Кто победил, кто побежден?
Боевой путь Жанша Жанасов начал осенью 1944 года в составе первого Белорусского фронта, в который входила третья ударная армия. Первому Белорусскому фронту досталась громкая слава, навсегда вписанная в учебники по истории — войска 1-го Белорусского брали Берлин.
Интересны его слова о войне:
"До сих пор потери в этой войне точно неизвестны. Официальная статистика говорит, что погибли почти 27 миллионов человек, некоторые историки утверждают, что в два раза больше. А как посчитать, сколько горя принесла война в каждый дом, если даже по количеству убитых цифры не сходятся? Победа досталась слишком дорогой ценой", — говорит фронтовик.
А действительно, сколько вообще пострадало человек, мирного населения? Эта цифра весьма ужасна. Погибали женщины и дети. А сейчас это праздник. Многие радуются. Полагаю, это для многих неизбежная цена "победы". Только вот такую цену снова и снова платить никому не хочется.
"Вы спрашиваете, почему фронтовики не любят говорить о войне, а потому, что это была жестокая и несправедливая война. Все хотели жить, но у всех был приказ убивать… Если ты призван в армию, ты должен выполнять волю своего командира. Встал в строй и уже не задаешь вопросов: куда идем, зачем идем. Вперед надо идти и только вперед, если не дан приказ отступать, — говорит Жанасов. – А в последние дни войны, когда Победа была совсем близко, всем особенно хотелось выжить, но выжили не все. Когда твой товарищ погиб, а ты выжил, вспоминать об этом совсем не хочется…".
Фронтовик Булат Окуджава о песне "нужна одна победа", и отношении к войне:
- Песню написал не я, а как бы некто, находящийся в окопах. Она могла тогда родиться, такая песня. Да, за ценой не стояли, действительно. Это не мои слова и не моя точка зрения. У меня была задача написать песню от имени кого-то, сидящего в окопах. А вообще, если говорить об отношении к этой войне, ну, что говорить, я был очень советский молодой человек, добровольно ушел на фронт, сражался с фашизмом, остался жив, вернулся, многое пересмотрел, вдруг понял, что если отбросить слово “фашизм”, то это были две одинаковые системы, которые вели между собой конкурентный спор. Две тоталитарные системы. Ну, чисто внешняя разница была, кончено. Там была свастика, а здесь были серп и молот. Там был бесноватый фюрер, а здесь был гениальный вождь всех народов. Там ненавидели евреев откровенно, а здесь кричали о своей любви к евреям и тихонечко их уничтожали. Вот эта разница была. А в принципе, две одинаковые системы столкнулись. Я стал это понимать, конечно, после войны, значительно позже. Поэтому я считаю, что великой войной эту бойню называть нельзя, это неприлично. Бойня не бывает великой. Если отнести слово великая к размерам, то это другое дело.
Год назад я уже писал о том, что любая война это уже проигрыш, там нет победителей. В мире не ушла война, люди все также ненавидят друг друга. И сейчас видно, как поколение, которое трезво рассуждало о войне, просто уходит. Историческая память стирается и виднеется "блеск", который служит порой в интересах тем, кто не воевал.
Сегодня сосед радостный, он несет закуску и горячительное, а таки , повод порадоваться и выпить за ветеранов, за победу и за жизнь. Включив на полную мощь свою акустику, приступил радоваться празднику с закадычными друзьями. Только вот, если ему поменять на репертуар памяти о войне, то вряд ли алкоголь полезет под улыбку, да или вообще полезет:
Интересно, как сейчас приверженцы многих религий думают, как на войны смотрит Бог? Его творения миллионами убивают друг друга. Радуется ли этому Бог? А если нет, чему радуется его поклонник?