Когда я на почте служил ямщиком... Часть вторая
Интересно. Всего месяц как я публикуюсь на Юви. Сколько узнала о себе за это время! И сколько различных мнений о том, зачем я это делаю, высказали люди.
Не ищите скрытых смыслов. Не напрягайтесь. Не пытайтесь приклеить ярлык. Некоторые люди делают то, что делают лишь потому, что им этого хочется. Все.
Я отношусь к числу именно таких людей.
Комментариев к первой части рассказа о моей работе на «Казпочте» много. Полдня ушло на ответы. Больше не имею ни желания, ни возможности отвечать.
Я не делаю себе имя на этом ресурсе, не зарабатываю ни «очков», ни денег. Я просто пишу о том, о чем мне хочется написать. Пожалуйста, люди, не нужно додумывать за меня. И переиначивать мои слова. И вкладывать в них какой-то другой смысл. Это мои мысли и мои слова. И за каждое свое слово отвечаю.
Можно я буду просто писать. А вы – читать. Если это интересно, конечно. Я еще подведу итоги, не беспокойтесь, все объясню.
Конечно, в моих повествованиях есть смысл, иначе я этим бы не занималась. Но, пожалуйста, потерпите еще самую малость, я сама все расскажу.
«Казпочта», продолжение.
После первого, промежуточного отчета в головной компании, вдохновилась и с новыми силами двинулась на абордаж. Да, это так и выглядело.
Я очень люблю «Последнего Самурая». Плачу каждый раз, но все равно смотрю. Помните, как самураи со своими мечами шли в бой против вооруженных огнестрельным оружием противников? Мы так и шли. Тоже – горстка смельчаков.
После моих первых «выступлений» на планерках, «команда-противник» напряглась и вооружилась. Вся инфраструктура «Казпочты» была противопоставлена мне и моим немногочисленным сторонникам. Вся!
Но меня, как бегущего бизона, было уже не остановить. Это не было инерцией. Это была осмысленная борьба. За справедливость.
Я начала анализ использования средств, выделяемых из республиканского бюджета на реализацию программы развития почтовой отрасли. Вот это был сюрприз!
Представьте себе, каждый год в рамках этой самой программы, из республиканского бюджета выделялись деньги на строительство почтовой инфраструктуры. В советское время почта была везде, но за 10-15 лет многие помещения были приватизированы и «Казпочта» осталась с очень скудной инфраструктурой. В каких-то регионах помещения были сняты в аренду. История, как и с детскими садами. Почему их сейчас дефицит? Правильно! Потому что в свое время многие детские сады, построенные в советский период, были приватизированы. То же самое случилось и с помещениями «Казпочты».
Так вот, из бюджета выделялись средства на строительство отделений почтовой связи. Использование этих средств я и стала проверять. Собственно говоря, целью была инвентаризация. Нужно было понять: чем располагаем.
К своему ужасу я обнаружила, что часть на бумаге сданных помещений существует тоже – только на бумаге. Деньги освоены, а помещение не построено. Когда спрашивала директоров филиалов – зачем подписывали акт выполненных работ? Ведь платежи осуществляются только после подписания таковых. Отвечали все то же: «Руководство вынудило». Сказали – либо подписывай акт, либо пиши заявление на увольнение. Все просто.
И таких «миражей» по Казахстану было множество.
За время, что шло исследование существующего положения, баталии на уровне Правления продолжались. Было много споров, при этом аргументов против моих доводов не было никаких. Кроме ора, разумеется. Лейтмотив был такой: «Лучше не лезьте, вам же хуже будет!»
Когда делали карту рисков, выяснилось, что потери компании – это в основном воровство. При этом – сотрудниками компании в первую очередь. Ну и грабежи. Бедных почтальонов грабили по всей стране, как грабили и инкассаторские машины.
На втором месте оказались потери от курсовой разницы. Это «Казпочта» так пыталась зарабатывать, размещая активы.
Я думаю, что множество очень и не очень хитрых схем было придумано за все время существования этой организации. В основном по отъему денег. И думаю, что Остап Ибрагимович Бендер со своими четырьмя сотнями сравнительно честных способов отъёма денег у населения нервно курил бы в сторонке.
А «зависания»? Когда приехали в Астанинский почтамт, был день выдачи пенсий. Я тогда представила себе, что когда стану старенькой (если повезет, конечно) буду вот так толкаться в очереди за своей пенсией. Старики ругались и крыли матом «Казпочту». Надо сказать – заслуженно.
Старые люди, многое повидавшие, в том числе кризисы финансовой системы, даже не успели приобщиться к системе пластиковых карт. Я спрашивала у них, зачем стоите в очереди за деньгами, можно же через любой банкомат деньги обналичить, ну или платить с карты? Они говорили: нет, деньги надежнее, карточкам не доверяем. Их ли это вина? Конечно, нет. Вот и стояли в очереди по полдня, чтобы заодно и квартплату оплатить.
На беду астанинского филиала именно в тот момент, когда мы приехали к ним, система зависла. Зависания эти были связаны с тем, что мощностей серверов не хватало на всю обширную сеть филиалов «Казпочты». На самом деле, у этой нацкомпании самая большая филиальная сеть. И серверы, как, собственно, и вся техника должны были быть наикрутейшими, наимощнейшими.
Там же, в той поездке в Астану обнаружился еще очень интересный факт. У Астанинского почтамта был такой, знаете, склад. И что-то нужно было на этот склад разместить, это мне руководство филиала рассказывало. Так вот, это оказалось невозможным потому, что он, этот склад, был набит до отказа оборудованием для казино! А оборудование для казино принадлежало уже известному вам товарищу Вагнеру, тому самому представителю «Казпочты» в Астане, который так жаловался на плачевное состояние дел в почтовой отрасли.
Оказалось, что у него были казино и когда был принят закон об их закрытии, ничего лучшего, чем складировать оборудование на складе почтамта – он не придумал. Да и зачем? Хозяин – барин! Знаете, я ничего не смогла сделать, чтобы освободить этот склад для использования по прямому назначению…
Помню, как меня пытались убедить в том, что «Казпочте» очень-очень нужна реклама. Интересно то, что департамент, который был «подо мной» назывался как-то странно – департамент стратегического планирования и маркетинга. Могу ошибаться, конечно, но суть была именно в этом. Стратегия и маркетинг? Клево да! Прямо как стратегия и делопроизводство!
Говорю – чего нам рекламировать то? И, собственно говоря, я совсем не уверена в том, что дышащая на ладан инфраструктура «Казпочты» справится с клиентским потоком. С существующим-то еле справляемся.
ЕМС тоже – отдельная история. Сейчас, судя по комментариям, все налаживается. Но тогда…
Я отправила себе посылку через ЕМС. Она до меня так и не дошла. Люди ругались на чем свет стоит! ЕМС по стоимости был дешевле, чем DHL и многие отправляли свои письма ЕМС-ом именно из-за его цены. Однако, помыкавшись, шли в офис конкурирующей компании. Тогда уже внедрялись инструменты для отслеживания отправлений. Мне даже пытались показать, как это работает. Но у меня всегда были и будут свои тесты – я проверяю на себе. Вот потому-то и отправила письмо сама себе. И не дождалась его.
Вообще, почта очень нужная и важная организация. Это, на мой взгляд, всем понятно и без меня. И она сегодняшняя, по сути, мало чем отличается от той, что функционировала в советское время. Те же почтовые соглашения на межгосударственном, к слову, уровне. Те же, в большинстве случаев, стандарты качества, главный из которых – срок доставки отправления до получателя.
Вот финансовые услуги…
Знаете, в комментариях один из сотрудников Эрнста написал, что отделение финансовых услуг от почтовых и выведение их в отдельную структуру, такую как «Казпочтабанк» - стандартная для развитых стран ситуация.
Я вот сейчас живу в Турции. И здесь PTT (почта-телефон-телеграф) работают в том же формате, в котором работала еще советская почтовая система. Здесь финансовые услуги от почтовых не отделены. Просто все сделано по уму. Ну, это так, к слову.
Так вот, с финансовыми услугами все совсем сложно было. Тогда, в кулуарных разговорах, коллеги рассказывали, что все задержки с выплатой пенсии и все «зависания» были нужны именно для того, чтобы можно было использовать те пенсионные средства, которые поступают на счет «Казпочты». Любой банкир был бы рад, даже счастлив, попользоваться такой ликвидностью. Как мне говорили, в день поступления пенсий, руководству «Казпочты» заносился чемоданчик наличности. День-два, в которые можно пользоваться такими огромными деньгами для любого банка – это очень хорошая возможность подзаработать. Овернайт, например? Чем ни приработок?
Для того, чтобы подтвердить или опровергнуть эти, по секрету высказанные предположения, нужно было получить соответствующие справки из Нацбанка, однако этого сделать мне не дали. Потому я не могу утверждать однозначно, что такие факты имели место быть.
В общем, стратегию мы написали и даже почти согласовали ее с Советом Директоров. Был в те годы очень молодой и очень толковый зампред в АИС, с которым мы эту самую стратегию и дорабатывали.
Когда я вынесла ее на рассмотрения Правления, Молдагалиев закатил самую натуральную истерику. С разбрызгиванием слюны и размахиванием руками. «Вы что, собрались это на Совет Директоров выносить???»
Я тогда возразила – от кого скрывать? И, главное, к чему. Если в отрасли есть проблемы, не наша ли с вами и Совета Директоров задача их решать? Вот ведь, дурочка-снегурочка…
Шеф помог «дотащить» сей документ до Самрука. А там...
Прихожу в один из департаментов для согласования. Надо же было еще и с соответствующими департаментами Самрука согласовать стратегию. Так вот, прихожу и вижу картину: трое молодых совсем людей рубятся себе в какую-то «стрелялку». При том все так – по-взрослому! Наушники такие на ушах, кресла такие, знаете, удобные. Прямо филиал компьютерного клуба! В углу сидит одна единственная, случайно уцелевшая сотрудница, которая одна и работает. Самое интересное, что в числе тех самых «игроков» и директор департамента.
Как жутко стало! Спрашиваю: как вы такое терпите! Как можно работать в таких условиях? А что делать, отвечает, у меня дети, родители, кредиты, приходится терпеть и работать за всех…
Совет Директоров «Казпочты» состоял в основном из иностранных специалистов. Каждый из них получил по экземпляру проекта стратегии. И каждый в первом прочтении был сначала в легком шоке, потом в афиге, а потом, вероятно, им стало понятно, что сделанные нами выкладки, выводы и предложенные меры грозят им, и не только им, неприятностями.
Сейчас я понимаю, что сама того не ведая, я вторглась в очень давно и мощно отлаженную систему. До какого-то определенного времени, пользуясь поддержкой шефа, я смогла делать то, что делала, дальше включился сигнал «Стоп». Я успела вынесли проект Стратегии на рассмотрение Совета Директоров. Мы провели несколько совещаний, на которых меня и хвалили и ругали. Хвалили публично, ругали – кулуарно.
Представьте себе людей, которые несколько лет входят в состав Совета Директоров национальной компании. Иностранцев, для которых репутация – не пшик! Так вот, выясняется, что за то время, что они входили в состав СД, в компании творились такие «неприглядные» дела.
Допускаю, что они были не в курсе. Кто бы им, в самом деле, стал бы показывать реальное положение вещей? Кому это надо? Все чики-чики, как говорится. Отчеты такие себе – все положительные. Прибыль какая-то есть. Почтовые отделения – строятся. Бюджетные деньги – осваиваются…
Руководство «Казпочты» не собиралось сдаваться без боя. Пока я «дорабатывала» проект стратегии, они «обрабатывали» членов СД. В результате все просто заволокитили. Отложили утверждение документа до следующего заседания СД. Ну, типа, надо думать, оказывается в компании столько проблем, а мы и не в курсе…
Однако нужно быть справедливыми. Результатом того, что я сначала выяснила, а потом донесла до СД ситуацию на «Казпочте» стало увольнение Нуржана Абдымомунова. Я не знаю, ушел ли он по собственному желанию, либо это была «статья».
Шеф тогда первый год как был во главе «Самрука» и у него, как у руководителя, было много дел, он просто физически не мог помочь мне тогда. Это я сейчас понимаю. Тогда я просто обиделась.
Когда, навоевавшись вдоволь и бесполезно с системой, я просто заболела. Сначала пару недель приходила на работу после посещения больницы, мне делали «блокады». Застарелый и приобретенный еще на госслужбе остеохондроз и нервное напряжение дали о себе знать.
За это время мысль о том, что все мои усилия бесполезны все чаще и чаще посещала меня. Жирную точку в этом вопросе я поставила тогда, когда узнала о том, как меня «сделали».
Знаете, для того, чтобы войти в состав Правления финансовой организации, а «Казпочта» являлась и является таковой, необходимо пройти процедуру согласования в АФН. По-моему, оно сейчас упразднено. Я давно не слежу за конфигураций казахстанских органов власти. Так вот, требования к кандидатам были довольно четко сформулированы в соответствующих правилах: либо необходим стаж работы в органах управления финансовыми организациями, либо нужно сдать экзамен на знание отраслевого законодательства.
Стажа работы в финансовых организациях, за исключением 6 месяцев работы в «Казыне», у меня, конечно, не было. Я готовилась сдавать экзамен. Когда меня избрали в состав Правления «Казпочты», было направлено письмо в АФН с просьбой согласовать мою кандидатуру.
Стандартный срок рассмотрения таких документов – месяц. Думаю, что письмо из «Казпочты» в АФН ушло примерно через месяц после моего избрания, то есть в апреле. Я сейчас, конечно, до деталей не вспомню, да и важно ли это? Человек я жутко увлекающийся, на самом деле, если бы кто-то из сотрудников не задал вопрос: «Что-то ответ из АФН никак не приходит», я бы даже не вспомнила об этом. Когда вспомнила, посчитала, поняла, что как-то очень уж все затягивается. Стала звонить в АФН. Выяснилось, что письмо АФН было получено пару недель назад нарочным юристами «Казпочты». Упс!
С какой радости? С огромным трудом я вытребовала это письмо у юристов. Ответ был именно таким, как я и ожидала. Я не проходила по стажу работы в финансовых организациях и должна была сдавать экзамен. Однако «Казпочта», не теряя времени, написала письмо в Генеральную прокуратуру с просьбой разъяснить (!) сию норму. Прокуратура в своем ответе написала, что да, если у кандидата нет соответствующего стажа, нужно сдавать экзамен.
Юристы «Казпочты», насколько я понимаю сейчас, сидели и думали, что сделать для того, чтобы меня не утвердили. И единственное, что они придумали, это затянуть время. А везде лимит, сроки. То есть, если бы не кинулась, время бы прошло и мне, с полным на то основанием, сказали бы: «Дорогая, извините, сроки вышли, до свидания!»
Все произошло одновременно. Стратегия не прошла. С моим утверждением все затянулось. Телефоны прослушивались, за мной следили, в мое отсутствие входили в кабинет и рылись в бумагах. Обстановка накалилась до беспредела, по сути, это была война. К тому же я заболела.
Помню, как лежала в арендованной квартире, снова, как много лет назад, не могла подняться с постели и плакала от бессилия. Мне не на кого было рассчитывать и не было сил победить эту, сплотившуюся вокруг своей драгоценной кормушки, банду.
Шеф был в какой-то командировке, я не смогла до него дозвониться…
И тогда из Москвы приехал человек, с которым у меня были отношения еще до моего прихода в «Казпочту». Отношения были сложными. На момент нашего знакомства он был несвободен. Потому мы, собственно, и расстались. Так вот, вернувшись в Москву после нескольких лет работы в Казахстане, он развелся с женой и приехал ко мне в Алматы делать предложение. Наш роман – тема для отдельного повествования. Я, конечно, согласилась.
Когда я принесла Молдагалиеву заявление на увольнение, он не поверил своим глазам. Я ничего не сказала ему, он ничего не сказал мне.
Это, по большому счету, был мой побег. Мне до сих пор стыдно за то, что я ушла тогда. До сих пор!
Я проработала на "Казпочте" всего четыре месяца и сдалась.
Отважная женщина, главный бухгалтер "Казпочты" после моего ухода собрала пресс-конференцию. Её с "грохотом" уволили из "Казпочты" за то, что она отправила акционеру отчет, составленный аудиторами. В этом самом отчете как раз и было отражено то самое "красное сальдо", о котором я писала выше.За это ее уволили и она собрала пресс-конференцию.
Надо сказать, что мой приход, а затем и то, чем я занималась, вдохновили некоторых людей в "Казпочте". Люди поверили в то, что перемены возможны. Помню, как один из сотрудников, который очень болел душой за "Казпочту" пел тогда: "Я - волна, новая волна!"...
Потом, насколько я знаю, группа сотрудников "Казпочты" написала огромную жалобу, в которой были описаны все происходившие в этой организации ужасы.
Какая-то волна все же пошла. Было ли это во благо? И было бы лучше, если бы я осталась и вместе с Гульбаршин была на той самой пресс-конференции?
Думаю, что было бы лучше. И надо было бороться дальше.
В который раз говорю себе: "Бота, история не знает сослагательного наклонения. Что сделано - то сделано". Но душа болит до сих пор.
И стыдно за свое дезертирство.
Это, по большому счету, была борьба добра со злом. И я покинула поле боя...
Я уехала в Москву и свой 37-й день рождения встречала уже в Первопрестольной. Моя свекровь, как и мой муж, были и остаются врачами. Они меня подлечили, обогрели и приласкали. Благодарна им обоим и всю жизнь буду благодарна.
Однако, как выяснилось впоследствии, «Казпочта» не из тех структур, которые «прощают». Через несколько месяцев после моего увольнения, я получила письмо из «Казпочты», было оно весьма странного содержания. Меня обвинили в том, что я сняла со счета корпоративной карты 1 700 000 тенге! О как! Пишу им: ребята, вы мне объясните, будьте любезны, как можно снять столько денег с карты, лимит которой составляет 300 000 тенге? К тому же, писала я, знаю я ваших айтишников, которые умеют списывать деньги со счетов членов Правления. Разберитесь, пожалуйста, потом пишите мне.
«Друзья», к которым я обратилась с вопросом: «Что за фигня?», сказали тогда: «Бота, не волнуйся, разберемся, ты же понимаешь, что это такая форма мести». Я и не волновалась. Периодически мне писали и слали письма с требованием погасить задолженность, каждый раз я отвечала в том же духе. В какой-то момент письма перестали приходить. Я тогда решила, что могу не волноваться про это и успокоилась.
Весной прошлого года умер мой младший брат и я прилетела в Алматы хоронить его. Когда проходила паспортный контроль в аэропорту мне сказали: «Вы знаете, мы вас не выпустим из Казахстана, по решению суда за вами числится задолженность почти 2 млн.тенге. По иску «Казпочты».
Я тогда была в невменяемом состоянии. Страшнее, чем потерять младшего брата, на мой взгляд, только потерять ребенка. Детей у меня, увы, нет, так что сами понимаете. Мне тогда все было по барабану. На фоне смерти близкого человека, все как-то меркнет...
После похорон я начала осознавать произошедшее. Созвонилась с судебным исполнителем, оказалось, что «Казпочта» подала на меня в суд и выиграла его. Классно так! Я об этом понятия не имела. Оказывается, если тебя вызывают повесткой сколько-то раз (я не помню сколько) и ты не являешься, судебное заседание может пройти без твоего присутствия. Я тогда думала: ну ладно, без меня меня, как говорится, женили. Но решение суда могли бы и прислать так же по электронной почте, как слали и письма с требованием вернуть деньги. В таком случае я могла бы опротестовать решение, могла бы защитить свое имя…
Дай Бог здоровья друзьям, настоящим, каковые у меня все-таки есть. Заняли денег, помогли срочно исключить меня из списка должников, и я улетела домой, в Аланию.
Самым ужасным для меня был тот факт, что оплатив этот «долг», я словно бы признала свою вину. Можно было бы опротестовать решение суда, наверное, но у меня не было на это ни сил, ни желания.
Все в моей жизни приходит «кучно». Улетая хоронить брата, я взяла с собой все деньги, что мы с мужем откладывали. Я – единственный, более-менее материально обеспеченный человек в нашей семье. Муж в то время был в командировке. Когда он узнал об этом, был очень недоволен, это мягко сказано.
Состояние было… Брат умер, муж ругается, что истратила все накопления, влезла в долги, чтобы заплатить «долг»…
И еще одну жирную точку я поставила тогда. После похорон брата встретилась с шефом. Он пригласил меня к себе, чтобы высказать свои соболезнования. Однако когда встретились и я, умываясь слезами, рассказывала ему о своем горе, в глазах его было пусто. Не было человеческого отклика. Я поняла тогда, что он пригласил меня к себе из вежливости. Наверное, мне нужно было отказаться. Не отнимать его время…
Так закончилась моя работа с шефом. Так закончилась моя работа на Казахстан.
В моей трудовой книжке есть две записи, которые греют мое сердце. В апреле 1991 года мне объявили благодарность за хорошую работу. Это время работы в милиции. В декабре 2000 года – наградили грамотой за «образцовое выполнение служебных обязанностей». Это период АСП. И две юбилейные медали храню я в своей шкатулке. Одну получила к 10-летию Конституции Казахстана, вторую – к 10-летию Астаны.
В 2005 году я получила служебную квартиру, не подлежащую приватизации. В 2007 году, кажется, акимат Астаны вывел ее из фонда неподлежащих приватизации квартир о чем уведомил меня письменно, и я приватизировала эту квартиру, выплатив за нее 30 тыс.долларов. Уезжая из Казахстана продала ее за 60 тыс.евро.
Это все, что я заработала за годы работы на госслужбе...
Я сейчас думаю, что все неприятности, что свалились на мою голову тогда - я заслужила. Это - расплата за мою трусость.И еще, это результат моей привычки оставлять на потом все, что касается меня лично.
Эту привычку я приобрела давно. Когда-то один умный человек сказал мне: "Бота, личные дела надо делать немедленно!" Так и есть. Только сейчас это понимаю.
Мне на ум иногда приходит такая аналогия. Нерешаемые дела имеют привычку скапливаться, как грязная посуда в раковине. Все начинается с одной чашки. Ставишь ее в раковину и думаешь: "Ну что из-за одной чашки начинать мытье, пусть соберется". В конце концов, твоя раковина наполняется "с горкой". Стоишь, смотришь на нее и уже как-то лень. Думаешь, нет, сегодня уже без сил, давай завтра.
Так и с делами. Отмахнулся от какого-то, типа, ай, потом, успею, сейчас много других дел. И понеслось...
Вселенная очень не любит бардака в делах. А в моих личных делах всегда был бардак. Все, что касалось работы - было на первом месте. Все, что касалось меня лично - на последнем. И до своих дел руки никогда не доходили. Мне нужно было сразу, не откладывая и не перекладывая ответственности на "друзей" решить вопрос с "Казпочтой". Нужно было! Но я этого не сделала.
Сейчас, когда с описываемых мной событий прошло уже шесть лет, которые я прожила словно бы в каком-то анабиозе, когда пыталась забыть все, что было со мной, пыталась притворяться домохозяйкой и женой, я поняла, что нельзя забывать. Нужно вспоминать, проживать, осознавать, принимать и брать ответственность за свои поступки на себя.
Этим и занимаюсь. Я не привыкла перекладывать ответственность на других. Удар держать умею. И держу. Хоть иногда и с трудом...
Завтра сделаю еще один рывок и подытожу все свои «мемуары». Ведь, в самом деле, я не от нечего делать писала их.
Нужно сделать очередной, очень непростой шаг. Шаг вперед.
Удачи, друзья! Хорошей пятницы!