Как я стала стюардессой. По дороге к Амстердаму
Друзья, давно я не писала.
Однако, все же продолжаю постить свои воспоминания о работе стюардессой.
Нам предстоял долгий перелет - Алматы-Астана-Ганновер-Амстердам. Итак, из Алматы мы вылетели в Астану. Я недавно летала на самолете, однако этот рейс был для меня особым. Я старалась улавливать каждое движение бортпроводников. Ведь скоро я сама собиралась исполнять эту роль в такой же униформе, поэтому мне было безумно интересно следить за своими будущими коллегами. Я внимательно вслушивалась в то, с какой интонацией они читают информацию; смотрела, как демонстрируют эти кислородные маски и показывают расположение аварийных выходов самолета; замечала их каждое действие при обслуживании пассажиров. До столицы мы долетели быстро, приблизительно за полтора часа. Позже я узнала, что Алматы-Астана-Алматы является одним из самых коротких и частых рейсов. Хотя, в Шымкент по времени лететь чуть меньше. Но это и не самый популярный рейс.
В Астане, ожидая посадки в самолет, мы не могли покинуть пределы зоны ожидания аэропорта, так как «прошли границу» еще в Алматы. Из окна зала ожидания я разглядывала столичный аэропорт - было видно всего два самолета, присоединенных к телескопическим трапам, а иначе «рукавам». Один из самолетов был нашим, а второй, видимо, грузовым, с огромным логотипом FedEx. Но меня интересовало другое. Я хотела увидеть посадку или взлет хоть какого-нибудь самолета. Мне казалось, что на фоне чистого синего неба летящий самолет выглядел бы очень красиво. Кажется, я начинала смотреть на небо другими глазами. Но не дождавшись ни одного самолета в небе, я отошла от окна и присела на скамейку. Вот тогда я и познакомилась с Гульназ.
- Как ты прошла собеседование с пирсингом в брови? – поинтересовалась она.
- Они не заметили, - ответила я.
- Как так, не заметили? – она с подозрением посмотрела на меня.
- Потому что на собеседовании сняла колечко, - я улыбнулась.
- Меня Гульназ зовут, а тебя? - она улыбнулась в ответ.
- Казна.
- Как?! – переспросила она.
Я уже давно свыклась с такой реакцией на мое имя. Иногда некоторые даже уточняют «Как государственная Казна?» или «Как Самрук-Казына?». У меня уже есть некоторые фразы, которые я постоянно повторяю при разговоре такого рода.
- Да, Казна, пять букв, К-а-з-н-а.
- А... Понятно. А что означает твое имя?
- Богатство, – ответила я.
- Ну, тогда же будет правильно Казына, - возразила Гульназ.
- Возможно. Но я родилась в Советском Союзе, когда имена записывали на русский лад. Однако совсем точно сказать не могу, так как не присутствовала при записи имени в свидетельство о рождении, - я пожала плечами.
- А ты откуда? – поинтересовалась у нее я.
- Я из Алматы, а ты?
- Из Шымкента. Училась в Алматы. А ты, тоже закончила или учишься?
- Учусь, на третьем курсе.
- Какой факультет?
- Английский язык.
- И всё? А второй язык? По-моему, на этом факультете изучают и второй язык, а английский – основной. Не так ли?
- Вроде немецкий… или французский.
- Вроде? – меня это заинтриговало.
- Я учусь на заочном отделении. Мне все равно, лишь бы диплом получить, - ответила она.
- Понятно.
- Послушай, ты с кем будешь заселяться в номер?
- Пока не знаю, посмотрим, - я пожала плечами.
- Давай вместе? – предложила она.
- Давай, я не против.
После знакомства мы начали держаться друг друга. Почти как подружки. Возможно, со стороны это так и выглядело. Но я не разделяла некоторых ее взглядов. Наверняка и она тоже. Однако, тем не менее, мне было интересно с ней общаться, потому что она оказалась в меру веселой и мне действительно по душе такие люди. А кому не нравится веселый человек? Так вот, теперь по дороге к Амстердаму мне вроде как не приходилось скучать.
Из Астаны до Ганновера мы летели около шести часов. Когда мы прилетели, нас ожидал пограничный паспортный контроль. Все пассажиры нашего самолета разделились на две очереди, одна – для граждан Европейского Союза, а вторая – для остальных. Еще было другое окно с надписью «дипломаты», но оно пустовало. Пока продвигалась очередь, я заметила, что немецкому пограничнику показывают наличные деньги, и после этого он ставит печать в паспорт. Вот тут-то мне стало не по себе. Никаких наличных-то у меня не было. Затем, не теряя ни минуты, я быстро объяснила стоящей рядом девушке из моей группы свою проблему о том, что у меня сейчас нет столько наличных денег, потому что по непонятным причинам бухгалтерия авиакомпании до сих пор не начислила мне командировочные расходы. Она выслушала меня, а потом отвернулась, сказав, что у нее нет лишних денег. Тогда я оглянулась в поисках кого-нибудь другого из моей группы, и увидела парня, стоящего чуть позади меня. Я попросила у него помощи, и он быстро меня понял, отдав мне во временное пользование двести евро из своего портмоне. Поблагодарив его, я сунула деньги в карман, но когда подошла моя очередь, пограничник решил не спрашивать у меня ничего, и молча поставил печать в мой паспорт. Я еще раз поблагодарила того парня, вернув деньги, которые, к счастью, мне и не понадобились. Заодно и познакомилась с ним: Жанайдар, невысокого роста, всегда ходил рядом с молчаливым высоким парнем, Алибеком. Как выяснилось впоследствии, они дружили уже давно и именно вместе решили работать бортпроводниками, а также оба были женатыми. Когда мы обучались в Амстердаме, Жанайдар постоянно находился возле любого компьютера, подключенному к Интернету, будь то в гостинице или в учебном центре, посылая электронные письма своей жене. Каждый из нашей группы знал, что когда Жанайдар печатает на компьютере, мешать ему не стоит, потому что он все равно игнорировал любого и, казалось, просто улетал к жене вместе со своими любовными сообщениями.
В Ганновере мы прождали следующего рейса несколько часов. Кое-кто, в основном девушки из нашей группы начали активно фотографироваться на новом для нас зарубежном фоне. Однако мы не выходили в город, потому что в группе выявилась «староста» или «старшая», которая сообщила всем нам, что в Службе Бортпроводников назначили ее быть таковой на все время обучения. Так вот она и запретила нам выходить куда-либо, несмотря на то, что у нас было время. Мне не хотелось ни фотографироваться, ни гулять. Мои мысли думали о том, как решить вопрос со своими командировочными расходами. В аэропорту Ганновера я нашла таксофон и решила позвонить из него Ларе. У меня были евро, которые дала мне Алма, и которыми я не преминула воспользоваться. Дозвонившись Ларе, я дала ей телефон бухгалтерии авиакомпании и попросила ее узнать у них, почему моя карточка была пустой и решить эту проблему. Она тоже переживала за меня, поэтому пообещала, что сделает все, чтобы помочь.
Из Ганновера в Амстердам мы также вылетели самолетом авиакомпании, в которой собирались работать. Кроме нашей группы в самолете не было никого. Позже я узнала, что авиакомпании иногда перегоняют пустой самолет из города в город. До Амстердама мы летели недолго, что-то около часа. Я сидела возле кухни, в хвосте самолета. Там собрались бортпроводники и обсуждали свою работу. Я слышала их разговор, но не понимала некоторых слов. Профессиональный сленг, который впоследствии мне тоже пришлось освоить.
В столицу Нидерландов мы приземлились поздно вечером. Аэропорт Амстердама называется Schiphol. Кто-то из нас произносил «Схипхол», а кто-то «Шипхол». Позже мы поинтересовались у водителя-голландца, который каждый день возил нас в учебный центр, как правильно произносится Schiphol. Правильным оказался вариант «Схипхол». Этот аэропорт показался мне очень крутым. Инфраструктура Схипхола очень разнообразная и интересная. Всевозможные магазины, рестораны, комнаты для отдыха и игр, есть даже выставка картин. Кроме этого, в аэропорту Амстердама есть место, где можно зарегистрировать брак, по-нашему ЗАГС. И еще есть морг, о чем я узнала чуть позже. И именно в Схипхоле находится главная железнодорожная станция, от которой можно уехать в любой город Голландии и некоторые европейские города, такие как Берлин, Париж и Брюссель. Мы шли по аэропорту Амстердама и только успевали оглядываться по сторонам и удивляться. Выставка картин разных художников, брендовые магазины одежды, обуви и бижутерии, манящие вывесками Sale, рестораны и фаст-фуды, китайская лапша в картонных коробках, которую всегда заказывала героиня сериала "Секс в большом городе". На какой-то момент у меня дух захватило. Казалось, что тут можно жить и никуда не выходить, потому что здесь было всё – от еды, одежды и развлечений до морга. Я подумала, если в столице Голландии такой аэропорт, то какой же он сам – город Амстердам. Мне показалось, что я прошла через целый мир. У выхода нашу группу ожидал автобус, который отвез нас в деревню Хофддорп, находящуюся в пятнадцати минутах езды от Схипхола. Мы приехали в гостиницу Marriot, в которой нам предстояло прожить все время обучения.
Несмотря на свою усталость, я не могла сомкнуть глаз, пока мы ехали в гостиницу. Потому что я никогда не видела таких красивых пейзажей. Я понимаю, что это обычная голландская деревня, но она похожа на картину с рисунком, на котором изображен идеальный пейзаж. Знаете, такие аккуратные домики, зеленая трава и красивые пятнистые коровы на фоне этой зелени. У меня возникло какое-то ощущение вездесущей чистоты. Это как будто всю свою жизнь я смотрела через пленку, а теперь ее сняли и мои глаза обрели более высокое разрешение.
Несмотря на то, что с тех пор прошло почти девять лет, я, наверное, никогда не забуду свои первые впечатления от заграницы.