История свободы Адель. Часть V
Быть любимой – прекрасно. Ты витаешь в облаках, голова кружится от каждого поцелуя, а прикосновения обжигают настолько, что дрожь бежит по всему телу. Ты чувствуешь, насколько пропитана запахом дорогого тебе человека и бесконечно готова обнимать его с каждым разом все сильнее и сильнее, чтобы чувствовать его теплое дыхание, крепкие объятия и ровное, но безостановочное дыхание. Каждый его жест и слово настолько манят, что глядя на него, не можешь насладиться минутами слабости… И превращаешься в маленького славного ребенка, готового кричать и бегать от радости, что ты – не одна и с тобой любимый человек.
Сейчас я по-настоящему счастлива, потому что желанна и любима. Хотя меня преследует это ужасное чувство, которое я ненавижу больше всего на свете. Это чувство, которое не дает мне двигаться дальше, узнавать, жить спокойнее и наслаждаться своей фортуной. И это страх. Страх того, что дальше будет боль, предательство, обман. Страх снова ощутить это чувство, когда я безумно сильно полюбила, посвятила этому человеку всю свою душу, но меня покинули, несмотря на все обещания и клятвы о его вечной любви . Страх того, что меня оставят всю в слезах, как маленькую девочку и уже больше никогда не придут за мной. Страх, что меня перестанут любить или я стану уже неинтересной ему. Ведь, когда такое происходит, кажется, словно во мне не остается больше ничего живого и мир перестает казаться таким светлым, добрым и наивным как раньше. Все изменится, если еще одна струнка в моей душе сломается, и я стану собирать себя по мелким кусочкам, пытаясь снова возобновить свою разрушенную планету.
А сейчас я с ним. Данияр настолько светлый и душевный человек, который не ухаживает за мной красиво, не говорит громких и восхитительных слов, зато дарит мне самое дорогое: любовь, уважение, заботу, трепет. Мы вместе на протяжении двух месяцев и я понимаю, что с этим человеком я могу подняться ввысь. Да, у меня по-прежнему нет работы, о которой я не перестаю мечтать. Зато есть он – мое единственное утешение и успокоение моей души. Каждая встреча с ним для меня – праздник, который я жду ежедневно с огромным нетерпением.
- Ты подумала о том, чтобы уехать? – спросил Данияр.
- Да, я подумала, но сейчас это невозможно…
- Почему? Что тебя здесь держит?
- Я не знаю, но пока рано возвращаться.
- Ты не хочешь уезжать из-за Амира?
- Причем здесь он, Данияр?
- У него ведь есть к тебе чувства…
- Да, но а я ведь с тобой, а не с ним.
Убедив его, я обняла его крепче и понимала, что Данияр – мой человек, родной и незаменимый. Но, что я испытывала к Амиру – оставалось для меня загадкой, и в глубине души он продолжал быть мне не безразличным, но в то же время таким далеким. Мне казалось, будто я пугаюсь его жесткости и его красивые слова и поступки – это лишь временное явление. Данияр не столь богат как Амир, зато у него богатая душа и помыслы, но о чем думает Амир – тревожит меня постоянно при каждом его появлении. Он не прекратил свои звонки и приезды, о которых Данияру не известно, но и поговорить с Амиром сглазу на глаз и объяснить, что у меня теперь есть любимый человек, я все никак не решаюсь.
Сегодня Мадина переезжает к своему парню, с которым они решили пожить в гражданском браке, хотя он уже сделал ей предложение, на которое она согласилась. В нашей стране бы за это осуждали и винили во всех смертных грехах, навешивая множество ярлыков, после которых она бы не могла жить спокойно и быть по-настоящему довольной своей жизнью и своим выбором. Но я очень рада за нее и полностью ее во всем поддерживаю, потому что считаю, что это ее жизнь и никто не вправе что-то диктовать или судить, как ей правильно жить, а как нет.
- Ты ведь будешь приезжать ко мне в гости, Аделя?
- Конечно, Мадин. Я буду очень скучать по тебе!
- Ты не представляешь, как мне сложно тебя оставлять. Обещай, что будешь справляться и будешь сильной.
- Обещаю, - сказала я, хотя готова была расплакаться от того, что остаюсь одна.
Я помогла ей упаковать чемоданы, которые забирал водитель ее парня, не переставая удивляться тому, что их так много. А я помню, как мы приехали всего лишь с двумя чемоданами, не зная ни языка, ни страну, но, тем не менее, оказались такими везучими, что сумели быстро освоиться. К счастью, Мадина всегда умела пробиваться и нашла себе хорошую работу, за которую получала достаточно денег, чтобы одеваться так, как хочет, развлекаться, ходить по дорогим заведениям, к тому же, ее парень баловал ее приятными сюрпризами.
Когда Мадина садилась в машину, я не выдержала и слезы сами по себе начали капать от осознания того, что как раньше больше не будет и мне будет не хватать ежедневных душевных разговоров по ночам, ее утренних шуток и озорного смеха, что вряд ли вновь повторятся те моменты, когда мы до утра сидели в баре в грустные и трудные дни или всю ночь напролет отжигали в клубе, ходили вместе по магазинам, красились, бились подушками, смеялись без умолку и давали друг другу бесценные советы. Я осознавала, что мы станем реже видеться, так как у нее теперь своя жизнь, о которой она мечтала все эти годы.
- Перестань показывать свои слезы, - поругала и обняла меня Мадина, которая сама сдерживалась еле как.
- Постараюсь. Береги себя, Мадина…
Мы крепко обнялись и, помахав ей рукой на прощание, мне казалось, будто мы увидимся теперь не скоро. Я поднялась домой и решила поставить окончательную точку, перестав мучать Амира. Я набрала его номер телефона и назначила встречу, на что он ответил, что сейчас приедет ко мне сам. Он подъехал в течении 15 минут, что ни капли меня не удивило. Я спустилась вниз, и он стоял с серьезным и задумчивым взглядом, прислонившись к машине. На этот раз Амир был без цветов, что очень на него не похоже.
- Наверное, ты перекупил все цветы этого города? – подшутила я над ним.
- Я слишком сильно обрадовался, что ты позвонила и забыл. Но мы можем съездить вместе, и на это раз выберешь себе, какие хочешь…
- Не стоит, Амир. Мы можем поговорить?
- Конечно. Садись, поедем в спокойное место и поговорим обо всем, что хочешь.
По дороге Амир неожиданно остановил машину у цветочного магазина, но я настойчиво не выходила, убеждая его в том, что мне не нужны цветы. Он долго смеялся над моим упрямством, что подойдя, открыл мою дверь и, подняв меня на руки, понес покупать цветы. Я долго билась, ругалась и кричала, на что он только смелся и просил меня не шуметь.
- Ну, все, выбирай, - сказал Амир, опустив меня на землю.
- Не буду. Я ведь сказала тебе, что не хочу! – еле сдерживаясь от смеха, отвечала я.
Продавщица смотрела на нас удивленными глазами и пыталась уговорить меня перестать капризничать.
- Вот видишь, перестань вести себя как ребенок. Выбирай цветы…
- Ромашки, - ответила я, прикрывая руками глаза от стеснения.
Он купил мне букет ромашек, не переставая удивляться моему поведению, которое его забавляло. А мне казалось, что я поступаю совершенно неправильно по отношению к Данияру и если бы он узнал об этом, ему бы это очень сильно не понравилось. Но я утешала себя тем, что скоро мы приедем и я расскажу обо всем Амиру. Я долго разглядывала цветы и решила прервать наше молчание.
- Как твой отец?
- Отлично, спрашивает о тебе постоянно, - улыбнувшись, ответил он мне.
- Передавай ему привет от меня.
- Ты сама сейчас с ним поздороваешься…
- Ты везешь меня к нему, но зачем?
- Ты ведь пообещала ему, что подумаешь и скажешь ему ответ, не так ли?
- Ах да, я думала он и забыл об этом, - ответила я с глубокой надеждой на это и, опустив глаза, ехала с ним дальше, не говоря больше ни слова.
Мы приехали в дом Ваиза и Амира, где нас восторженно встретила дама в возрасте, которая, по-моему мнению, была их домработницей. Заходя в дом, я почувствовала атмосферу тепла и стала мечтать о таком же большом, уютном и красивом доме. Ведь я всю жизнь жила с родителями на съемной однокомнатной квартире, в которой становилось с каждым годом все сложнее и сложнее. Я всегда мечтала о собственной комнате или о том, что я буду приглашать в свой дом подружек, которые будут у меня ночевать, но я не могла. Не могла, потому что было стыдно за то, что у меня элементарно нет собственного книжного стола, кресла и кровати. Увидев как я живу, кто-то испытывал бы ко мне жалось, а кто-то и вовсе перестал бы со мной общаться. «Если бы только папа не пил, мы бы могли жить точно также», - подумала я об этом и последовала вслед за добродушной и пышной женщиной, которая вела меня, показывая все превосходства дома, на которые я смотрела с приятным восхищением.
Подойдя к накрытому роскошному столу, я встретила Ваиза, который по всей видимости уже знал о том, что я прибуду в их дом.
- Добро пожаловать, Адель!
- Спасибо, Ваиз. У вас очень красивый дом.
- Это все результат огромных усилий и упорства, - ответил он как будто восхищаясь своим достоянием.
Я выразила свою радость, на что он предложил мне присаживаться за стол и чувствовать себя как дома. Через некоторое время пришел Амир, успев переодеться в легкую и удобную одежду. Он сел не напротив меня, а рядом, будто боялся что я сбегу от них, но и тем временем хотел быть ближе. Он начал старательно раскладывать мне блюда в мою тарелку, показывая тем самым свое гостеприимство и заботу.
- Как твои дела, Адель? Чем ты занималась на протяжении двух месяцев? – поинтересовался Ваиз.
- У меня все хорошо. К сожалению, я еще не нашла работу и все мои попытки устроиться на хорошую высокооплачиваемую работу кроются крахом. Хотя я не отчаиваюсь и ежедневно работаю над собственным саморазвитием и учу дополнительные языки.
- Зачем такой красивой девушке работать? – поинтересовался Ваиз и громко засмеялся от собственных слов.
- Ну как же, многие независимые женщины мира красивы, хоть и работали, не покладая рук.
- Значит ты все же хочешь быть независимой?
- Да, я хочу обеспечивать родителей и приобрести для них такой же красивый дом как у вас на собственно заработанные деньги. Пусть на это уйдут года, но я хочу сделать для них все, чтобы они жили со спокойной душой и гордились мною.
- У тебя очень хорошее рассуждение, Адель. А как на счет нашего предложения, мы ведь можем обеспечить и твоих родителей тоже, и если ты пожелаешь, они могут переехать в наш город, где будут находиться рядом с тобой.
- У меня есть молодой человек,- сказала я твердо и, боясь, что сейчас произойдет что-то непоправимое.
Амир посмотрел на меня пораженным взглядом, а Ваиз словно окаменел от моих слов. Но я продолжила говорить.
- Вы очень хорошие люди и спасибо вам большое, что так и хотите, чтобы я стала частью вашей семьи. Но у меня совершенно другой путь и иная жизнь. Мы любим с ним друг друга и планируем подняться на ноги вместе, понимая, что все не так легко как кажется. Но думаю, что мы справимся и постепенно реализуем себя.
- Что ж, это твой выбор. Если ты счастлива с ним, я очень рад за вас, - сказал Амир и встал из-за стола.
- Конечно, немного неожиданно для нас. Но кто он, Адель? - спросил Ваиз.
Я не смогла сказать им, что мой любимый человек – их водитель семьи Данияр, судя по тому, что он отзывался о них как об опасных людях, я сдержалась и не ответила на этот вопрос, словно проглотив что-то непонятное, у меня в горле застрял камок.
- Простите, но мне пора идти, - вставая из-за стола, сказала я.
Ваиз не стал меня держать, и пока он опомнился, что я ухожу, я уже была за порогом их дома. Амир тем временем стоял на крыльце, снял футболку и свирепо бил стену, словно готов кого-то убить. Я подошла ближе и при свете фонаря увидела его окровавленную руку.
- Прекрати! – закричала я.
На что он делал вид, что не замечает моего присутствия, будто бы меня там совершенно не было. Я подошла к нему и крепко его обняла, пытаясь успокоить его яростное состояние. Он смотрел на меня злыми глазами, которые меня пугали не на шутку, но обнял меня в ответ, на что я прошептала ему “прости меня…” и услышала знакомый голос, который произнес мое имя: “Адель…” И это был Данияр…
P.S.: Продолжение следует…