Когда тебя не ждут...

Что такое жизнь без дома? Насколько часто мы задаемся этим воп- росом? Что делает человека «Человеком»? Нравственная или социальная принадлежность? И что есть дом? Человек или место?

Это история жизни конкретного человека, который пожелал остаться для нас неизвестным. Давайте же попробуем ответить себе на вышеперечисленные вопросы и познакомиться с ним, помня поговорку «Не суди, да не судим будешь».

Он родился в 1973 году в Алма-Ате, в семье рабочих интеллигентов. Мама преподавала физику в вузе, а отец работал инженером.

В 6 лет по роковому стечению обстоятельств – из-за сердечного приступа мальчик лишился матери, а вместе с этим любви и тепла, которые не мог заменить ни один человек на свете, даже дорогой отец, не оставлявший попыток построить личное счастье и заменить любимую жену множеством других женщин. Уже ни- кто не встречал ребенка из школы с тарелкой вкусного супа и планами на день грядущий.

В 90-х годах он успешно окончил школу, а через четыре года – и университет по специальности «Инженерия системной техники, обработки информации автоматизированных систем и управления». После окончания вмес- те с другом открыл дизайнерскую фирму по проектированию жилых объектов. Бизнес развивался полным ходом. Возможности били ключом.

Но ведь не бывает «худа без добра»! В 2000-х годах в мир иной отошел и отец. Пусть они мало общались и не были привязаны друг к другу какой-то особой связью отца и сына, в их отношениях присутствовало уважение как мужчины к мужчине. Отчий дом отошел другой семье, и это казалось неважным. Потеря была личной, но ее помогла пережить прекрасная женщина, что потом стала его женой, поддерживала его во всем и была стимулом для даль- нейшего роста. Она одарила его двумя сыновьями и согрела теплом семейного очага. Дела шли хорошо до тех пор, пока не случился кризис 2008 года. Фирма обанкротилась и впоследствии закрылась. Он остался без любимого дела, команды и бизнеса, который являлся основным источником достатка и прибыли. Началась депрессия. Как он – сильный мужчина, отец и муж оказался не в состоянии хотя бы прокормить свою семью? Затронутое эго открыло дорогу другим соблазнам. Он стал наркоманом – подсел на иглу. Гордыня? Обида? Или жалость к себе?

Вначале это спасало от решения проблем. Попытки уйти от реальности. Но чем больше становилась доза, тем дальше уходила уверенность даже в возможности искать в себе силы и идти дальше. И через год, после долгих и упорных попыток любимой женщины помочь, поддержать или провести реабилитациюони развелись. Никакая боль или потеря не являлись оправданием шприцам и иглам, которые с ужасом все чаще она находила в ванной, в доме, где спали их дети. Она запретила видеться ему с сыновьями.

Он пытался жить дальше. Искал работу. Пошел трудиться наемным работником. Сломленный, кочуя от знакомых к гостиницам, где-то в номере он потерял документы. Позже – надежду.

А однажды проснулся в наркологической реанимации – инвалидом. Парализовало ногу – результат передозировки. Малая ли плата за нежелание принимать реальность? Его нашли в отеле, вызвали «скорую». Спасли и направили в центр адап- тации населения – «бомжатник», как называют его в народе. Выяснив, что у него нет документов и крыши над головой, сотрудники власти изо дня в день помогают ему и людям, оказавшимся в подобных обстоятельствах.

Рассказывая о своей жизни, он сохранял стойкость и сдержанность, изредка улы- бался, но глаза казались потухшими. Был кратким.

После услышанной мною истории решила задать еще несколько вопросов на- последок:

-Если бы у Вас была возможность вернуться в прошлое и все изменить, Вы бы воспользовались ею?

-Да, конечно, – раскинув руки, опрокинулся он назад.

-С детьми хотели бы восстановить связь?

-Да, обязательно.

-Кормят как? Нормально?

-Да прекрасно!

-Мечтаете о чем-нибудь?

-Давно перестал, – уверенно.

-Чем в свободное время занимаетесь?

-Литература! – сдержанно, но уже с более веселыми нотами произнес он.

-Что читаете?

-Всё!

-Было ли у Вас в детстве чувство ущербности из-за того, что у кого-то были полные семьи, а у Вас нет? Кого-то ждали дома мамы, бабушки? Их баловали?

-Да, наверное, было, – что-то резкое послышалось в голосе. -Есть ли какие-нибудь планы на будущее?

- Выбраться бы отсюда, только куда? Вопрос, – произнес он, пытаясь скрыть, на мой взгляд, некое огорчение.

-Вкус к жизни остался?

-Думаю, нет.

-А как живете тогда?

-По инерции.

-Неужели ничего не осталось? Живете по инерции, вкуса к жизни нет! И надежды нет никакой?

-Может, осталось, но это уже моё, – ответил он, чем искренне порадовал. И я решила не лезть глубже, проявляя уважение к «личному».

После этого я брала интервью еще у двух женщин: у одной – из этого же центра, а вторую я нашла в парке «героев-панфиловцев», где она вместе с собратьями принимала подаяния.

Обе женщины – инвалиды, с высшим образованием, когда-то с семьей: одна – ослепшая, вторая – без ног. Обе с радостью делились информацией, но, к сожалению, при проверке данных выяснилось, что ложной, в отличие от истории нашего героя. Поэтому я решила не использовать этот материал, дабы не обманывать читателя. По окончании беседы каждому из них я задала один вопрос: «Могу ли я Вам чем- нибудь помочь? Еда? Одежда? Что вас интересует?». На что обе женщины попросили денег. Одна – на такси, чем очень удивила, вторая – на погашение какого-то долга. В результате сотрудники центра порекомендовали оставить этот вопрос без внимания. Долгом оказалась «бутылка».

Мужчина же, чью историю я поведала выше, гордо ответил, что всем доволен и вполне сыт, отказываясь от любых предложений. И только после долгих расспросов, с неловким стеснением ответил, что с радостью почитал бы что-нибудь новое, так как со всей литературой, которая была у него, он уже ознакомлен.