Irbis Race 50 km. Униженная и оскорбленная.
Не всегда же мне писать воодушевляющие многокилометровые посты, о том, как я прекрасно превозмогала себя, а в итоге даже влезала на пьедестал. Правильно, ведь? Разнообразие должно быть. Вот вам разнообразие. Поехали.
Я и писать то не хотела по началу. Сгорала от стыда и отвращения к самой себе. Да и кому, по моему мнению, будет интересно читать унылую историю о том, как все с самого начала не заладилось? Никому. А может я ошибаюсь. Посмотрим…
По-любому это будет мне уроком.
(видос для понимания, что за гонка, посмотрите, он классный)
Начало
В газеле, по дороге на БАО и выше, до шлагбаума обсерватории, играл шансон. Все, кто обладает суперспособностью спать, где угодно - спали, я же с закрытыми глазами слушала песни про владимирский централ и человека в телогрейке, который убегал от ментов по белому снегу. Иногда мне хотелось засмеяться на всю газель от того, что я слышала, но приходилось хихикать про себя и не издавать ни звука - пусть хоть соседи выспятся. На дворе половина пятого, думаю все, как и я, встали в 2-3 часа ночи. А кто-то и вовсе не ложился.
Когда мне стало уже совсем дурно от этих музыкальных шедевров, да и поясница начала ныть, что есть сил - мы приехали. Нас выкинули перед шлагбаумом в холодную темную ночь и оставили стоять там, в свете фар. Я отшутилась, что нас будто бы привезли на расстрел. Но нет. Вскоре приехали все остальные и мы двинулись к стартовой арке и палаткам, где все начали готовиться к предстоящему старту, который был намечен на шесть. Меня колотило от холода. Съела гречи. Выпила всю горсть таблеток, мне положенных уже месяц как. Сходила “в кусты”. Постояла тут, постояла там, поговорила с кем могла. С кем не могла обошлась молчанием. Андрей Синельников остался волонтерить - на БИАЙ Жестокие Игры он сломал себе палец. Да, потрепала нас всех эта Астана… Старт близился и все двинулись под арку, отдавая свои бумажки с именем и номером. А кто знает? Мы собственноручно закидываем себя в дикие условия, поэтому пусть хотя бы будет известно имя и номер того, кто не вернется. Отдаю свою бумагу. Прохожу. Меня и так все знают.
Стою в стартовом коридоре. Тима что-то говорит в микрофон. Предвещали дождь, чему я была несказанно рада, но дождя нет. Надеюсь, будет ближе к перевалу да и дальше, в Левом Талгаре. Вокруг много знакомых лиц, а поговорить и помандражировать вместе - не с кем. Нахожу этот факт печальным, но стараюсь не обращать внимания на всепоглощающее одиночестве в этой, когда-то такой родной, толпе. Стою молча. Снимаю видео.
2 минуты до старта.
Я думаю, финиширую точно. Но точно с гораздо худшим временем, чем в прошлом году (10:21). Если уложусь в 12, то будет ок. Если не уложусь - стыд, позор и прочие неприятные ощущения. Я хорошо себя чувствовала всю неделю к ряду. Последний упадок сил пришелся на прошлое воскресенье. Но потом все было вполне нормально. Поэтому шанс, что все пройдет успешно, есть.
А в принципе не мне от себя требовать каких то высот…
Старт
10, 9 , 8, 7, 6, 5, 4, 3, 2 , 1!
Толпа весело кричит, все желают друг другу удачи и легких ног. А мне бы просто ног. Что-то подсказывает мне, что встать с дивана и пойти бежать 50 км в горах, с набором 2600 будет слишком для них и они отваляться где-то до перевала. Но ничего, и не с таким справлялась. (Так я не ошибалась еще никогда).
Старт в этом году не от БАО, как вы уже поняли, в двух км выше. Так вот и бежим мы все вниз потихоньку. Я не спешу, конечно же. Просто расслабляю тело и даю ему ту скорость, которое оно хочет. Чувствую себя нормально. Обгоняю Мейрама Кошенова, который уже оказался впереди. Меня, как стоячую, обгоняет Манат Тезекбаев, зовет с собой. Да если бы…Смотрю в даль, горы видно с максимальной четкостью. Круто, тумана там нет, не потеряемся. (в тот момент можно было включить голову и понять, что дождя тоже не будет, но не такова я, чтобы включать голову…)
Вот мы уже у БАО. Начинается подъем. Вроде как, все контролирую. Строю радужные планы, как я финиширую успешно, в первой пятерке, если повезет. Это будоражит меня. Подъем, идет и идет. Меня кто-то обгоняет, я кого-то обгоняю. Все как всегда. Горка продолжается. Рядом вырисовывается Ксения Чернова. Идет с палками и в темпе. Тягаться не собираюсь. Все равно на такой большой дистанции отрыв ничего не значит. Его всегда можно сократить. Или уже не сократить.
Я знаю, что если загоню себя сейчас, то гонка закончится на ближайших пару километрах и возвращать меня будут на чьей нибудь спине или просто катить вниз. Такое мне не нравится. Да пройду я эти 50 км, тяжело что ли?
Как-нибудь, каком к верху, но пройду. Я ж сильна и прекрасна. (И откуда у меня такая самооценка вдруг?). Иду маленькими шагами. Левая икра начала деревенеть. Ой-ёй. Смотрю попеременно то на уходящую Ксению, то на горы, то на участников, то на облака. Но в основном себе под ноги. Рядом идут еще участницы. Ой как не хочется сдаваться и давать себя обходить. Грустно то как, прискорбно.
Пробегаем первый пункт отметки, где дежурит семья Ковалевых. Меня в этот момент напрягают первые симптомы, которых я никак не ожидала, но я стараюсь делать лицо попроще и пробегаю мимо довольно бодро.
Рядом идет какой-то человек, пытается узнать мое имя. Спрашивает еще что-то. Почему я не могу побыть одной даже в горах? Почему люди не уважают такое явление, как интроверсия, считают это все несерьезным и с легкостью нарушают границы другого человека, влезая к нему с вопросами? Это норма что ли? Прошу его не беседовать со мной, ведь дыхания и так нет. Да и я раздражена таким ужасным положением дел.
Подъем и не думает кончатся, более того, мы еще даже не на подступах к подъему на перевал, даже не близко к подступам.
Одна очень хитрая отрицательная вещь второго участия в одной и той же гонке: если в первый раз ты когда то была тут, а если еще бодрая и тренированная, то мозг запоминает только то, что было легко и основные моменты дистанции. Выглядит это так: значит щас горка, потом ручеек, потом начало подъема на перевал, сам перевал, потом крутой спуск, потом дорога около реки, потом пункт питания. А то что эти все точечки между собой имеют огроменное расстояние мозг благополучно выкидывает из памяти. А зачем ему себя захламлять?
Так и происходит несоответствие между картиной в голове и тем, что есть на самом деле. А на самом деле я продолжаю топать и топать. Силы покидают и я чувствую это. Я понимаю, что тут уже даже не поборешься. Мы где то на километре 7-8, а гонка, именно гонка, для меня кончилась, даже цепляться не за что. А турпоход только начинается.
Я не из тех, что бы останавливаться, сидеть и приходить в себя. “Пройдет по дороге” - такой мой девиз.
Но высота растет, а симптомы усугубляются. Сердце начинает щекотать глотку, будто бы перекрывая кислород. Неприятно.
“Ну а чего ты хотела, Катя? Все лето лежать дома на диване, умирая от жары, потом резко встать с него и красиво преодолеть 50 км? Да, это херня. Но это не значит, что эта херня не требует хотя бы элементарной подготовки, а ведь даже ее у тебя нет! Так что иди и терпи, а хочешь - назад разворачивайся. Но вот простишь ли ты себе этот фэйспалм?”
Хочется вернуться больше всего на земле. Зачем я тут? Зачем все это? Боже, как тяжело и плохо. Кто заставлял меня встать с кровати глубокой ночью и вылезти сюда, абсолютно не готовой?
Становится совсем дурно. Выходит солнце и начинает медленно и незаметно поджаривать все, что оказывается под ним. Меня распирает от ненависти и неприятия. Я ненавижу солнце. Ненавижу лето - это худшее время года, а те, кто его ждет, для меня инопланетяне и садомазохисты, которые любят страдать от жары, пота и прочего гавна. Как это можно любить!?
А вот этот аргумент “ты ж с Шымкента! ты ДОЛЖНА любить солнце и лето” меня вообще выносит. Вы в своем уме? Вот именно что я с Шымкента и большую часть своей сознательной жизни я прожила изнывая от жары. И после этого я ДОЛЖНА это любить? Где логика?
Я видела медаль финишера этого года, и она - само совершенство. Может, стоит постараться хотя бы ради нее?
Стыжу себя за эти мысли, становится отвратительно до смеха. В кого я превратилась? Уже медаль финишера для меня мотивация? Нет, это окончательный и бесповоротный конец меня, как личности. Фу.
Всегда презирала тех, кто перед тем, как принять решение, бежать или нет, интересуется “будет ли медаль финишера?” (таких дохрена, поверьте мне), а если нет, то испытывает возмущение.
За что тебе, мешок с гавном, медаль? За 10-20 км? Да любой кретин преодолеет это расстояние. Более того, 50 км тоже вполне реально преодолеть не треня, но страдая. Особенно если тебе не 100 лет.
Я смотрю на землю и вспоминаю, что в прошлом году тут лежал снег, солнца мы не видели, а еще чуть выше начинался туман. Вот же прекрасно было! Я так надеялась на такую погоду и в этом году, но теперь мне точно без шансов. Солнце поставило на моем участии в Ирбисе огроменную завершающую точку, после которой не требуется уже ничего продолжать. WASTED.
Одета я, кстати, по прошлогодней погоде. Стартовала я в термухе на первый слой и в теплой кофте и лосинах на второй. Дождевик был ярким дополнением для ожидаемого дождя, которого так и не случилось.
Меня нагоняет Александра Харитонова и по моему лицу понимает, что дела плохи. Говорит, чтобы я думала позитивнее, я ведь красива и молода, и все будет супер гуд. Интересно, чем в таких ситуациях может помочь красота и молодость? Благодарю ее и провожаю взглядом. Все более менее опытные участники обходят меня как нехрен делать.
Первый Пункт Питания - Перевал Туристов (3 900 н.у.м.)
Прохожу пункт питания. Там все советуют мне остановиться, прийти в себя. Но я не хочу. Буду двигаться вперед, чтобы урезать свое желание сойти в корне. Рядом находится Станислав и говорит, чтобы не сдавалась ни в коем случае. Глядишь, как осилю подъем - станет лучше. Я согласна с ним, хотя вернуться все еще хочется. Поэтому опрокинув стаканчик воды, я движусь дальше. Не люблю стоять по часу на пункте питания. В чем суть? Пожрать что ли сюда пришла? Тем более что я и так уже попиваю гель. Может, поможет.
Помимо него у меня еще два геля в рюкзаке, шоколадка Рахат из стартового набора (вкуснаааяяя), 0,5 воды, 0,5 изотоника, и штук 7 курта, привезенного из Шыма специально для Ирбиса.
Сбегая к ручейку, понимаю, что не вижу куда наступать, голова идет кругом и уверенности в том, куда я в следующий момент поставлю ногу нет. Долго примериваюсь и скачу по камням, торчащим из воды. Успешно. Ух, страшно. Но стоит отдать должное, в горах такое не редкость, а навык быстрого, ловкого движения на инерции у меня есть. Помниться, после окончания универа я пьяненькая от шампанского бежала вниз с Кумбеля и ни разу не упала. А даже наоборот, так уверенно в горах я себя не чувствовала никогда.
А тем временем состояние усугубляется. В прошлом году я на этом месте еще умудрялась поспевать за Тёмой и Дмитрием Киреевым. В этом году только пару человек виднеется впереди. Скоро начнется финальный подъем перед перевалом. По прямой иду довольно живо, но вот любой наклон дается с такими усилиями, что я начинаю стонать. Не знаю почему, но выдыхая со стоном идется легче. Немного, но все же.
Надо смириться с тем, что я не железная, и не требовать от своего тела того, чего оно мне не может дать.
Сердце стучит басами. Ощущение, что внутри меня кто-то устроил дискотеку, но из-за того что все “двери” плотно закрыты, я слышу только доносящиеся оттуда басы - бум, бум, бум. Туц, туц, туц. Этот звук перебивает даже мысли.
Холодно не становится вовсе, а даже жарко. На миг я ловлю флешбек: мерещиться потолок скорой помощи, убивающая жара и ощущение полной безысходности, будто я все так же лежу там, корчась, а подле сидит Ксюша и смотрит то на меня, то в телефон. Никто до сих пор не сказал мне, что со мной было. Ни в больнице, после доставки туда в карете скорой помощи, ни после, когда я уже сама начала ходить и сдавать анализы. Наша медицина прекрасна! (нет). Отдав на поиски большую часть своей зарплаты, я решила оставить все, как есть. Если что-то случится, и я реально умру от какого то сбоя в организме, то так тому и быть. Смысл жить в мире, где медицины не существует? Естественный отбор, он такой. Заболела - умирай. Вообще медицина странная штука - помогая отдельным особям, она ухудшает общее здоровье всей популяции. Но на этом я остановлюсь...
Обогоняю мужчину, который на первых парах оторвался от меня, но теперь ему видимо тоже поплохело. Обгоняю девушку. Слыша мои охи-ахи, она предлагает таблетос. Так у меня ничего и не болит. Просто плохо и тяжело. Отказываюсь, топаю вперед. Вшагиваю в горку, стою согнувшись пополам, пожираю воздух легкими. Его будто не хватает. Иду дальше. Впереди двое мужчин. Один из них встревоженно оборачивается, второй спрашивает “вам что, плохо?”. “А тут может быть хорошо?” - улыбаюсь я. Он улыбается и не находит, что ответить. Вот мы уже на стенке - тропка узкая и идет поперек, рассекая гору. Кое-где с наклоном, все выше и выше к перевалу. Нагоняю этих двоих. Идем. Мне даже малость льстит, что я полуживая даже умудряюсь вырываться вперед хотя бы кого нибудь. Прошу парня, шедшего впереди, меня пропустить. Он говорит, что не понимает по русски. Останавливаемся и беседуем пару минут на английском (знания еще не до конца покинули меня!). За это время я узнаю, что он из Израиля и умудряюсь малость прийти в себя. Говорю ему про свое время в прошлом году. Он говорит, что хочет уложиться в 10, хотя сам еле идет. Я говорю, что про 10 часов он может забыть и больше не вспоминать. Он удивляется. Говорю, что сама надеюсь уложиться хотя бы в 12, ибо чувствую себя не оч. Подбадриваю его и ухожу вперед. До верхушки доползаю собрав силы в кулак. Ну все. Щас точно побегу!
Наверхусидящие люди спрашивают, все ли хорошо. Конечно, уж теперь пойдет сброс высоты и мне станет лехше. Но не тут то было.
Перевал Туристов - Пункт Питания у камней
Наверху таки лежит снег, но из-за солнца он превратился в скользкую кашу, а на таком крутом спуске - это конец.
Никто не бежит, максимум широкие вышагивания вниз. Я стараюсь сначала не замочить кроссы, потом понимаю, что это бред, и херачу так, без оглядки. В кроссах тут же образуется лужа.
Со временем снег кончается. Я смотрю вдаль. Картина совсем не такая, что в прошлый раз. В 2017 я таки обомлела напрочь от увиденного, но не сейчас. При свете солнца все становится уродливым и скучным. Разочаровываюсь. Ну и ладно. Все равно смотреть вниз надо, чтобы не оставить мозги на камнях. Скачу вниз, долбя ногами камни. Из-за того что колени затейпированы, удар идет в бедро и вскоре оно начинает болеть. От жеш фак!
Меняю походняк. Обгоняю еще людей. Скачу и скачу. И…
Вижу за грудой камней сидящего на земле дядю Вадю. Кричу “дядя Вадя, нееет!”, бегу к нему. Понимаю, что что-то у него не так, ибо он просто сидит, без действий. Спрашиваю, что случилось. Его, оказывается, накрыло. Он очень расстроен, что не выйдет из 9, как хотел, и что даже несмотря на бесчисленные тренировки на такой высоте, горняшка почему-то именно в этот раз навалилась на него во всей красе. Говорит, что не может идти, кружится голова. Я не прочь отдохнуть и поговорить, поэтому присаживаюсь рядом. Да и раздеться надо. Уж больно припекает во всю вставшее солнце.
Говорю, что не надо сидеть, надо двигаться и спускаться. Разобравшись с вещами встаю и ухожу потихоньку. Уверена в дяде Ваде, он встанет и пойдет.
Не ошиблась: он обогнал меня довольно быстро и еще какое то время, на переходе от камней к тропе вдоль реки и ниже, мы бежали вместе. Ноги мои уже на тот момент выжались до основания, а переход на бег отдавал болью в голову. Поэтому поспеть за ним я не могла, да и не хотела особо. Так, он, весьма бодро, скрылся за зеленым ковром лугов, куда мы сбежали теперь.
Оглядываюсь по сторонам, еще раз отмечаю, как все омерзительно выглядит в лучах солнца, аж смотреть не хочется. Поэтому смотрю только вниз. Навстречу идут туристы с огромными рюкзаками, и если мне сейчас круто вниз, то им - круто вверх. Сочувствую.
Смотрю вдаль. Там никого. Сзади тоже никого. Странно и неуютно. Поэтому, как тропа более менее выровнялась, начинаю усиленно шагать, местами переходя на бег. Так, спустя минут 15 я достигаю пункта питания около больших камней, лежащих прямо посреди луга, на зеленой бархатной траве. Там, как и в прошлом году, стоит Денис Огородов и о чем-то шутит. Паша Соболевский тоже там, сидит и записывает всех новоприбывших. Слышу время - 12:08. Я в пути уже шесть часов, восемь минут… ОМАГАД.
Они удивляются чойта я так долго. Я говорю что мне плохо и вообще я болею. Они смеются над этим и шутят. Ну ок. Я решаю снять с себя лосины и двигаться только в термухе и шортах. Всяко лучше. Идти вперед не хочется, но и назад уже тоже так себе вариант. Остается только дождаться окончания этого дня и финишировать когда-то. Засада… Настроения нет. Раздражение есть.
Пункт Питания у камней - Красная Поляна
При всем своем нежелании двигаться вперед, я не могу себе позволить финишировать последней. Как ни крути, но это уже слишком, даже для такого мешка, как я. Поэтому встаю и двигаюсь дальше, попрощавшись со всеми. К пункту питания подходят двое парней, один из них чувак из Израиля.
Дорога идет прямая. Помню, как в прошлом году тут все было в тумане, а у меня болела шея. Я боялась, что меня кто нибудь обгонит и отберет мое четвертое место. Но не в этом году. Пытаюсь посчитать, какая я… Выходит 7-8. А глядишь и того хуже. Вот ужас. От этих мыслей становится совсем уныло. Поэтому я решаю позабыть о подсчетах и идти по мере сил и возможностей. Пару раз оборачиваюсь. Рассекая тропинку, за мной бегут эти двое. Ко.
Не хочется, чтобы они меня обогнали, поэтому стараюсь тоже бежать. Впереди никого, только тропа, рассекающая луга и зеленые просторы. По правую сторону, там, внизу, течет белая река. Красотища. Но времени отвлекаться на нее нет.
Хорошо, сегодня я чмо и далеко не в лидерах, сегодня я пожинаю плоды своей лени и бездействия, но сегодня я все равно выжму себя на все сто, покажу максимум. Тот максимум, который возможен в моем положении.
Мужчинки нагоняют меня на груде камней. В тот же момент я вижу скачущего по валунам дядю Вадю. То никого, то все сразу. Помню эти места, словно была тут вчера. Но выглядит все иначе и температура воздуха оставляет желать лучшего. Стараясь нагнать дядю Вадю, через какое то время застаю его сидящем на бревне и сменяющим носки. Удивляется, что я его нагнала. Говорю, чтобы тоже не отставал и скрываюсь в кустах. Больше я его не видела.
Сейчас будет сыпуха и большое широченное испещренное русло реки, на котором не свернет ногу и не заблудится, только чрезвычайно удачный человек. На этом моменте парни нагоняют меня и мы бежим вместе. Выходим к руслу, тропа средь кустов временно заканчивается.
Отличная маркировка трассы! В Этом году прямо придраться не к чему. Все камни, которые вели через этот ужас были окрашены в желтый. Все было видно и заблудиться нам не пришлось. Скачу, расшибая ноги. Некоторые камни ударом приходятся на свод стопы, что причиняет боль. Ребята то обгоняют меня, то отстают на приличное расстояние. Тем не менее на пологую тропу, промеж стволов сосен мы выходим вместе.
Один из них, как я узнала потом, что он из России, спрашивает, скоро ли Красная Поляна - основной волонтерский пункт. Километр-два, не больше. Скоро, короче. Бежим то так, то эдак, но в итоге я вырываюсь вперед. Мда, ПП таки дальше, чем я думала. Тропа все не кончается, а пункта все не видно.
В голове играет утренний шансон. Стараюсь отвязаться от него и выключить навязчивые слезные напевы про умирающую на воле мать. Становится смешно и нелепо.
Как же нынешний Ирбис похож на мою жизнь: на результат я не могу, потому что не тренируюсь и вообще мне все лень, но и получать удовольствие от самой гонки я тоже не могу. Вот так и остаюсь в подвешенном состоянии крайне неудовлетворенной. А вы думаете, я просто так постоянно ворчу? Экзистенциальный кризис есьжи.
Терпеть.
Периодически вглядываюсь в деревья, может уже где-то тут Красная Поляна, с Катей и другими ребятами. Которые приголубят, утешат, поддержат, накормят и дадут пендаль под жопу. Наконец-то вижу что-то разноцветное в ветвях. Поворачиваюсь к парням, которые бегут позади, кричу, что пункт уже скоро и уношусь вперед. Еще издалека меня заметив, все истошно кричат. Я на таком крике бегу еще быстрее и заруливаю в проход к волонтерскому пристанищу. Заставляют отметиться чипом и идти поесть суп. Но какой суп? Нет. Не люблю я супы. Бесполезная пища. Что мне щас хочется, так это снять термуху и бежать только в шортах. Вот это будет дело. Заваливаюсь в палатку и оголяюсь. Ох, аж дышится легче! Выхожу. Валюсь на спину и закидываю ноги на дерево. Прошу у Натальи Братковой сыра. Лежу и ем. Ноги болят и я кряхчу. В лагерь уже подоспели ребята, они сидят на скамейке и что-то едят, разговаривают на английском.
Ой, бутылку с водой же надо наполнить!
Встаю еле как. Катя помогает мне налить в бутылку воды. Спрашивает о самочувствии. Жалуюсь, что я гавно. Она реагирует со скепсисом.
Хорошо, конечно тут, но оставаться не хочется. Единственное, зачем я все еще двигаюсь вперед - это желание поскорее попасть домой, принять душ, лечь в мягкую постель и уснуть глубоким сном. Ох, зачем я об этом подумала. Становится горько от того, что сил больше нет, а впереди еще огромное расстояние и осталось мне на него невесть сколько… Что-то я совсем одомашнела, повзрослела, и теперь меня ничего не интересует, как вернуться с работы домой, пожрать и лечь спать. Отвратительная жизнь, отвратительное все.
А еще этот Бутаковский перевал. Я сегодня еще настрадаюсь будь здоров.
Красная Поляна - Начало подъема на Бутаковский перевал
На дорожку хватаю со стола квадратики “завтрака космонавта”, шоколадку то я уже съела по дороге, и предлагаю мужикам двигаться дальше. Они медлят, поэтому я не тратя времени убегаю назад по тропе и ухожу вниз, к ручейку. По бревнам перехожу его и вижу еще одного участника, который просто стоит. Спрашиваю “whats wrong?”. Он на русском говорит, что не знает куда идти. Хех. Указываю ему дорогу и убегаю по ней сама. Вспоминаю тренировку в прошлом году. Как тогда мне было плохо, и как я охренела с подъема на Бутаковский, при том что никто меня перед этим не загонял на Туристов. Как же я вымоталась в тот день, но до перевала доползла одна из первых. А потом поехала делать первую в своей жизни татуху.
Опять мозг меня обманывает: сейчас будет тропа, потом поляна, потом домик лесника, потом небольшой подъем, предвещающий начало подъема на Бутаковский перевал. Да, легко и просто. Тем более что Красная Поляна была на 33 км. Впереди 17 км! Всего то ничего. Но не в этот раз. Эта цифра заставляет меня ужаснуться. Но я держу себя в руках и все движусь и движусь вперед. Местами бегу, местами быстро широко шагаю.
Начинают болеть ноги. Тропа и не планирует кончатся, я пока не вижу ни одного из пунктов, которые мне наметил мой мозг. Пересекаю высохшее русло речушки, пересекаю другую реку по бревнам. Об этом я и забыла. Часто смотрю назад, нет ли кого. Но там пусто…
Ноги прямо таки очень болят. Стараюсь игнорить эти прекрасные ощущения и двигаться дальше. Смотрю по сторонам. Иногда солнце прячется за облаками и наступает обворожительная красота хвойного леса. Обожаю лес.
Вот и поляна наконец и домик лесника, где стоит кучка людей. Прохожу мимо них угрюмо. Желания любезничать нет. Я не могу терпеть эту боль в ногах.
Наворачиваются слезы.
Ощущение, что сейчас упаду: сделаю шаг, нога не выдержит - лопнут от напряжения мышцы или колено выстрелит и застрянет в стволе дерева - а я останусь лежать тут. Умом я понимаю, на сколько это все бредовые мысли, но вот ощущения... Ощущения играют со мной злую шутку и я начинаю кричать, чтобы как то сбавить чувство боли. Рядом все равно никого. Перелажу через бревна. Стараюсь задержаться на них и распрямить ноги, посидеть. Но не долго. Позади вырисовались ребята, я не хочу пропускать их вперед и оставаться совсем одной в этих зарослях, поэтому спешу быть впереди них и контролировать их нахождение. Однако они обгоняют меня в момент, когда я наклонилась за ягодками малины, а боль в ногах достигла своего апогея.
Ну все. Я, наверное, сдаюсь. Мышцы совсем обезумели в своей агонии. Встать с дивана и прийти на ультрамарафон. Тут кто угодно охренеет, не то что мышцы, на которых лежит вся работа.
Как же больно. С каким трудом дается каждый шаг. Я упаду сейчас. Упаду и не встану больше. Боль, боль, боль. Шаг - боль. От накативших рыданий становится трудно дышать. Ощущение, что мышцы хотят вывернуть из ног. Да и правильно. Я не заслужила своего тела, я неправильно им распоряжаюсь.
Но я остаюсь стоять на этих болезненных костылях, а желание поспеть за ребятами заставляет идти и идти. Я не даю волю слезам и решаю отложить их на время после финиша. Всплакну дома, в чистую мягкую подушку. О, да...
Начинается подъем. Говорю ребятам, чтобы морально готовились к тому, что щас будет долго и муторно. Кивают.
Хм, странно. Эта дикая боль закончилась. Осталась только фоновая, как и обычно. Без нее никуда. Но на фоновую уже не обращаешь внимания. Так же как на мозоли и прочие неприятные ощущения. Во время бега они становятся частью тебя. Отрицать это - значит отрицать трейл, да и бег в целом. Шум реки становится все тише. Я еле ползу в горку за ребятами, но они уходят в отрыв. Ладно. Скоро уже главный и последний подъем. Но он все не наступает.
Ох уж мозг, зачем ты выкидываешь эти расстояния? Зачем обманываешь меня?
Я уже стараюсь не думать о том, что будет за поворотом. Просто иди вперед, а потом эта гонка (точнее для меня турпоход) закончится и ты будешь лежать дома, сама не осознавая того, где была еще пару часов назад. Расслабься и плыви по течению, как и делаешь по жизни.
Тропа становится в разы уже и более заросшей всякими цветами и колючками. А что еще хуже - крапивой. Поэтому местами иду пританцовывая, чтобы крапива не задела голые ноги. Ненавижу всякие раздражения и почесухи на коже. У меня до сих пор чешутся лодыжки после БИАЙ жестоких Игр которые прошли в первых числах лета! В ПЕРВЫХ ЧИСЛАХ ЛЕТА, КАРЛ! А ОНИ ДО СИХ ПОР ЧЕШУТСЯ ТАК, ЧТО Я РАЗДИРАЮ СЕБЕ НОГИ ДО КРОВИ!
Ну а вы продолжайте думать, что лето - самое прекрасное время года, вы ведь любите чесаться от укусов, правда ведь? Наслаждение (нет).
Зарослей стало еще больше, река затихла на нет - вот и подъем. Здравствуй, я так долго тебя ждала. Думаю, ты меня тоже. Погнали.
На самом деле гнать я естественно не могла. От набора высоты и ходьбы в гору опять забилось сердце и все тело охватила какая то невероятная усталость, граничащая с полным бессилием. Мне плохо.
Перевал Бутаковский - подножие пика Фурманова
Навстречу спускаются люди, крапива норовит обжечь мои и без того едва ли дышащие ноги. Опять начинаю выдыхать со стоном. Ну если так легче!?
Солнце светит, но я уже вижу, как оно меняет тенденцию в более мягкий, вечерний свет. Хотя греет - будь здоров. Где-то тень, где то открытая местность. По сторонам растет малинка. Ем ее, запиваю водой. От этого дыхание сбивается еще крепче. Опять стою согнувшись пополам. Стараюсь отдышаться. Прийти в себя. Кое-где наверху проглядываются очертания ребят, идущих впереди. Не понятно вовсе, близко они или далеко. Что ж во всяком случае их видно. Сзади слышу дыхание. Меня обгоняет участник Ирбиса. Вот бы я так шла, хоспаде. Но нет, я едва ли плетусь. Спрашиваю у него, есть ли там поблизости еще участники. Говорит, что да, логично, что есть.
Я знаю, что если буду идти таким темпом, то приду (точнее приползу) к финишу только к следующей субботе. Но ничего быстрее этого выжать из себя не получается.
В какие-то моменты мне прямо таки становится легче, и я стараюсь выпрямиться и идти, гордо вдыхая горный воздух. В какие-то становится очень плохо я начинаю задыхаться. Все смотрю и смотрю ввысь, туда, куда придется карабкаться, цепляясь руками, ногами, коленями, если не повезет и откажет все сразу, то и зубами. О, ужас. Спасите кто-нибудь, а? Я больше никогда не выйду на старт, обещаю, только вытащите меня из этой клоаки. К горлу подступает ком. В очередной раз. От невыносимости и безысходности, усталости и боли хочется лить слезы. Стыд, позор. Пасть ниже уже некуда. Подавляю в себе желание захлебываться еще и слезами. И так хватает всяких побочных эффектов, типа пота и сбитого дыхания. Слезки только после финиша, ты же помнишь?
Вспоминается Тенгри 70, и как легко мне все давалось тогда. Нет, конечно же это не было пустяковым испытанием, но оно и рядом не стоит с тем, что я испытываю сейчас…
Там, где наклон становится слишком крутым, цепляюсь руками и тяну все тело наверх ими. Я сегодня точно подохну. Вися на очередном поваленном бревне и пытаясь разгрузить ноги, вижу внизу двое участников, которые неумолимо приближаются. Ну еще этого мне не хватало. Собираюсь силы в кулак, встаю и иду. Взбираясь на очередной холм обнаруживаю там ребят. Лежат, чиллят. Подбадривают меня, типа норм иду. Но я знаю, что это не так.
Я, к сожалению, не могу позволить себе такой роскоши, типа лежания на траве. Я лучше потрачу все силы, все, до последней капли, вырвусь отсюда вниз, на финиш, поеду домой и лягу на кровать. Вот чего я хочу.
Поэтому прохожу мимо них и начинаю свой путь. Они идут следом и вскоре обгоняют. Я стараюсь поспевать, тем более что дорога пока что выровнялась. Спрашиваю, сколько времени. Отвечают что где-то в районе четырех. Ну вот и 10 часов в пути миновали. В прошлом году я уже была почти рядом с финишем. Сейчас же я еле ползу тут, еще даже не на подступах к вершине.
Один из ребят интересуется, куда именно идти. Я указываю на вереницу из людей там, на высоте, где гора пересекается с небом. Вот нам еще туда. Люди кажутся точками. Однако чем выше мы поднимаемся, тем лучше их видно. Меня радует, что я держусь в строю с парнями. Хоть как-то.
Они опять начинают от меня отрываться. Ёпт.
Опять иду со стоном. Вода в бутылке подходит к концу. Дотянуть бы до ручейка. Дотягиваю. Там сидят люди, смотрят на меня, а я на них. Набираю воды в бутылку. Пью. Холодная. Сразу представляю, как на следующее утро у меня будет болеть горло, а нос будет забит. Но остановиться нереально. Начинаю есть запасы “завтрака космонавта”. Первый кусочек - вкусно, второй - очень вкусно, третий - безумие, четвертый - я готова есть это вечно! Стоп, это все? Обшариваю карман, но кроме телефона там ничего… Запиваю водой. Останавливаюсь, чтобы отдышаться.
Я вышла на финишную прямую. Ребята уже совсем близко к вершине, скоро и я буду там. А потом только вниз. Это тоже не радует, я помню, как в прошлом году похоронила на этом спуске последние колени. Но я хотя бы двигаться буду быстрее, чем сейчас. Маленькими шажками продвигаю себя вперед. Наверху развевается красный флаг. Ощущение, что я покоряю Эверест. Давай, еще-еще. Шаг, еще шаг. Да, вот она - вершина. Ползи, Катя, ползи еще. Уже почти тут.
ЪЪЪЪЪЪЪ!11!!
Иду по прямой. Я наверху. Всё, это конец. Не могу надышаться. Да-да, вот она я, и я добралась до сюда, как и обещала себя. Смотрю на груду камней, около которой находится волонтер. Она идет ко мне и пикает чип, предлагает горячий чай. Как это, горячий чай, если я едва ли дышу от жары? Нет. Прошу “завтрак космонавта”. У них он, почему-то, другой, но все равно вкусный. Присаживаюсь рядом с Георгием (один из парней), Руми, тот что из Израиля, лежит. Да блин, откуда ж столько расслабленности. Но что поделать, они умеют наслаждаться процессом, двигаться, никуда не спеша. Наверное, мне надо поучиться проигрывать гонку в свое удовольствие, но пока я не вижу в этом ничего привлекательного. Hope, one day, чо.
Волонтер спрашивает “а вы шо тоже с Роисси?”. Я говорю, что это предвзятое отношение ко мне, и я подам в суд. Типа раз русская, значит с роисси? Это все конечно я произношу с улыбкой на лице и все ржут.
Я прощаюсь со всеми, кто был там и двигаюсь вниз. Наконец-то. Ребята вставать и не планируют.
Вниз бежать не получается, но хотя бы от быстрой ходьбы я должна взять все. Боже, какой наклон. Вспоминаю сыпуху, которая будет ждать ниже и решаю смириться прямо сейчас.
Отсюда видно все, ближайшие 3 км точно: они проходят по горе, рассекая ее пополам, поэтому участников, бегущих там, видно, как на ладони. Но там я никого не вижу вплоть до определенного момента, пока сама не поворачиваю влево. Двое мужчин с палками медленно движутся, пересекая русло ручья. С ними кто-то в цветной одежде. Девушка?
Мужчины удаляются, и я тороплюсь им вслед. Кто-то, в цветной одежде медлит. Нет, это точно не участница, и уж точно не участник. Приближаясь, я слышу звон колокольчиков. А, это кто-то маркирует трассу.
Напрягаюсь, чтобы пересечь это глубокое, сыпучее русло. Вылажу оттуда. К тому моменту, как я добежала туда, людей поблизости уже нет - надо нагонять.
Тороплюсь. Впереди, совсем близко, вижу человека в разноцветной одежде. Он вешает разметку. Еще издалека узнаю в нем Данила. Он говорит салют, и только потом узнает меня. Лезет обниматься. Предъявляю, что не узнал сразу. Говорит, что не знал, что я буду бежать Ирбис. ТАК Я И НЕ БЕГУ, Я ЕЛЕ ПОЛЗУ. Ворчу, что нет времени стоять и хочется скорее добраться до финиша, а потом и до дома. Он противиться, но ничего не остается кроме того, как пожелать мне удачи и отправить в путь. Долго ли коротко ли, я догоняю двух мужчин, которых увидела еще издалека около подножия Фурмановки. Они даже не пытаются ускориться. Грустно быть такими.
Видимо одной мне надо, будучи разбитой в хлам, все равно стремиться не упасть еще ниже того, что есть. Я даже не знаю, плюс это в моем характере или минус. Кому как…
Подножие Фурмановки - Финиш
Вокруг много каких-то людей. Видимо просто гуляющие лалиты. Однако они создают во мне неприятное ощущение того, что на хвосте кто-то висит, поэтому я стараюсь нестись по прямой. Тут из-за горы вылетает квадрокоптер и я машу ему. Он подлетает судя по звуку совсем близко и жужжит прямо над моей головой. От страха, что он щас раскроит мне голову, я несусь еще быстрее, как могу. Голову вверх поднять не получается, сразу начинается дезориентация в пространстве. Поэтому, стараясь держать себя в руках, двигаюсь вниз, ближе к качелям.
Там, в лучах закатного солнца катаются малолетки, делая заезженные селфи. Блин, мне одной стыдно делать сэлфи или какие-то фото на людях? Я даже когда близких друзей прошу в совершенно безлюдном месте, все равно испытываю дичайший стыд. Как я умудрилась еще ни разу не провалиться под землю - отдельный вопрос. А спуск тем временем становится круче и скольже. Много маленьких камешек так и норовят повалить тебя на копчик и прокатить еще пару метров вниз. Пару раз чуть не наворачиваюсь, но умудряюсь устоять на ногах. Человек-паук есьжи.
Уже через час-два тут совсем стемнеет, а сейчас происходит закат. Я люблю вечер. Приятно смотреть, как погибает очередной день, бесполезно прожитый зря.
Сзади слышу топот копыт, оборачиваясь, вижу своих спутников. Бегут на всех парах вниз. Спрашивают, куда сходить с хребта, по которому мы движемся - влево или вправо?
Влево.
Уносятся, оставляя после себя поток пыли, отчетливо видный в оранжевых теплых лучах. Чувствую, как становится жарко и горный воздух начинает уступать какому-то непонятному вязкому эфиру.
Когда уже люди поймут, что возя своих любимых дитачек на бензиновой машине, они лишают этих своих самых дитачек будущего, свободного от респираторных заболеваний и возможности ходить по городу без маски? Если вы плодитесь, то будьте добры смотреть в будущее. Хотя бы в то время, когда будут жить ваши дети. До правнуков мало кто доживет из нашего поколения, забейте. Или вы думаете, что будущее поколение будет умнее и найдет решение? Лол. Мне кажется, ваши родители с такими же мыслями рожали вас. И где мы все исправили? Нигде. Мы делаем только хуже уповая на непонятно что. Жаль, что этот очевидный п*здец с экологией вижу только я. И мне совсем не понятно, почему всем остальным настолько насрать на будущее своих любимых дитачек. Но ок, эгоизм - наше все.
Я решаю тоже бежать, взяв с ребят пример. Колени скрипят, болят, крошатся. Это невозможно. Но бежать получается, кстати. И я радуюсь повышению скорости. До этого вниз получалось только идти, то левым боком, то правым, что было весьма затратно по силам и времени.
Вот я уже сбегаю с хребта влево. Там внизу стоят мальчишки. Говорят, что до лагеря еще километра три, и что Чина поставил новый рекорд - пять часов с копейками. У меня глаза лезут на лоб. Ого! Очень круто. Спешу к финишу.
Так мозг, ну хватит. Я знаю, что щас будет долго. Не надо говорить мне, что осталось мало. Больше не прокатит. Я в течении 15 минут спускаюсь вниз по каменистой дороге. Обгоняю еще двоих участников. Они идут даже не в обычном темпе, а еще куда медленнее… Что происходит?
Становится вовсе жарко, даже в кепке. Снимаю ее. Чешу голову.
Вот и финишная прямая. Прямо вот там, за поворотом будет стоять финишная арка, играет музыка.
Приближаясь ближе, слышу крики. Меня еще не видно вовсе. Кому они кричат? Кто-то финиширует впереди меня? О_О
Ну и ладно, бежать со всех ног уже смысла нет. Перехожу на легкий бег. Постепенно из-за угла показывается красная надувная арка, потом табло, потом стоящие люди и в итоге вся картина финишного лагеря.
Издалека ребята не могут меня опознать, а вот потом начинают кричать мое имя и еще сильнее призывать меня финишировать. А смысл? Все потрачено давно. Из-за людей, я не вижу времени на табло.
Нина встречает меня, обнимает, говорит, чтобы не уходила. На шею вешают медаль. Елена Кувшинникова - победительница прошлого года - поздравляет меня с преодолением дистанции. Благодарю. Говорят, что со мной что-то должно быть не в порядке, что с дистанции передали, что участнику с номером 59 нужно оказать помощь Говорю, что все норм. Даже натягиваю улыбку, и мне все верят. Хотя хочется попросить кого-нибудь, чтобы меня пристрелили поскорее... Нина подбегает с листком. Смотрю свое время:
12 часов 35 минут…
Это…
Ужас…
Я молча ухожу в сторону. Спрашиваю, где автобус. Говорят, что внизу.
Не хочу никого видеть. Кати Демиховой нет, странно.
Однако вспоминаю, что воды в моем организме поубавилось и прошу попить. В желтой палатке пью, закусываю “завтраком космонавта” и ухожу вниз. Там, в беседке, сидят остальные участники, которые финишировали гораздо раньше меня. Видимо автобус приезжает не так часто.
Вспоминаю, что оставила вещи в палатке. Еле как прусь назад. Там меня застает Тимур, спрашивает как я. Стараюсь отшутиться, скрывая горечь. Глядя на его счастливое лицо и самой становится не так противно. Ладно, для меня немаловажно, чтобы и организаторы были довольны и не нервничали. Ибо быть организатором куда хуже и затратнее, чем участником. Это я знаю не понаслышке. Когда мероприятие проходит успешно и все участники живы и довольны - это лучшее ощущение.
Отыскиваю свои вещи. Опять иду вниз. Колени ноют. В беседке меня опять старается утешить Александра, просит, чтобы я не была таким унылым гавном.
Простите, что есть. Мне и самой не хочется негативить, но все мое существо, особенно после такого, пропитано ядом и отвращением ко всему на земле.
Ну а чего ты ожидала, тупая ты тварина? Радуйся, что не двинула кони по дороге...
Газель приехала за нами, и мы, погрузившись туда, двинулись наконец-то в город. Момент, которого я ждала 12 часов - наконец настал.
Эпилог
Я каждый раз слышу скепсис в свою сторону от своих знакомых и друзей, когда я говорю им, что “волнуюсь/страшно/не финиширую/не знаю, что будет”. Они усмехаются и говорят мне “да брось/ты чо/нормально все будет/еще место займешь!”. Когда-то они оказываются правы, конечно. НО - все, почему-то, считают своим долгом подумать, что я волнуюсь на пустом месте, чтобы привлечь внимание к себе.
Меня это малость оскорбляет, т.к. такое поведение - полнейшая тупость. И я бы наоборот даже была счастлива, если бы это было правдой и весь кипиш я производила только ради хайпа. НО, к сожалению, нет. Всякий раз, когда я ною о том, что боюсь и не знаю что будет - я реально боюсь и не знаю что будет. У меня нет суперспособности видеть все наперед и быть уверенной в каждой секунде своей жизни и уж тем более в какой нибудь сложной гонке. Более того, я в шоке, откуда она у людей вокруг. Вы что, маги времени?
Все чаще мне кажется, что людям без разницы, что говорить, лишь бы говорить, не придавая значения ничьим словам больше, кроме своих собственных. Ну… Что ж…
Я пришла финишу пятая, в своей возрастной и 12 из общей толпы женщин- 19 человек.
На этом я, пожалуй, закончу свой увиселительный (от слова “виселица”) рассказ. Тут больше нечего говорить. Что-то плохое происходит со мной и я не знаю что делать.
Воспринимайте этот пост как хотите - как очередное нытье или бред. Ничего я с этим не поделаю.
Встретимся не скоро.
Тренируйтесь и не будьте, как я.
П.С. Моим подписчикам ЮВИЖН
Если вы еще существуете, то хочу сообщить - я ухожу с ювижна прямо насовсем. Найду другую платформу (или просто ворд) и буду калякать свои депрессивные посты туда. Меня в последнее время, со сменой власти на Юви, перестало удовлетворять тут ВООБЩЕ ВСЕ. (хотя бы тот момент, что мой пост НЕЧАЯННО снесли и так и не восстановили, хотя обещнулись).
Можете отписываться, тут больше ничего не выйдет. Спасибо, что были со мной и писали положительные комментарии. Мне было очень приятно, надеюсь и я вас хотя бы чем нибудь изредка радовала. Однако жаль, что вы запомните меня на такой унизительной для меня ноте.
Но я проглочу и это.
Всего вам хорошего.