Кто обучит казахстанских учителей?
Катастрофическая ситуация с казахстанским средним образованием - общеизвестный факт, который уже много лет является предметом горячих и горестных дискуссий. Однако даже на этом фоне сухие статистические данные неприятно впечатляют.
В исследовании PISA-2015 (тест, оценивающий грамотность школьников в разных странах мира и умение применять знания на практике), из нашей республики участвовало 5780 учащихся в возрасте 15 лет, 189 школ и 27 колледжей из 14 областей, а также Нур-Султана и Алматы. Казахстан занял 42 место среди 72 стран-участниц. В 2018 году мы оказались на 69-м месте из 77 стран. Наш средний показатель составил 403 баллов, в то время как аналогичный коэффициент среди государств Организации экономического сотрудничества и развития – 488. Самый высокий в этой когорте ожидаемо оказался у Китая – 579 баллов.
Очевидно, что проблема имеет системный характер и слабым звеном является одно из самых главных — учителя. Закон «О статусе учителя» ожидаемо остался красивой и пустой декларацией, не содержащей в себе конкретных мер и чётких механизмов которые бы позволили реально повысить квалификацию наших педагогов.
В ноябре прошлого года более половины казахстанских учителей (44,5 тысячи из 73 718) сдававших квалификационное тестирование, не прошли проверку на элементарное знание собственного предмета. Оказались неспособны грамотно написать сочинение, ответить на вопросы по истории или решить математическую задачу.
Вопрос о том, кого могут выучить и воспитать такие горе-специалисты, нельзя назвать даже риторическим. В нём вообще нет нужды.
Словом, ничего нельзя изменить в отечественной школе, не поменяв коренным образом систему подготовки педагогических кадров.
Подавляющее большинство казахстанских школьных учителей категорически не вписывается в современность. Солженицын в 60-х годах прошлого века отмечал катастрофическое падение престижа учительской профессии. Если в первые десятилетия массового среднего образования статус педагога имел едва ли не сакральный статус и рассматривался как высококвалифицированная и хорошо оплачиваемая профессия мечты, то уже к середине века этот ареол померк. Навыки, знания и уровень культуры, которыми раньше могли похвастаться весьма немногие, стали доступны миллионам.
На этом фоне образ школьного учителя (а чаще учительницы - малооплачиваемые профессии, как правило, стремительно феминизируются) стал синонимом едва ли не лузера.
Опять-таки, известный писатель фиксировал эту тенденцию более полувека назад. В настоящий момент, именно в постсоветской средней (во всех смыслах) школе эта ситуация, как видим, приобрела характер социального бедствия.
Ученики ежедневно видят перед собой загруженных непосильной работой, задерганных бюрократическими отчетами, усталых раздражительных дам, чей культурный кругозор не выходит, как правило, за пределы телевизора или ленты в «Одноклассниках».
Казахстанский учитель беден, плохо-образован, обременен уймой мещанских предрассудков и обывательских привычек, которые будучи вполне извинительны для рядового гражданина, входят в тотальное противоречие с должностью, которая прямо предполагает далеко не рядовые качества.
Таким людям попросту нечего предложить своим подопечным, многие из которых сейчас способны учиться самостоятельно, находить информацию, осуществлять фактчек, быть в курсе передовых трендов.
Школьный учитель английского, если не обладает исключительным знанием языка, собственной оригинальной методикой и яркой харизмой (и какой ему тогда интерес работать в обычной государственной школе с царским окладом в несколько сотен долларов?) будет лишь бледной и скучной копией великого множества онлайн курсов или бесплатных диджитал-приложений, которые доступны любому ребенку, у которого есть смартфон. Немалое число современных школьников владеет языком Шекспира лучше, чем профильные педагоги.
Аналогичным образом подросток, читающий на досуге (или даже во время тоскливого урока) Хокинга, возможно превосходит своими знаниями о квантовой физике учителя, у которого нет ни свободно времени на чтение, ни денег на покупку модного научпопа.
Примеры можно множить, но очевидно, что в эпоху безлимитного интернета, Ютуба, сетевых библиотек, торрент-трекеров, открытых лекций лучших мировых университетов и все более совершенствующегося гугл-переводчика — усталый неудачливый филистер, что-то уныло бубнящий перед грязной грифельной доской выглядит и является бесполезным реликтом.
Кстати, уже давнее и нередкое явление, когда учителя сами признают своё бессилие перед левиафаном цифрового мира и пытаются хоть как-то приспособиться в новой среде. Преподаватели литературы, отчаявшись уговорить учеников прочесть произведение хотя бы в сокращении, во время уроков устраивают кинопоказы экранизаций классики.
Физики, историки и биологи ставят документальные фильмы по своим темам. То есть роль современного учителя может свестись к должности своего рода диджея. Который, однако, в ситуации любого форс-мажора вновь демонстрирует лишь бессильное отчаяние и жалкое дилетантство.
Конечно, это проявилось и сейчас, когда все школьники нашей страны находятся в домашней изоляции на дистанционном обучении.
Все оказалось даже хуже, чем можно было предположить. Интернет ресурсы, через которые планировалось это осуществлять, оказались плохо работающими и в принципе недружественными к пользователю, с чудовищным дизайном и неудобным интерфейсом (kundelik.kz). Вишенка на торте - их засоренность коммерческой рекламой, в том числе 18+
Учителя оказались неспособны объяснить родителям принципы работы этих техно-чудес, поскольку сами не смогли ими воспользоваться. По всей видимости, учить своих отпрысков гражданам придется самостоятельно, в меру своей компетенции и уровня культуры.
Сейчас звучит много разговоров о том, что пандемический кризис должен стать для нас жестоким и отрезвляющим уроком, заставить пересмотреть свои взгляды и научить работать по-новому.
Некоторый повод для оправданности этих надежд даёт и вчерашнее выступление президента на заключительном заседании государственной комиссии по обеспечению режима чрезвычайного положения. В частности, он заявил, что: «Образование следует сделать гораздо более гибким, следует разработать протоколы и методики обучения детей и студентов в удаленном режиме, завершить реальную цифровизацию всех учебных заведений страны».
А кроме того, подчеркнул необходимость форсированно внедрять современные дистанционные технологии: «Предстоит пересмотреть содержание образовательных программ, сделать их доступными и интерактивными. Подготовка самих педагогов должна осуществляться с учетом новых требований», - указал Касым-Жомарт Токаев.
Будем надеяться, что именно кризис, как это часто бывает в истории, станет отправной точки для радикальной реформы все системы. Казахстану 21 века явно нужна другая школа, иные методы обучения и соответствующие им педагоги.