Ликбез, или чем занимался Кенисары до того как стал ханом.
В последнее время на Юви, и не только, появилось много людей, не имеющих понятия о таких словах как байгуши, джатаки, кураминцы. Да, эти слова исчезли из лексикона казахов, и нынче не актуальны. Но для полного понимания истории своей страны, значение этих слов нужно знать. Итак, ликбез.
Бурное развитие капитализма и промышленного производства в России в XVIII-XIX веках, вызвало повышенный спрос на товары традиционного экспорта казахов-кочевников. На шерсть, мясо, шкуры, лошадей.
Это способствовало бурному развитию пограничной торговле, что было взаимовыгодным процессом. Благосостояние степняков росло, им становились доступными промышленные товары, произведенные в России. Казаны, самовары, посуда, утварь, ткани, одежда, ювелирные изделия, галантерея.
Торгово-экономические отношения степняков с Россией положительно сказались и на численности населения. Если в начале XVIII века казахи, как народ, были сопоставимы с такими же соседними кочевыми народами, как джунгары, башкиры, калмыки, каракалпаки, кыргызы. Численность всех этих народов находилась в диапазоне от 50 до 500 тысяч человек. Так, по российским документам (разумеется, очень приблизительно), численность кыргызов составляла от 80 до 120 тысяч человек, башкир – 80-100 тысяч, каракалпаков – 60-80 тысяч, калмыков – 120-160 тысяч человек, казахов – 300-400 тысяч, джунгар – 400-500 тысяч. По современным меркам, эти этносы бы внесли в группу вымирающих этносов, но для того времени это были неплохие цифры, позволявшие народу надеяться на продолжение своей истории.
Однако к концу XIX века картина изменилась очень существенным образом. Численность кыргызов в России составила около 200 тысяч человек, калмыков – 190 тысяч, каракалпаков – 100 тысяч. Несколько десятков тысяч потомков джунгар, смешавшихся с халха-монголами и потомками калмыцких беглецов 1771 года, проживали на территории Цинской империи. Зато казахов в это время только в пределах Российской империи насчитывалось около 4 миллионов человек. То есть численность казахов за неполных два века увеличилась как минимум в 10 раз!
Но вовлечение степняков в капиталистические отношения породила не только позитив, но и ряд проблем. Одной из них была барымта. Проблему нужно рассматривать как первоначальное накопление капитала в степи.
Те роды степняков, что кочевали возле русской пограничной линии, имели преимущества, так как пути осенних кочевий заканчивались у русских торговых факторий. Те же рода, которые кочевали в глуби степи, вынуждены были добираться до пограничной линии через чужие кочевья, путь был длинным и опасным, так как на всем своем пути они подвергались нападению батыров-барымтачей. Процесс этот приобрел массовый характер, барымтой никто не брезговал, мало того это приветствовалось как храбрость.
Не брезгал барымтой и будущий казахский хан Кенесары. Султан Кенисара Касимовъ происходил от предков султана Аблая. Это был человек решительный, энергичный; воспитанный в правилах наследственной мести, он был жесток с побежденным врагом, до изуверства. Участие с раннего детства в набегах и барантах образовало из него отличного наездника; а бегство, в случаях неудачи, в безкормные места степи, закалило его дух во всевозможных лишениях, и сделало его выносливым не хуже верблюда. Стремительный в своих набегах, подобно всесокрушающему степному урагану, он не останавливался ни перед какими препятствиями. Напротив, всякая преграда, казалось, только раздражала его непреклонную волю и делала его еще стремительнее и более дерзким в своих предприятиях, до тех пор, пока, наконец, не сокрушились перед его энергией все препоны на пути к достижению желаемой цели.
Все эти качества высоко чтились в Кенисаре нашими кочевниками и сердца его соучастников бились безграничною, до самоотвержения, преданностью к своему предводителю; в нем было что-то невольно привлекавшее его соплеменников…
Все эти набеги, барымта, отъем скота вели к обнищанию степняков и обогащению отдельных родов. Запись по этому поводу есть в Энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона.
Байгуши— составляют среди киргизов как бы особую касту нищих. Этот класс киргизского населения обязан своим возникновением нескончаемым родовым распрям (барантам), которые так свирепствовали в киргизских степях. В начале нынешнего столетия Б. доходили до такой крайности, что за самую ничтожную плату продавали своих детей в азиатские владения или на оренбургскую линию. Стремясь к облегчению их участи, правительство предлагало Б. переселиться во внутренние наши азиатские селения и каждому переселенцу предоставляло 10-летнюю льготу от всех повинностей и по 100 руб. ассигнациями на обзаведение. Но большинство Б. не воспользовалось этой милостью; привыкнув к праздной кочевой жизни, они предпочитали ходить толпами по линейным селениям, крепостям и городам, в рубищах, с детьми, большей частью нагими, и вымаливать милостыню. Нередко они впадали в хищничество и присоединялись к степным киргизам, делавшим набеги на нашу линию. Такому порядку вещей положен был конец с прибытием в 1817 г. в оренбургский край нового начальника, генерала Эссена. Для прошения милостыни в линейные селения велено было пускать только детей, не старше 10 лет; всем киргизам воспрещено было приближаться к линии ближе 15-ти верстного расстояния; линейным казакам разрешено было нанимать киргизов в работники, но под своей ответственностью за поведение их и с согласия их старейшин, для чего, и приказано было выдавать киргизам от оренбургской пограничной стражи особые билеты. Конечно, из киргизов только Б. шли в работники. В настоящее время число их доходит до 10000. Они ютятся в грязных аулах, разбросанных по правому и левому флангам Сибирского казачьего войска и состоящих из ветхих юрт, которые на зиму обносятся камышом и заносятся снегом, что единственно защищает их жалких обитателей от холода и ветра. Аулы эти расположены около казачьих селений, где Б. нанимаются в работники, а летом пасут обывательский скот, за что получают от общества ничтожное денежное вознаграждение и разрешение собирать по праздникам подушное, т. e., другими словами, вымаливать милостыню. Подавленные нищетой и дикостью, неприхотливые в одежде и пище, Б. не брезгуют и падалью: павшая корова или лошадь составляют для них праздник. Можно сказать, что степные киргизы смотрят на Б. хуже, чем на собаку. Они образуют как бы особую касту, которая резко отличается от остальных киргизов по языку, обычаям и религиозным верованиям. Трудно сказать, к какой религии принадлежат Б.: они не исполняют никаких намазов, не знают молитв, не посещают мечетей, не соблюдают омовений, а о Боге и пророке его Магомете имеют самые превратные представления. Зачастую они поклоняются разного рода неодушевленным предметам. Понятия их о нравственности, праве и собственности самые примитивные. Б. доставляют главный контингент конокрадов, которыми так обилуют окраины Акмолинской и Семипалатинской областей. Другие преступления среди них редки. Байгуши иногда называются джатаками, т. e. бедняками.
Для уменьшения влияния барамты на экономику степняков, русское правительство было вынужденно создавать все новые и новые торговые фактории внутри степи. Эти торговые фактории, защищенные гарнизонами, сделали рынки сбыта степнякам более доступными и близкими. Так появились Иргиз, Тургай, Каркаралинск, Кокчетав, Акмола…..
В следующий раз, мы поговорим о джатаках.