Константинополь наш
Случайно попалась на глаза статья из старого журнала («Наше наследие») С. Булгакова (из сборника «На пиру богов»), отражающая «брожение умов» в среде русской интеллигенции ровно 100 лет назад. События, всполошившие интеллектуальную элиту, до странности напоминают нынешние политические события в Европе, неоднозначное (полный consensus) к ним отношение русских мыслителей. «Отторгая южную Россию, немцы крепче спаивают ее со всем южным и западным, австрийским и балканским славянством, сливают славянские ручьи в русском море еще вернее, чем мы это умеем. А уж остальное довершит логика вещей, и объединенное славянство, свергнув иго германства, стихийно докатится и до Царьграда. И исполнится предвестие Тютчева…». И Достоевского «Еще раз о том, что Константинополь рано или поздно должен быть наш» (из «Дневника писателя»). Царьград – славянское название Константинополя (Стамбул) – был центром православия до завоевания его турками в 1453 году. Православный мир болезненно переживал надругательство над его святыней – поверженным крестом с храма Святой Софии и реконструкцией храма в мусульманскую мечеть Айя-София – и долго не мог смириться с этой утратой.
До революции через горячее увлечение русской интеллигенции немецкой философией (кантианство, штейнерианство) старая Германия имела широкий доступ к русской душе. «Интеллигенция погубит Россию» – сокрушались кадровые военные царской еще армии, изумляясь капитулянтским настроениям в рядах идейных шпаков. Отдать немцам юг России, а затем снова вернуть – немыслимо! Может быть, ленивый русский мужик и нуждается в немецком фельдфебеле для воспитания в нем дисциплины, но пугает перспектива полного растворения и поглощения, резонно возражали германофилам военные.
«Немцы мордуют раду, – злорадно писал в своем дневнике Бунин. – «Самостийность» им (украинцам), кажется, уже больше не нужна». А в апреле 1918-го немцы разогнали центральную раду на Украине и создали марионеточное правительство во главе с генералом (гетманом) Скоропадским. История повторяется снова и снова. Надо бы пустить «утку» для украинских попов, что после сближения с поляками и немцами церковь у них снова будет униатской. Хотя, как верно замечает С. Булгаков, различие в догматах веры католической и православной церкви всего лишь повод для борьбы «князей церкви» за мировое господство – теократию по образу священной империи.
Стихотворение «Славянам» Тютчев предваряет эпиграфом – угрозой немцев: «Man muss die Slaven an die Mauer drucken» («Славян должно прижать к стене»). Что они сейчас, похоже, и намереваются сделать буквально. Дабы «прижать славян к стене» (выражение, наверное, соответствует русской идиоме «прижать к ногтю»), немцы-австрияки и прочие долбили Балканы в 1914 году, бомбили в 1999-м и до сих пор упорно продолжают гнуть свою линию.
Впрочем, уже в то время находились трезвые головы, склонные объяснять интерес к Балканам русской и немецкой буржуазии более прозаическими причинами, а именно прагматичным желанием завладеть черноморскими проливами. Капитал давно уже обрел статус наднационального, и государственность для него становится узами, от которых он стремится избавляться, он тоже желает «самоопределения». Капитализации мира (идолопоклонству «желтому дьяволу», или «золотому тельцу»), по моему разумению, должна дать решительный отпор высоконравственная, высокодуховная интеллигенция с новым религиозным мышлением («не хлебом единым сыт человек»).
Как показала история, в споре славянофилов и западников победила не славянская византийская, а большевистская идея. С большой натяжкой, но все же можно сказать, что это западный путь развития. Социалистическая идея, вульгаризированная большевиками, проникла в Россию с Запада, а точнее – из Германии. И опять она ловит рыбку в мутной воде.