«Как бы я жил дальше, если бы знал, что бросил товарища умирать»
-Это были серьезные дни для всей нашей страны, сложилась ситуация, прямо говоря, внезапная, - говорит заместитель начальника полиции на метрополитене Алматы Динмухамед Ауелхан, - 4 января весь наш личный состав был поднят по тревоге, всех абсолютно задействовали и вооружили специальными средствами защиты, нам дали команду отправиться на площадь Республики перед акиматом.
Там мы выстроились в одну цепь, сначала наблюдали, как проходят события. Ночью собралась толпа очень агрессивная, их лозунги были не понятны, мы видели только хаотичные движения. В итоге людей собралось там много, что они заняли всю площадь, двинулись в сторону акимата, сметая все перед собой. Начали избивать наших сотрудников, которые стояли в оцеплении, в ход шли железные пруты, арматура, биты дубинки, камни, бутылки, все, что им попадало под руку. Наш город украсили брусчаткой, в итоге она стала орудием преступления, полетела в полицейских, которые стояли на охране общественного порядка. Я на себе это испытал, брусчатка весит килограмма три, когда она попадает в средства защиты, действует как снаряд, вибрировало все тело.
Толпа громила, рушила, сметала все, их было очень много, полиция была просто раздавлена, наших сотрудников били, раздевали, отбирали средства защиты. В тот момент заметил, как одного полицейского повалили на землю и просто убивали арматурой несколько человек, я подбежал туда, начал раскидывать нападавших, отбил, он был в крови, терял сознание, приподнял его, крикнул «Беги!», в тот момент толпа напала на меня. Времени у меня на раздумья не было, начал отбиваться, отобрал наши же спецрседства каску, щит и с помощью двух щитов и дубинки защищал себя.
Отбиваясь я двинулся к экипажам спецбатальонов, оставил в машине каску и щит, но там меня нагнала еще большая толпа с камнями. Как противостоять таким, нас обучали, я не сломился, ждал, что камни закончатся, пойдут в рукопашку, так и случилось. Хорошо, что сзади оказались спецмашины и другие полицейские, вместе мы отбились, но до утра приходилось вести такие бои. Мне повредили два колена, плечи, руки. Это было какое-то средневековье, битва чуть ли не на мечах, как в кино, отбиваешься щитами, палкой, каской. Какое- то средневековье.
-В такие моменты есть какие-то мысли, о чем вы думали?
-Я увидел, как убивают коллегу, не мог бросить, его бы убили если бы замешкался. Как бы я жил дальше, если бы знал, что бросил товарища умирать? В тот момент не думаешь ни о чем, вспомнил своего спортивное прошлое, сказал себе, соберись. Мы не применяли оружие. На другой день после ограбления оружейных магазинов нападавшие вооружились, стали смелее, начали нападать на управления и департамент полиции, на наше здание, но мы отбивались, все окна и кафель на стенах у нас были разбиты, но не сдались, у нас было вооружение, допустить чтобы его разграбили, мы не могли.
-Кто были нападавшие?
-Там были возможно подготовленные люди, но каких то суперменов-вахабитов не видел, это была разъяренная толпа, которой кто-то руководил. Их действия однозначно координировали, обычные люди не могли слаженно захватывать оружие и стратегические здания, это было все запланировано, как мне кажется.
-Вы пробовали вести переговоры?
-Переговоры были бесполезны. Нас никто не слушал и не хотел слышать, мы пытались вначале успокоить, но все было бесполезно, толпа шла целенаправленно захватить здания. Такая боль сейчас от всего осознания, что произошло. Мы старались, чтобы никто не пострадал. В нашем личном составе все живы, в других есть потери.
-Какой урок вы лично для себя вынесли?
- Какой урок? Нас обучали, мы знали, как вести себя условиях нападения толпы, постоянно проходили обучение и доказали, что смогли отстоять себя. Взять хоть соседний Кыргызстан, там произошел переворот, захват власти, открыли изоляторы и тюрьмы, мы этого не допустили.
-Как здоровье парня, которого вы спасли?
-У нас много пострадавших, я его еще не искал, времени не было, знаю, что он либо старший лейтенант либо капитан, от него осталась только каска и щит, но я его найду. Имен спросить в тот момент мы не могли друг у друга, если бы замешкался, то мы бы оба лежали там и я больше не увидел бы своих троих детей, жену и близких. Служу 22 года, многое видел и прошел, нельзя никогда сдаваться и проявлять даже не слабость, а трусость. Мог бы уйти, но как бы я потом жил, вспоминая, что оставил там умирать товарища. В момент, когда отбивал его, адреналин во мне зашкаливал, силы то были не равные, но выстоял.
Сейчас многие оправдывают мародеров, что это все от нищеты и безысходности. Что можете сказать про них?
-Знаете я тоже рос в небогатой семье, моя сестра ходила в школу с зашитым на сапоге замком, снять могла его только дома, но мы не пошли грабить, она стала предпринимателем, я полицейским. Надо всегда оставаться человеком.