Исчезающие черты

Мой страх улыбается, мой ужас поёт,

Мой замок в снегу, растопленном метановом снегу...

- Я слышу птиц, - растоптанное и стёртое в пыли сознание бредило в нём. В его не молодых глазах была тихая грусть и полная пустота.

- Здесь не летают птицы, - кукуруза хрустнула на зубах мальчишки.

- Я смотрю как они летят, - мысли в нём кружили вихрем, голову его пронизывала боль.

- Здесь нет никого, кроме нас, - соблазнённая эгоистичная природа мальчишки-репликанта продолжала хрустеть на зубах сахарной кукурузой.

- Я вижу небо, оно вот-вот заплачет, - ветер гнал злую раскрасившую шрамами душу пыль в лицо старика.

Вглубь. Она была везде. Отсюда и до Вегаса. Под туалетным столиком и прямо за ухом. Она мягко подкрадывалась. Жизнь была полна и плодотворна. И ты легко мог взять своё. Сок лился рекой, услаждая кожу твою. Но тени росли, уносили глубины, оставляя обломки этой бесценной груде. Двигаясь вглубь, мы проскальзывали, не заметив собственного падения. Бросившись навстречу нашему упадку, не заметив скольжения вниз, мы направились к пустоте, оставшейся позади. Тени росли, не замедлялись ни на миг. Мы двигались прямо. И вот мы у черты, исчезающей черты...