуло перечитать Сэлинджера. Так получилось, что не меня одну... Несколько дней мы с подругой читали его в оригинале вслух.
Я даже не особо помню, когда я прочла книгу в первый раз. Кажется, тогда я читала все подряд, радостно, обшаривая библиотеку, а еще обожала лежать в поле рядом с домом - представляете, поле в центре города - прятатья от всех и всего, любоваться небом и ощущать бескрайность степной природы... Не удивлюсь, если книга меня зацепила именно духом свободы.Позже, лет в 15, перечитывая книгу по школьной программе, я с уверенностью думала, что меня так же никто не понимает, что вокруг много лжи, глупые одноклассники - а тогда они и правда для меня были глупыми в глупой школе - мне не хотелось стареть и становиться злой и хитрой, а взрослой я и так была по своим ощущениям, поэтому то качала права, то мечтала о воздушных замках.В 17 я убедилась, что была глупой, стала считать с уверенностью, что теперь-то я точно взрослая, и снова читала Сэлинджера, думая, кем же мне хочется стать в этой жизни... Я не боялась делать выбор и идти.В 21 я стала замечать все больше "подводных течений" автора, общаться со старшим поколением и понимать, чем их так удивил Сэлинджер - в те годы был вакуум, удушье, такое же... Несчастное, загнанное, задыхающееся поколение, как Холден. Для этого поколения Сэлинджер был как глоток свкжего воздуха.В институте на 4 курсе филфака я поняла еще больше, убедилась, что литературу нельзя рассматривать вне эпохи, иначе никогда не понять, почему некоторые, порой даже сумасшедшие и разрушающие авторы - классики.
Но все равно в моем сердце осталось то, первое впечатление, с которого началась любовь - кружиться над пропастью во ржи, быть чистым, не любить ложь... И ловить смеющихся детей, чтобы они не упали.Когда я писала рецензию в газету, то хотелось оставить всего одну строчку: "А поймете ли вы мое сердце?"
И с каждым годом я убеждаюсь, открывая новое, что эта книга не зря на полочке в моей голове. Хотя любая книга будет для читателя другой каждый раз, мое субьективное восприятие не перестает любить избранные...Если человеку дано, если книга его, то она откроется и впустит, даст ответы. И не важно, в 13, в 33 или в 73.
Я советовала бы каждому пробовать прочитать "Над пропастью во ржи", чтобы лично убедиться, пойдет или нет. И не верить на слово советчикам, критикам (потому что вкусы у всех разные, да и классику не все любят) и знакомым (хотя среди моих ее все ценят). Так же не столь важно, что в книге разговорный язык. Я бы удивилась, если бы Холден говорил на литературном. Какой-то диссонанс с отображением реальности был бы. И я бы удивилась, веди он себя иначе, потому что в то время это... Было нормально. Мне нравится и то, что главный герой - некий антипод, что претит читателям. Хотя, знаете, кто "хороший" дает нам понять автор: с точки зрения Карабаса, Буратино - хулиган. Мне понравилось и то, что с психологической точки зрения произведение закончено. Холден прошел путь и многое осознал. Главное не жизнь, а изменение личности. Можно это описывать как Толстой - на многие тома, а можно как Джеймс. И поэтому мне кажутся вялыми современные книги (беллетристика), основанные на "кастете" Сэлинджера: подросток с переживаниями, потому что они более... приземленные.Мне нравится и то, что я могу думать сама, что же стало с Холденом.
И мне нравится то, что я никогда не забуду ребенка в себе, что я могу с ним говорить и верить в свою мечту.