#gogolblog
"Проза Пушкина трёхмерна; проза Гоголя по меньшей мере четырёхмерна. Его можно сравнить с его современником математиком Лобачевским, который взорвал Евклидов мир…» (В.В.Набоков).
«Много еще пройдет времени, пока уразумеется вполне все глубокое и строгое значение Гоголя» (И.С.Аксаков).
"Как теперь вижу его, в светло-коричневом сюртуке, которого полы подбиты были какою-то красною материей в больших клетках. Такая подкладка почиталась тогда nec plus ultra (с лат. «крайняя степень». — Прим. ред.) молодого щегольства, и Гоголь, идучи по гимназии, беспрестанно обеими руками, как будто ненарочно, раскидывал полы сюртука, чтобы показать подкладку" (И.Г. Кулжинский, «Воспоминания учителя», 1854 год).
"У Гоголя получалось всё, за что бы он ни брался. Начал сочинять - читатели со смеху животы надрывали, стал преподавать - в восторг приходили ученики, познакомился с Пушкиным - тот его сердечно полюбил, к Гоголю в гости зачастил. Художники заслушивались речами Гоголя об искусстве, друзья смаковали вареники, галушки и макароны, приготовленные им, сестрам нравились платья, которые он кроил.
Писатель и художник, модельер и повар, ученый и преподаватель, актер и режиссер - кем только не был Гоголь! Он имел талант того рода, который мог быть применим на любом поприще. Конечно, не все в это могли поверить. Кто-то из писателей не верил, что Гоголь - писатель, кто-то из преподавателей не верил, что он преподаватель, и так далее... Гоголю было нелегко среди завистников и недоброжелателей. Таких универсальных гениев почти не знала российская история. Вот Пушкин, - каким уж был гением! Но вареников не варил и платьев не кроил, на сцене не выступал и в университете не преподавал. Любил в карты играть, за дамами волочиться и стреляться на дуэлях. Слава Богу, Гоголь, хотя и был младше его, не брал с Пушкина дурного примера - и не стрелялся. Зато жёг: напишет второй том «Мертвых душ" - и сожжет, потом опять напишет - и опять сожжет. Так мы до сих пор не знаем, интересная у него получилась книжка или нет..."
(Ю.Нечипоренко "Ярмарочный мальчик. Жизнь и творения Николая Гоголя").
Сюжет для поэмы о махинаторе Чичикове писателю подсказал Александр Пушкин. Подобную историю поэт услышал во время кишиневской ссылки в 1820 году. В городе Бендеры никто не регистрировал смерти — имена умерших присваивали себе беглые крестьяне. В течение нескольких лет в Бендерах по документам не было ни одной смерти. Через несколько лет услышанное Пушкин переделал и рассказал Гоголю. В «Авторской исповеди», изданной посмертно, Гоголь рассказывал:"Может быть, с летами и с потребностью развлекать себя, веселость эта исчезнула бы, а с нею вместе и мое писательство. Но Пушкин заставил меня взглянуть на дело сурьезно. Он уже давно склонял меня приняться за большое сочинение, и наконец один раз, после того, как я ему прочел одно небольшое изображение небольшой сцены, но которое, однако ж, поразило его больше всего мной прежде читанного, он мне сказал: «Как с этой способностью угадывать человека и несколькими чертами выставлять его вдруг всего как живого, с этой способностью, не приняться за большое сочинение! Это просто грех!» …И в заключение всего отдал мне свой собственный сюжет, из которого он хотел сделать сам что-то вроде поэмы и которого, по словам его, он бы не отдал другому никому. Это был сюжет «Мертвых душ».
Но известно, что Пушкин не так охотно уступил Гоголю сюжет, в кругу близких он говорил: «С этим малороссом надо быть осторожнее: он обирает меня так, что и кричать нельзя».
Одному из первых главы поэмы Гоголь читал именно Пушкину: «Когда я начал читать Пушкину первые главы из «Мертвых душ» в том виде, как они были прежде, то Пушкин, который всегда смеялся при моем чтении (он же был охотник до смеха), начал понемногу становиться все сумрачнее, сумрачнее, а наконец сделался совершенно мрачен. Когда же чтение кончилось, он произнес голосом тоски: «Боже, как грустна наша Россия!» Первый том произведения был издан в 1842 году. Гоголь задумывал трехтомник, но второй том, полностью написанный, писатель сжег, а третий — не успел написать.