Кому сигналят российские учения в Душанбе?
Традиционные военные учения с участием военных Таджикистана и России на юге Таджикистана имеют стандартный сценарий борьбы против терроризма. Однако в некоторых российских СМИ ставится под сомнение доверие к Китаю, сделан намек на то, что они могут являться сигналом со стороны России в адрес Таджикистана и Китая.
Так, в «Независимой газете» прошел материал политолога Александра Князева в рубрике «Карт-бланш» под названием «Китай приступает к созданию военного альянса в Центральной Азии». Автор сообщает о том, что после встречи в Пекине министра внутренних дел Таджикистана Рамазана Рахимзода с министром общественной безопасности КНР Го Шенкунем через два дня уже в Душанбе встречались начальники генштабов Китая, Таджикистана и Пакистана при участии специального комиссара по борьбе с терроризмом и вопросам безопасности КНР Чэн Гопиня.
Непонятно, какую взаимосвязь между первой встречей полицейских министров двух стран и сборов глав генштабов увидел Князев. Однако он утверждает, что сразу же после совещания в Душанбе начальник штаба Народно-освободительной армии Китая (НОАК КНР) генерал-полковник Фан Фэнхуэй вылетел в Кабул. Собственно говоря, Россия держит военную базу в Таджикистане, потому имеет хорошие возможности для отслеживания всех передвижений руководителей этой страны.
Однако одно дело подозрительные перемещения больших чиновников стран Центральной Азии, но совсем другое дело – последовавшие за ними реальные решения. Что стало основанием для выведенного Князевым того подозрения, вынесенного в подзаголовке? Автор утверждает, что Пекин якобы ставит под сомнение эффективность ОДКБ и перспективы ШОС.
Князев и его начальники в Кремле могут обижаться, но эффективность ОДКБ вызывает сомнение не у одного Китая, но и самих членов блока, в том числе и Таджикистана. К перспективам ШОС перемещения военных чинов с большими звездами на погонах прямого отношения не имеют.
Итак, какие реальные решения последовали за всеми подозрительными в глазах Князева передвижениями военной и полицейской верхушки? Среди частных решений – создание совместного антитеррористического центра МВД РТ и Министерства обороны КНР в Душанбе и солидная китайская военная помощь афганским силам безопасности.
Действительно, выглядит нелогичным создание центра с таджикским полицейским ведомством и военным ведомством Китая. Россияне увидели в этом шаге попытку защиты инвестиций, вложенных в Таджикистан Китаем. А чего же они хотели? Чтобы Китай позволял России развязывать чужими руками гражданские войны в Таджикистане? Не для того мандарины долго и терпеливо обхаживали таджиков, чтобы русские бородачи взорвали или сжигали предприятия, несущие доходы в Поднебесную.
Россияне думали, что наличие в Таджикистане 201-ой военной базы РФ делает Москву единственным гарантом устойчивости режима Эмомали Рахмона, надеясь, что в любой момент смогут шантажировать Душанбе. Поэтому появление конкурента в роли внеплановой «службы безопасности» из Китая отнюдь не радует обитателей Кремля.
Особенно напрягает Москву подключение к системе стабилизации Таджикистана Пакистана. Ведь Москва до сего дня успешно шантажировала Душанбе возможными атаками боевиков с севера Афганистана, ссылаясь на то, что «плохие парни» с бородами и автоматами проникают из Пакистана. И тут Исламабад берется за решение этой проблемы.
Князев с огорчением пишет о том, что Пакистан пустил на свою землю на постоянной основе воинские части Китая, для защиты китайско-пакистанского экономического коридора, ведущего из порта Гвадар в китайский Синьцзян. Для соседней Индии, воевавшей с Китаем, это вовсе не добрый знак.
Еще одной базой для сближения Китая, Пакистана, Афганистана и Таджикистана является наличие во всех четырех странах исмаилитов. Точно так же, как курды, исмаилиты стали символом сепаратизма. Москва играет с исмаилитами, при необходимости разыгрывая из себя их друзьями.
Александр Князев делает достаточно жесткий вывод из подозрений о формировании военного альянса указанной чуть выше четверки. Дескать, этот альянс дезавуирует РАТС ШОС, не говоря про ОДКБ. Поэтому учения на юге Таджикистана с участием ВКС России являются своего рода четким сигналом в сторону Китая и самого Таджикистана.
Напомним, что на авиабазу Айни в Таджикистане прилетели также бомбардировщики-ракетоносцы Ту-22М3, которые относятся к дальней авиации. Непонятно, каким образом они будут использоваться в локальном антитеррористическом учении в Таджикистане. Действительно, это скорее напоминает демонстрацию силы в отношении Китая.
В любом случае, эта «игра мускулами» военных России и Китая не прибавляет стабильности региону Центральной Азии.